Мистер Солнечный Cвет. Первая часть - Ким Ынсук

Кайл не понимал, как именно этот документ попал в руки Юджина и почему он так его беспокоил. Лицо Кайла, который минуту назад наслаждался ароматным чаем, стало жестче.

– Если верить Аллену, от этого документа зависят права Чосона на добычу полезных ископаемых, права на продажу женьшеня и железнодорожные концессии. И если эта бумага попадет к Аллену, он непременно приложит руку хотя бы к одному из пунктов, – сказал Кайл.

Юджин горько улыбнулся и произнес:

– Не знаю, как дальше поступить. У меня есть два варианта. Я могу либо помочь Чосону исчезнуть, либо еще ненадолго отсрочить его конец.

Кайл ухмыльнулся. Хоть Юджин и утверждает, что Чосон – не его родина, но это как-никак страна, где он родился. Даже Кайлу было жалко разрушать такое славное государство. В Чосоне царила спокойная атмосфера простой жизни, но в то же время в ней жили сильные духом люди.

– США просто необходимо вмешиваться в дела таких маленьких и тихих стран. – В голубых глазах Кайла блеснул огонек, а затем он продолжил: – Даже без этого документа США хотят взять под контроль Филиппины. И нам будет абсолютно все равно, что станется с Чосоном. Учитывая ситуацию, надо ли возвращать этой стране то, что ей принадлежит?

– Как странно слышать такое от американца.

– Я же поэт, помнишь? Не становись неудобным человеком, Юджин. Я очень хочу, чтобы последняя строчка моего стихотворения звучала так: «Служба на чужбине была для нас словно глоток воды в пустыне».

Кайл встал и легонько похлопал Юджина по плечу. Тот посмотрел на пустой стул перед ним, а затем убрал документ.

Среди больших домов, облицованных плиткой, один явно не вписывался в окружение, настолько он был простым на вид – дом ближайшего помощника императора. Юджин вошел через ворота во двор и увидел мужчину в рабочей одежде, который колол дрова. Неожиданно Юджин понял, что это был тот самый помощник. Мужчина удивился не меньше. Несколько секунд они стояли и молча смотрели друг на друга, а затем присели, чтобы поговорить.

– В тот день переводчик, который переводил мои слова, изменил их.

Юджин решил рассказать правду о том, что переводчик солгал.

– Это не на руку ни Америке, ни Чосону. Он сделал это ради выгоды Японии.

– Зачем вы мне сейчас все это говорите? Вы могли тогда же сказать об этом его величеству, а могли и унести это с собой в могилу.

Чонмун, так звали мужчину, был серьезен. Хотя Юджин и казался надежным человеком, у Чонмуна по-прежнему были сомнения на его счет. Посмотрев на помощника, Юджин глубоко вздохнул:

– Я изменил свое решение.

– Значит, изменили… Думаю, у вас было достаточно времени на раздумья и теперь вы хотите забрать свои слова обратно, я правильно понимаю? Вы бы сами поверили словам человека, покинувшего Чосон, потому что он был рожден рабом?

В результате Юджин вернулся к тому, с чего начал. В Чосоне, где семейная фамилия открывала дорогу в жизнь, Юджин все еще оставался безродным рабом. Он подавил приступ гнева и сейчас лишь ругал себя за то, что зашел так далеко. Застегнув верхние пуговицы на военной форме, он поднялся.

– Верить мне или нет – ваше право. Однако навестить вас было сложнее и опаснее, чем стрелять из ружья. Это требует определенной смелости. Но теперь я думаю, что зря потратил время.

Чонмун удивился такой перемене. Юджин слегка поклонился и направился к воротам.

Когда Юджин шел по улице, солнце уже село. Он шел медленно, так как с каждой минутой на сердце становилось все неспокойнее. Мимо Юджина пробежали полицейские. Оказалось, что по приказу министра Ли Сэхуна они перекрыли все дороги и обыскивали каждую повозку. Было очевидно, что к этому имела отношение Япония, а Сэхун ей помогал. Юджин зашел в переулок и наблюдал, как стражи порядка обыскивают каждого.

На главной улице образовалось столпотворение из рикш, повозок и людей. Юджин заметил знакомый паланкин и слуг, которые обычно сопровождали Эщин. Когда они подошли к полицейским, те преградили им путь. Эщин пришлось выйти из паланкина, чтобы его могли осмотреть.

Она направлялась в сторону аптеки, что неподалеку от порта. Там, на складе, между грудой корзин с лекарственными травами она прятала костюм и маску, которые надевала, чтобы ее никто не узнал. Юджин так и не пришел, и ей оставалось только надеяться, что у него все хорошо. Последний раз, когда Эщин проверяла свой костюм и не нашла маску, она вспомнила, что маска случайно осталась у Юджина.

– Все в порядке, можете ехать, госпожа, – сказал полицейский, а затем достал свернутый в трубочку лист бумаги, развернул его и спросил, не видела ли она где-нибудь эту женщину. Взглянув на изображение – лицо женщины в кимоно, Эщин тут же узнала Соа.

– Боже, какая красавица! Что же она натворила, раз в столь поздний час устроили такой переполох?

– Люди уже устали от того, что вытворяют японцы, но эта даже хуже них: забыла про достоинство и предала свою страну, когда пошла работать к ним гейшей. Она не заслуживает прощения, ведь так?

От этих слов Эщин стало не по себе.

«Такие люди не имеют собственного имени. Теперь все они носят одно имя – “Армия справедливости”. Все они будут жить без имени и личности, но, если Чосон преодолеет все трудности и сохранит свою историю, их имена будут помнить все».

Эщин вспомнила слова Сынгу. Юджин стоял поодаль и наблюдал за Эщин, на которой теперь не было лица. Ему хотелось успокоить ее, но он не мог выйти из переулка, а потому просто стоял и смотрел на происходящее.

У Эщин был жених, к тому же сам Юджин, американский посол, не мог сделать для Чосона ничего полезного, хотя и очень хотел. Он отвернулся и скрылся в темноте переулка.

– Грязная чосонская девка! – Хаяши громко ударил кулаком по столу, и звук разнесся по всей комнате. Донмэ и Хаяши сидели напротив друг друга на татами в комнате на втором этаже «Хвавольлю». После того, как оказалось, что чосонцы работают в «Хвавольлю» под видом гейш и передают информацию, Хаяши решил немедленно приехать, на случай если ситуация выйдет из-под контроля. В тот день Донмэ стал управляющим гостевого дома «Хвавольлю».

– Так идите и отловите ее! Что привело вас сюда, господин? – неторопливо спросил Донмэ.

– Если японское посольство вмешается напрямую, это может привести к дипломатическому конфликту. А я не могу сжечь весь дом, чтобы поймать одну маленькую крысу, поэтому мне нужен ты. Найди эту дрянь.

– Чосонская полиция уже рыскает повсюду, чтобы поймать ее.

– Они делают это, чтобы пошли слухи. Она должна знать, что мы перекрыли все дороги и ей больше некуда бежать. Поезжай в Чемульпо и следи за портом. Скорее всего, она попытается сбежать в Шанхай с поддельными документами. Вот групповой проездной документ, который был выдан, когда она исчезла. Пять из них – японцы, девять китайцев и шестеро чосонцев. Она должна быть среди них.