Броманс. Книжный клуб спешит на помощь - Лисса Кей Адамс

Русский надулся и схватил полотенце.

— Я купаться.

— А что насчет дресс-кода?

После паузы Гевин ответил:

— Говорит, трусы можно оставить, но обычно раздеваются полностью.

Колтон поморщился.

— Как по мне, Русскому лучше трусы не снимать.

Дэл выглядел напуганным.

— То есть мы будем там лежать в чем мать родила?!

— Скорее всего, нас накроют простыней, — пожал плечами Ноа.

Теперь напуганным выглядел Гевин.

— А если пойдут газы?

Ноа тяжело сглотнул.

— Такое обычно случается?

— Ну, нам будут давить на всякие там места. Можно не сдержаться.

— Глупости! — фыркнул Дэл. — Разве вы пердите во время секса?

Раздался хор «нет», среди которого послышалась парочка «да».

— Кто тут дакнул? — требовательно спросил Мак.

Никто ему не ответил.

— Черт, — выдохнул Колтон, привлекая всеобщее внимание. Он побледнел как мел.

— Чего? — спросил Ноа.

— Что, если встанет?

В раздевалке установилась напряженная тишина.

— И… — Ноа нервно сглотнул, — и такое случается?

Колтон уставился на него как на идиота.

— Мы будем голыми, и нас будут трогать женщины.

— Но ведь не в сексуальном плане.

— Попробуй убедить в этом своего перца.

Гевин обхватил себя руками.

— Не, уж лучше пернуть.

— Плохая это была затея, — покачал головой Дэл. — Может, ограничимся педикюром?

— Поздняк метаться! — отрезал Мак.

Тут из душа вышел Русский с полотенцем на голове и в халате на несколько размеров меньше необходимого — он едва сходился спереди: одно неверное движение, и засветится то, что остальные предпочли бы никогда не видеть.

Русский понюхал подмышки.

— Пахну цветочками.

— Нас ждут, — пробурчал Мак. — Давайте уже переодеваться.

Все принялись стягивать с себя одежду и запихивать в шкафчики. Ноа несколько мгновений поколебался, прежде чем стянуть и боксеры. К черту все, чего стесняться? Натянув халат и завязав пояс, он последовал за остальными в зону отдыха. Русский направился прямиком к столу с закусками, схватил пару нарезанных поперек огурцов, затем плюхнулся в откидывающееся кресло, привел его в горизонтальное положение и опустил зеленые кругляши на веки.

Ноа вопросительно посмотрел на Колтона.

— Нам тоже надо так сделать?

Тот пожал плечами.

— Ну, если огурцы для еды, то где соус? Кто ест огурцы просто так?

— Там еще есть морковка, — заметил Дэл. — Ее-то куда, а?

Ноа махнул рукой и упал в кресло у камина. Мгновение спустя к нему присоединился Малколм.

— Все нормально?

— Отлично, — пробурчал Ноа, уставившись в огонь.

Друг сложил ладони между коленями и также посмотрел на языки пламени.

— Ну как, что-нибудь понял за неделю?

— Ага, — безрадостно рассмеялся Ноа. — Что я жить без нее не могу.

— И все?

— Разве этого недостаточно?

Малколм помолчал.

— Полагаю, скоро сам поймешь.

В этот раз слова друга нисколько не утешали.

— Выглядишь потрясно!

Когда в номер заглянула Лив, Алексис вертелась перед большим зеркалом, разглядывая себя в наряде, из-за поисков которого и пропустила совместный перелет — ходила по магазинам. И хотя нельзя было не признать, что новое платье смотрелось на ней чертовски соблазнительно, она все никак не могла решиться в нем выйти.

— Не слишком откровенное, как думаешь? — Алексис поправила узкую юбку и повернулась, чтобы еще разок взглянуть на спину — почти полностью открытую. Платье дополняли лакированные туфли с леопардовым узором, на высоких каблуках. Наряд совершенно не соответствовал ее обычному стилю, и она переживала, что Ноа ее даже не узнает. Алексис глубоко вдохнула, надувая щеки, и шумно выдохнула. От волнения внутренности скручивались в узлы.

— Сидит идеально, — заверила ее Лив и крепко взяла за плечи. — И, будем надеяться, долго тебе в нем ходить не придется.

Алексис ткнула подругу локтем, и та с хохотом отскочила.

У Лив зазвенел телефон, и Алексис задержала дыхание. Прочитав сообщение, она взглянула на нее с дерзкой ухмылкой на губах.

— Время начинать представление.

В крови забурлил адреналин, задрожали колени.

— Честно говоря, план несколько глупый.

— Отчаянные времена требуют отчаянных мер, — пожала плечами Лив.

— Но не красть же его обувь, только чтобы он не выходил из комнаты!

— В любви все средства хороши.

— Ты точно не обидишься, если мы пропустим ужин?

«Мы» будет при условии, что Ноа поддастся ее чарам.

— Если хоть один из вас появится на ужине, я вас обоих прикончу.

— Но ведь это ваш праздник и…

Лив зажала ей рот ладонью.

— Этот праздник для того, чтобы веселиться с друзьями, и самым большим весельем для нас будет, если вы с Ноа наконец сойдетесь.

— А если он меня отошьет?

Лив громко фыркнула.

— В таком-то платье?

— А если…

— А если через час ты будешь голой лежать у него на груди?

У Алексис заалели щеки, отчего подруга рассмеялась.

— То-то же.

— Мак точно никому не рассказал про наш план? — Она неуверенно прикусила губу.

— Точно. Остальные будут думать, что ты отравилась суши, а Ноа потерял обувь.

— До чего я докатилась! Прибегаю к отговоркам и лжи.

Лив вновь рассмеялась и чмокнула ее в щеку.

— Удачи! Потом напишешь подробности.

Хохотнув напоследок, подруга умчалась, оставляя за собой аромат духов. Едва за ней закрылась дверь, Алексис присела на край кровати и прижала руку к скованному нервами животу. Она справится. Нужно лишь прийти к номеру Ноа и сказать…

Вдруг раздался торопливый стук. Должно быть, Лив что-то забыла.

— Иду! — Алексис отворила дверь. — Что-то… — она оборвала себя, поскольку перед ней стояла вовсе не Лив. Перед ней, опустив голову, стоял мужчина. — Простите, но вы ошиблись.