Бросок наудачу - Бэт Риклз

Опять поворачиваюсь к диванам. Посередине стоит кофейный столик, на нем разложены учебники Дуайта, тетрадь и ноутбук. Сажусь на самый большой диван и начинаю медленно и методично выкладывать все из рюкзака.

Дуайт входит через дверь в дальнем конце комнаты, ставит на стол банку содовой, стакан воды и кладет огромный пакет чипсов.

– Как провел выходные? – завязываю я разговор, пока мой ноутбук загружается.

Он пожимает плечами, но улыбается.

– Нормально. Успел даже позаниматься серфингом после рабочей смены.

– Круто. – И добавляю, не подумав: – Придется тебе и меня как-нибудь взять с собой. Я не позволю тебе забыть об обещании.

– Знаю, возьму, – ухмыляется он. – Просто… то есть мне казалось, ты, наверное, почти все время сейчас проводишь с Брайсом…

То, как Дуайт прочистил горло, наводит меня на мысль, что он слышал множество сплетен обо мне и Брайсе. Я в курсе, какие ходят слухи, но все, с кем общаюсь, знают – это неправда.

Но если Дуайт им поверил…

– Тебе следовало бы знать: не следует придавать значения всем сплетням, которые слышишь, – тихо говорю я.

– Что? Нет, я не это имел в виду – я не…

– Ага.

Он мягко улыбается мне.

– Я знаю, ты не такая, Мэдисон.

У меня в голове проносятся слова Рики, сказанные в понедельник утром: «Не волнуйся, Мэдисон. Все знают: ты милая невинная маленькая девственница».

Видимо, репутация идет впереди меня.

Но я улыбаюсь в ответ и открываю ноутбук. Дуайт нажатием кнопки включает свой. На его экране уже открыта пара документов и веб-страниц, большинство из которых он сразу закрывает; остальные просто сворачивает.

В молчании мы работаем на ноутбуках. Внезапно, заставив подпрыгнуть меня от неожиданности, у меня в кармане звучит мелодия She Had the World, которую я скачала в качестве рингтона на мобильный пару дней назад.

Ощущаю на себе взгляд Дуайта и испытываю неловкость, отвечая на звонок. Встаю и ненадолго поворачиваюсь к другу спиной, но все равно чувствую, как он смотрит на меня.

– Привет, Брайс, – говорю тихо.

Фоном слышен шум футбольного матча.

– Как дела, Модница? – Похоже, Брайс искренне рад со мной поговорить.

– Кхм, нормально. Я думала, ты с парнями? – Очевидно, так и есть, но тоном я как бы намекаю, мол, хочу узнать, почему он звонит мне.

– Да, я с ними, но сейчас у нас перерыв, и мне захотелось пообщаться с тобой.

– О-о.

– Так как дела?

– Да так… учусь.

– Ты такая прилежная ученица, – смеется он.

– Если бы.

– Занимаешься уроками в субботу вечером?

– Ты говоришь так, будто это плохо, – воркую я легким, шутливым, небрежным тоном, а у самой сердце уходит в пятки и мокнут ладони. – Физика, – решаюсь добавить я и пожимаю плечами, несмотря на то, что он меня не видит. – Ты же знаешь, я отстаю. Приходится как-то наверстывать упущенное.

Технически я не вру. Просто говорю не всю правду.

– Да, – соглашается Брайс с тяжелым вздохом. – Наверное. Держись. Сочувствую тебе.

– Кхм, все нормально. – Но вообще-то я не настолько в этом уверена.

– Хотел бы я оказаться рядом с тобой сейчас, – произносит Брайс тихим, интимным голосом.

Я переминаюсь с ноги на ногу и лишь выдавливаю в ответ:

– Я тоже по тебе скучаю.

– Но завтра ты свободна, так?

– Думаю, да.

– Хорошо. Значит, завтрашний день ты проведешь только со мной.

Я ожидаю, что покраснею, но вместо этого просто чувствую себя неловко. Не могу придумать ответную реплику. К счастью, мне везет, и в трубке слышно, как кто-то из парней зовет Брайса, спрашивая, где этот чертов попкорн, а Брайс извиняется и сообщает, что ему пора.

– Ну конечно. Приятного вечера.

– Приятной учебы, – отвечает он.

– Обязательно, – говорю я и первой кладу трубку. Затем отключаю звук на телефоне и бросаю его в сумку. Смущенно улыбаюсь Дуайту, но, прежде чем успеваю извиниться, он пожимает плечами и слегка улыбается мне.

– Уверена, что у тебя есть время поработать со мной, если так занята учебой?

В шутку он притворяется таким огорченным, и мы оба не можем не рассмеяться.

Примерно через час после начала нашей работы над проектом в комнату врывается мама Дуайта со словами:

– Дуайт, я уже миллион раз говорила тебе не оставлять Геллмана снаружи одного: ты же знаешь, его это расстраивает. – Она резко останавливается, увидев рядом с сыном меня. – Ой!

– Здравствуйте, миссис Батлер, – застенчиво здороваюсь я и вежливо улыбаюсь.

Она выглядит… Не знаю, как точно описать. Очевидно, мама Дуайта довольно молода: в ее темно-каштановых волосах заметно всего несколько седеющих прядок, но лицо словно принадлежит старухе; она выглядит измученной. Уставшей.

Фигура у нее стройная, на ней джинсы и розовый свитер. Волосы собраны в хвост, а щеки пылают. Минуту назад было слышно, как открылась и закрылась входная дверь; наверное, она откуда-то пришла.

– Я и не знала, что у нас гости, – извиняющимся тоном обращается она ко мне и бросает на Дуайта раздраженный взгляд. – Ты, должно быть, Мэдисон?

– Точно, – отвечаю я с широкой улыбкой. – Приятно познакомиться.

– Прости, что сразу тебя не заметила; Дуайт не предупредил о твоем приходе. Ты ведь останешься на ужин, не так ли?

– Если вас это не слишком затруднит… не хочу навязываться, – довольно робко говорю я, но по-прежнему улыбаюсь. Как и ее сын, миссис Батлер просто светится дружелюбием и общительностью.

– Конечно, не затруднит! – отмахивается она обеими руками. – Как продвигается проект?

– Хорошо, – в один голос отвечаем мы. Я смотрю на Дуайта, и он улыбается мне уголком рта.

– Славно. Кстати, меня зовут Тереза. Вот. Тогда не буду вам мешать, ребята! В буфете есть что пожевать на случай, если захотите перекусить, но не слишком наедайтесь перед ужином! – Еще раз улыбнувшись, она удаляется.

– Извини за нее, – бормочет Дуайт, когда я вновь берусь за тетрадь и ноутбук. – Моя мама может быть слегка… рассеянной временами.

– Она очень милая! – Я отвечаю честно. – И так похожа на тебя.

– Думаешь? – приподнимает он брови.

– Ага. Во внешности мало сходства, – признаю я, – но ведете вы себя одинаково. И одинаково улыбаетесь.

– Ха.

– Что такое?