Герой ее романа - Элис Дункан

Когда он снова открыл глаза, то увидел, что Клэр очень серьезно, почти торжественно смотрит на него.

— Думаю, я поняла, что вы хотите сказать. Но вы же знаете, остановить прогресс невозможно. Если бы вы не стали помогать прокладывать железную дорогу, это сделал бы кто-нибудь другой.

— Вы, конечно, правы.

Глядя в ее полные сочувствия глаза, Том позабыл и об Орионе, и о прериях, и о железной дороге. Ему казалось, что она понимает его чувства гораздо лучше, чем кто-либо в этом мире.

«Смешно, — думал он, — я никогда не нуждался в этом аспекте цивилизации — партнере в жизни. Возможно, просто потому, что никогда не встречал такой женщины, как Клэр».

— Я считаю, что вы сослужили своей стране большую службу, мистер Партингтон.

«Милая Клэр! Всегда найдет чем поддержать. Интересно, кто-нибудь пытался завоевать ее сердце? Клэр заслуживает настоящего героя, а не такого самозванца, как я. Удивительно, как это ей удалось стать такой рассудительной, энергичной женщиной? Какие жизненные обстоятельства выковали в ней эти качества?»

К изумлению Тома, у него вдруг помимо воли вырвалось:

— Вам не кажется, что за это я заслуживаю поцелуя, мисс Монтегю?

Ее глаза широко распахнулись:

— Конечно! То есть я… О господи!

Тихий хрипловатый шепот Клэр трепетал в воздухе и ласкал его слух. Том положил одну руку ей на плечо, а другой нежно коснулся щеки, поворачивая ее голову к себе. Его губы слегка коснулись ее губ, и Том понял, что Клэр никогда ни с кем не целовалась — она держала губы крепко сжатыми и была ужасно напугана.

— Не бойся, — тихо шепнул он. — Не надо так напрягаться.

Клэр повиновалась, и когда его губы снова коснулись ее губ, Том ощутил их мягкость и податливость — они просто таяли от его поцелуя. Он целовал ее осторожно, очень нежно. Ни одну женщину он еще не целовал так. Через мгновение Том почувствовал, что она прильнула к нему, будто растворяясь в его объятиях, и застонал от сдерживаемого желания.

Его руки скользнули по ее плечам. Том почувствовал прохладную шелковую кожу.

— Обними меня, Клэр, — попросил он, и после минутного колебания она сдалась.

Ничто не предвещало такой реакции Клэр Монтегю на его объятия. Она обхватила его руками за шею, запрокинула голову, прикрыла глаза. Том чувствовал, что еще немного — и пламя ее страсти просто заполыхает. Впрочем, он всегда подозревал, что под скромной внешностью Клэр таится безнадежно романтическое сердце. Она изо всех сил старалась скрыть свою страстную натуру, а Том хотел извлечь ее из глубин на поверхность. Он хотел, чтобы Клэр сгорала от страсти так же, как и он, хотел научить ее науке любви.

Том еще сильнее сжал ее в своих объятиях и, оторвавшись от губ, стал осыпать поцелуями подбородок и обнаженную шею. Услышав, как она вздохнула, он снова накрыл губами ее губы. Руки Клэр теперь лежали на его плечах, Том чувствовал, как ее пальцы впились в его парадный смокинг, будто она не могла больше себя контролировать. Как хотелось бы ему, чтобы Клэр забыла о своей сдержанности и расслабилась!

— Твои поцелуи похожи на сладкое вино, Клэр. Ты меня опьяняешь, — прошептал он, целуя мочку ее уха.

— О! — выдохнула она, и Том понял, что просто не может не поцеловать ее снова.

На этот раз он осмелел больше и позволил себе очертить языком контур ее губ. Клэр судорожно втянула в себя воздух, ее губы приоткрылись навстречу его нежному прикосновению, и она позволила его языку проникнуть внутрь, чтобы начать любовную игру. А через мгновение Том почувствовал ее ответ.

И все-таки он не мог вспомнить, держал ли когда-нибудь в своих объятиях такую невинную девушку. Он знал, что ему нужно быть очень осторожным. Осторожным, чтобы не напугать Клэр.

Том хотел одного — вытащить наружу так тщательно скрываемую ею женственность, хотел показать Клэр, что считает ее прекрасной и желанной. Ему хотелось, чтобы Клэр поверила в себя и в то волшебство, которое они могут создать вместе.

Если бы в первый вечер в усадьбе Партингтонов кто-нибудь сказал Тому, что он будет с ума сходить от любви к своей экономке, Том поднял бы его на смех. Однако теперь ему было совсем не смешно. Он не мог вспомнить, был ли когда-нибудь так сильно возбужден.

И возбуждена была не только его плоть. Том с удивлением понял, что до встречи с Клэр никогда не испытывал двух очень простых человеческих чувств — привязанности и нежности. До сегодняшнего вечера он ни разу не целовал женщину, которая для него что-то значила, и никогда не думал, что это будет так волнующе.

— Клэр, Клэр… — шептал он, прокладывая поцелуями дорожку по ее плечу.

Когда он коснулся языком впадинки у горла с часто бьющимся пульсом, Клэр откинула голову назад. Том увидел два маленьких холмика грудей и осмелился прижаться к одному из них губами. Он услышал, как Клэр снова резко втянула в себя воздух, но надеялся, что она не слишком шокирована.

Однако очень скоро стало ясно, что он переступил границу дозволенного: Клэр оттолкнула его и высвободилась из объятий. Ее рука метнулась к припухшим губам, и у нее вырвалось:

— О нет! Нет!

Глаза Клэр наполнились слезами, она пришла в такой неподдельный ужас, что Тома тут же стали мучить угрызения совести.

«Неужели она испугалась меня? Нет, такого просто быть не может!»

— Клэр, пожалуйста, послушай… Прости меня, Клэр!

— И как только я могла позволить себе такое?!

Том сделал шаг к ней, но она отшатнулась от него. И только тут до него дошел смысл сказанных ею слов, — Клэр, ты ни в чем не виновата. Во всем виноват только я!

Она так ожесточенно замотала головой, что Том начал опасаться, как бы с ней не случилась истерика. Он просто не верил своим глазам. Разве это всегда такая уравновешенная Клэр?

— Клэр! — позвал он снова, но она только отступила еще на один шаг назад.

— Боже правый, что я наделала?! — прошептала она, помертвев.

— Клэр, пожалуйста, послушай меня!

Она опять отступила, и Том испугался, что она сейчас обратится в бегство. Такой полный нескрываемого ужаса взгляд он видел у перепуганных насмерть лошадей.

— Не убегай, Клэр! Пожалуйста. Послушай меня!

Но его слова не возымели никакого действия.

— Боже правый! — снова в отчаянии воскликнула она и бросилась в бальный зал, словно за ней черти гнались.

— Что за дьявольщина?!

Том помчался за ней, но когда яркий свет в бальном зале ударил ему по глазам, резко замер на месте. Он не мог сразу разглядеть ее в этом море мелькающих людей, а когда увидел, она была уже у противоположной двери.

— Мистер Партингтон! — услышал он чей-то голос и с досадой понял, что опоздал: вырваться от гостей ему сейчас вряд ли удастся.