Сломленный рыцарь - Л. Дж. Шэн

– Ю-ху, команда Дарьи! – Эйприл вскинула кулак вверх в «Скайпе» на экране монитора моего «Макбука». Кажется нереальным, иметь двух настоящих подруг. Не то чтобы они заполняли дыру, которую Найт оставил после себя. Это другой вид дружбы – менее интенсивный, но все равно интересный.

– Итак, каков план? – Эйприл наклонилась вперед, преследуя взглядом бегающую в моей комнате Дарью.

Не могу винить ее. Некоторые девушки рождены управлять миром. До боли очевидно, что Дарья одна из них.

Дарья плюхнулась в кресло перед «Макбуком».

– Мы идем на вечеринку, Найт увидит Луну, выглядящую на миллион баксов, и бросит английскую девку.

– Это нехорошо, – подчеркнула я, разглаживая красное облегающее платье, которое дала мне Дарья и настояла на том, чтобы я его надела.

– О Маркс, а кто говорил, что надо быть хорошей? – Дарья посмотрела на меня с ужасом. – Какая посредственная цель в жизни.

Эйприл подняла два больших пальца вверх, кивая.

– Да, чувак, эта цыпочка твоя бывшая девушка. Ты не должен ее защищать. Почему вы двое расстались, кстати? Ты никогда не говорила.

– Расстались? – Дарья приподняла идеально выщипанную бровь.

Нет. Нет, нет, нет. Я абсолютно забыла, что сказала Эйприл эту маленькую ложь, чтобы скрыть тот факт, что когда я приехала в Аппалачский, то была в глубокой эмоциональной яме.

Дарья повернула голову в мою сторону, скривив пухлые губы. Я подумала над тем, чтобы показать Эйприл, что Дарья не знает. Дарья поняла бы. Она бы не сдала меня. Но лгать Эйприл тоже нехорошо. Сейчас она моя подруга.

– Мне жаль, – показала я, опустив плечи. Мне, и правда, было очень жаль.

Эйприл покачала головой.

– Все норм. Мы поговорим об этом, когда вернемся в универ. Ни пуха ни пера, Лу.

– Я постараюсь.

– О Лу. – Эйприл улыбнулась, когда я почти закрыла «Макбук». – Ты больше не та девушка, которую я встретила, когда приехала в Аппалачский. Ты намного сильнее. Убедись, что он тоже в курсе.

* * *

Пляжный домик, где Дарья устроила вечеринку, принадлежал одному из ее богатых друзей и располагался на пляже Хантингтон. Владельцами являются два архитектора, которые по полгода живут в Европе. Он выглядит как сложный аквариум. Полы и стены сделаны полностью из стекла. Вы можете видеть белый песок и спокойный океан прямо под ногами. Гостиная, огромная и наполовину пустая, располагается на белой палубе с кристальными перилами. Единственным доказательством того, что здесь жили люди, был второй этаж, которой я заметила, когда мы подъезжали на парковку. Там была расставлена какая-то мебель.

Кто может жить в таком доме?

– Стефанни! – завизжала Дарья, обнимая девушку, которая была похожа на ее темноволосую копию. Они держались друг за друга так, будто до этого не виделись век. Дарья познакомила нас и сказала Стефанни (которая подчеркнула, что ее имя пишется с двумя Н. Почему богатые люди не могут взять нормальные имена?), что я не могу говорить, но все слышу и пишу, отмахиваясь так, будто это не проблема.

Стефанни отнеслась к этому абсолютно нормально. Это определенно было хорошо.

– Где Пенн? – спросила я Дарью, когда она направилась к столу, где начала расставлять напитки.

Она поправила блестящие волосы фирменным движением.

– О, примеряет свадебный костюм со своими друзьями в Нью-Йорке. Он воспринимает всю эту свадебную подготовку слишком серьезно. – Она закатила глаза, смеясь.

– А ты? – Я запаниковала. Нам стоит отдать должное родителям – они дали нам хороший пример того, как должны выглядеть успешные, счастливые браки.

Дарья пожала плечами, наливая шампанское в высокие тонкие бокалы с такой точностью, которая заставляет вздрогнуть.

– Я воспринимаю брак серьезно. Свадьбу? Не так сильно.

Я взглядом искала подсказки на ее лице. Дарья совершенная материалистка, поэтому я удивилась, услышав это.

Она положила пустую бутылку шампанского на стол, открывая новую.

– Смотри… – Она повернулась ко мне. – Когда ты находишь своего единственного, то все остальные детали размываются. Я не знаю, что я хочу надеть на свадьбу с ним. Я не знаю, как должны выглядеть мои волосы или сколько гостей я хочу пригласить, хочу ли я свадьбу на пляже или в крутом отеле, а может, тайно сбежать в Вегас. Но все, в чем я уверена, это то, что я хочу быть с Пенном. Каждый час. Каждый день. Каждый год. И этого мне достаточно. Этого более чем достаточно. Это все. Ты разве не чувствуешь то же самое к Найту? – Она приподняла голову.

Я уже не так уверена. Наши отношения слишком запутаны. Он разрывается на части между ситуацией со своей матерью и тем, что я с кем-то спала, а я изо всех сил стараюсь стать нормальной, вылетев из родительского гнезда с подбитыми крыльями и потрепанными перьями. С нами слишком многое произошло. Общение определенно было не самой сильной нашей стороной в последние дни.

Час спустя место было полностью забито людьми. Вон, пришедший с компанией друзей-художников, спрятался в углу комнаты. Они выглядели старше и ужасно по-светски. Найт вошел рука об руку с Поппи. На ней было канареечно-желтое мини-платье, она мило улыбалась. Они о чем-то болтали и смеялись.

Они кажутся счастливыми.

По-настоящему счастливыми. Не знаю, что произошло между тем днем в приюте перед Рождеством и сегодня. Но что бы это ни было, кажется, они преодолели это. Преодолели меня. Может, мне и не надо будет выполнять желание Розы. Может, Поппи будет рядом, чтобы собрать осколки, и мне не придется этого делать.

– Не смотри на него и определенно не здоровайся, – яростно предупредила меня Дарья, когда заметила, что я наблюдаю.

Я сжала бокал с шампанским и посмотрела на стену. Это не я. Я не та, кто играет в игры. С другой стороны, Дарья сейчас помолвлена с парнем, который когда-то пообещал разрушить ее жизнь и ненавидел ее, а сейчас обожает даже землю, по которой проходят ее каблуки. А я паталогическая одиночка. Она определенно знает, что делать, так что я могу научиться паре приемов.

Время тянется. Музыка играет. Когда стало понятно, что Найт и Поппи не собираются признавать нашего существования, так как они вращаются в своей собственной вселенной, Дарья потащила меня на танцпол, чтобы растрястись немного. Была уже почти полночь, и острое чувство ускользающего времени обрушилось на меня.

– План не сработал, – пожаловалась я Дарье, пока она дергалась около моего бедра, раскачивая головой вперед и назад под песню Лил Вейна «Lollipop». Я чувствую себя разбитой Золушкой. Моя карета скоро превратится в тыкву, только вот это не сказка, а ночной кошмар на Хеллоуин. Ненавижу то, что Найт может заметить то, что я сказала, если захочет. Даже через комнату.

– Милая, заставить парня ревновать – это как получить красивую задницу. Тебе придется упорно работать. – Она отмахнулась от меня, вертясь на месте и потягивая шампанское. – Делай вид, что тебе все равно.