Гахиджи - Ирина Королева

– Может быть. – Задумчиво ответила Елена. – Но все же мне кажется, что не все здесь так просто. Нам нужно быть очень осторожными и предельно внимательными к окружающим. Возможно, это единственное, что мы можем пока сделать. А теперь давайте спать. Время уже очень позднее.

В тот вечер, Елена долго не могла уснуть, но, несмотря на это, утром чувствовала себя вполне свежей и отдохнувшей. Сегодня была её очередь дежурить на кухне.

– Катерина-а-а! – Елена потрясла сестру за плечо. – Вставай, соня.

Легкий ветерок пробежал по шелковым занавескам и принес пьянящие ароматы экзотических цветов.

– У-у-у, еще рано! – Катерина, не открывая глаз, нащупала край одеяла и потянула его на голову.

– Вставай!

На соседней кровати проснулась Нина, и недовольно взглянув на Елену, перевернулась на другой бок. Елена уперла руки в боки и нахмурила темные брови.

– Ка-те-ри-на!

– Да встаю уже, встаю. – Катерина приоткрыла сонные глаза и попыталась сесть на кровати. – Я чувствую себя золушкой, которую ни свет, ни заря заставляют трудиться на кухне.

– Да ладно тебе, одевайся, и не бурчи, а то разбудишь остальных.

Внизу ожили старинные часы, и их монотонный бой прервал диалог с Катериной. За окном уже полностью рассвело, и первая утренняя роса посеребрила густую цветущую растительность, еще было очень рано, всего шесть часов утра, но девушек уже ждала работа, поэтому Елена опять поторопила сестру и они скоро направились в самую женскую испокон веков обитель – на кухню. По-домашнему уютная комната встретила их веселым потрескиванием древесины в печи и манящим ароматом кофе. Женщины уже вовсю суетились возле плиты и разделочных столов.

– Доброе утро Нэйн, Кия и Амизи. – Голос Елены прозвучал как-то натянуто, зато Катерина повторила то же самое очень бодро, как будто это вовсе не она засыпала буквально на ходу , когда они еще спускались по лестнице.

– Да хранит вас всемогущий отец! – женщины приветливо улыбнулись.

– Да оценит он преданность помыслов ваших! – Катерина выпалила фразу на одном дыхании и довольно посмотрела на улыбчивые женские лица, не заметив при этом удивленного и настороженного взгляда сестры, брошенного практически мимолетом.

– Выпейте кофе! – Нэйн заботливо пододвинула девушкам кружки. – А то на ваших лицах еще гуляет печать Мескэнет.

– Кто такая Мескэнет? – Катерина пододвинула стул и с удовольствием плюхнулась на мягкое сиденье. Елена последовала её примеру, пристально наблюдая за сестрой и диалогом.

– Мескэнет? Это богиня! Она владеет нашим сном, очень сильным и глубоким, но все же сном. Она дарит нам короткие отдыхи по ночам и глубокие сильные в старости. Представляешь, как бы мы жили, если бы у нас не было ночного сна?

– Да, тяжело, – хмыкнула Катерина.

– Вот, вот!

Катерина потянула носом ароматный кофе и блаженно прикрыла глаза: – А что значит сон в старости? – просто к слову спросила она и подула в маленькую кружку. – Смерть что ли?

– Нет, у нас не умирают! – рассмеялась Нэйн. – У нас засыпают, а души переходят в иной мир полный ярких событий и родных людей!

– Ясно, – равнодушно ответила Катерина. – Типа рай?

– Не совсем, – Нэйн сосредоточено нахмурилась. – Ваш рай предполагает противоположное, то есть ад. У нас же нет ада, все наши люди продолжают жить только в немного другой форме. Живет наша душа и живет она в царстве сна, созданного самой Мескэнет. Она там правит и встречает засыпающих, дабы проводить их в пустошь и не дать сбиться с пути. Ведь самое страшное это потеряться среди вечных путей и остаться вечным странником. Именно поэтому мы очень ценим её помощь, она помогает нам найти дорогу и встретиться со своими близкими.

– Не знаю. – Катерина легко дернула плечом. – По-моему, обычная интерпретация рая, просто немного на местный манер. Не вижу особой разницы.

– Не скажи, – Нэйн отрицательно покачала головой. – Вся разница в том, что наши спящие могут проснуться, если это будет очень нужно, а ваши из рая никогда не возвращаются!

– Да ладно! – Катерина изумленно округлила глаза, а вместе с ней и молчавшая все это время Елена. – Ты хочешь сказать, что вы не предаете своих стариков земле, они не разлагаются, и если кому-то захотелось с кем-то поболтать, он может прийти и разбудить любого из праотцов?

– Ну, – Нэйн задумалась. – Просто так ты никого не разбудишь, но наши старейшие действительно почивают в древнем храме и ждут своего часа.

Катерина недоверчиво сощурилась: – И ты это видела своими глазами?

– Нет,– покачала головой Нэйн, – я не была в храме, просто так туда не заходит никто. Нельзя без причины тревожить спящих, это запрещено. Но я знаю, что они там. И они спят. Только очень крепко, спасибо Мескэнет. – Нэйн коснулась пальцами сердца, затем лба и поцеловала собранные в кучу пальцы. – Давай не будем больше об этом говорить, я не хочу зря тревожить имя богини.

– Ладно. – Катерина заметно погрустнела. – Но можно еще один вопрос?

Нэйн отвернулась к столу и принялась нарезать уже очищенный манго: – Хорошо, но только последний! И только потому, что я обещала ответить на все ваши вопросы. Спрашивай.

– Нэйн! – Катерина нахмурилась и задумчиво посмотрела на женщину. – А девушки? Девушки, как ты говорила, с большой земли, они тоже там спят? Или для них нет места в царстве снов?

Нэйн замерла с ножом в руках и медленно обернулась, посмотрев на Катерину изумленным взглядом: – Знаешь, я никогда не спрашивала об этом. – Она задумчиво склонила голову на бок. – Эта мысль просто не приходила мне в голову. Старейшина сказал, что в храме спят Гахиджи, а женщины, – она пожала худенькими плечами. – Даже если и нет, не думаю, что нашей душе не найдется места в огромном мире пустоты, надо спросить об этом у старейшины. Я запомню. – Нэйн снова ласково улыбнулась и принялась за свой манго. – Вот что значит свежие умы! Порой ставят в тупик в самых, казалось бы, элементарных вопросах.

– Не обижайся. – Катерина долила себе еще немного кофе.

– А я и не обижаюсь! – Нэйн весело рассмеялась. – Правильные вопросы дорого стоят, а у тебя светлый разум, что очень хорошо!

Катерина довольно улыбнулась.

– Нэйн, – Елена, сидевшая до этого нахмурившись, вступила в общий разговор. – А ты поддерживаешь хоть какую-то связь со своими близкими?

– О, да, конечно! Я пишу им письма, которые увозит Мудада, и они думают, что я просто живу в другой стране, – Нэйн снова погрустнела при воспоминании о родителях. – Я, правда, очень скучаю по ним, но моя семья мне дороже! Мои родители знают, что у меня все хорошо и я очень счастлива, и в этом я не солгала им. Скоро у меня родиться сын и в первую очередь я стараюсь думать о нем, а здесь ему действительно будет лучше, чем на большой земле. А такого мужа я бы не нашла не то что в Японии, на всей земле! Так что моя жертва вполне оправдана.