Корона - Кира Касс

Я опустила глаза и принялась изучать свое платье, ощущая тяжесть короны на голове. Да, моя жизнь – единственная, неповторимая и священная, однако с момента моего появления на свет – на семь минут раньше Арена – она принадлежала кому угодно, но только не мне.

– Арен, спасибо большое. Я запомню твои слова.

– Постарайся, пожалуйста.

Я положила руку ему на плечо:

– Беги к своей жене. Желаю вам благополучно добраться домой. Только обязательно позвони, когда приземлитесь, хорошо?

Он поцеловал мою руку и улыбнулся:

– До свидания, Иди.

– До свидания.

Я буквально валилась с ног, но покидать прием было еще не время. Надо себя заставить, мысленно приказала я. Собравшись с духом, я обошла гостей, дала несколько интервью и, стараясь не привлекать к себе внимания, направилась к боковой двери.

Слишком много улыбок и объятий, слишком много обещаний скоро связаться. Я чувствовала себя совершенно опустошенной. Завернув за угол, я увидела Ина, который разговаривал с людьми, вытянувшими счастливый билет быть приглашенными на прием по случаю коронации. И тут снова музыканты заиграли вальс.

– Ой, только один танец! – взмолилась какая-то юная девушка.

Я решила, что она просит Ина с ней потанцевать, однако девушка подтолкнула его в мою сторону, и Ин, не скрывая своей радости, предложил мне руку, чтобы проводить на танцпол.

Когда он закружил меня в вихре вальса, я не выдержала и спросила:

– И как давно ты любишь Хейла?

Ин улыбнулся:

– С той самой минуты, как нас собрали, чтобы подготовить к встрече с вами. Он выглядел таким счастливым, совсем как мультяшный персонаж. Это было очаровательно.

– Да, очаровательно, – согласилась я.

– Простите, что солгал вам. Я собирался унести эту тайну с собой в могилу.

– А сейчас?

Ин пожал плечами:

– Не знаю. Но Хейл настроен чертовски решительно. И хочет выйти из тени. Ну а я больше не стану использовать кого-нибудь в качестве ширмы, как это было в случае с вами. Теперь я понимаю, это нечестно и непорядочно.

– Иногда очень трудно быть честным с самим собой, да?

– Да, – кивнул Ин. – Но я ни за что не стал бы сравнивать себя с вами. Ведь, как ни крути, никому нет дела до меня, а вот на вас смотрит вся страна.

– Не говори глупостей. Даже мне есть дело до тебя. Мне не безразличен тот хвастливый сноб, каким ты выставил себя при первом знакомстве. – (Ин рассмеялся, предавшись воспоминаниям. С него словно слетела вся шелуха. Ну, может, не до конца, но уж кто-кто, а я прекрасно знала, что ломать преграды бывает ой как нелегко.) – И мне не безразличен этот трепетный, тонкий человек, который сейчас стоит предо мной.

Ин был не из тех, кто легко разнюнивается. Он не стал растерянно моргать или хлюпать носом, но я поняла: если он и был близок к тому, чтобы уронить скупую мужскую слезу, то это могло случиться прямо сейчас.

– Я счастлив быть свидетелем того, как вы стали королевой. Благодарю вас, ваше величество.

– Всегда пожалуйста.

Музыка закончилась, и мы поклонились друг другу.

– Вы разрешите мне уехать прямо с утра? – спросил Ин.

– Конечно. Будем на связи.

Он кивнул и размашисто зашагал прочь, навстречу новой жизни.

Я сделала это. Сумела выдержать сегодняшний день, не совершив ни одной оплошности, никого не обидев, и я пока еще была жива. Но теперь, когда все закончилось, можно было незаметно ускользнуть к себе, чтобы насладиться покоем уединения.

Однако уже у выхода я неожиданно заметила Марида, который что-то вещал в камеру.

Он поймал мой взгляд и радостно помахал мне рукой, предлагая принять участие в интервью. И хотя мне не терпелось поскорее покинуть зал и дать отдых усталым ногам, улыбка Марида была настолько неотразимой, что я не смогла устоять.

– А вот и она, виновница торжества, – провозгласил Марид и под хихиканье взволнованной репортерши обнял меня за талию.

– Ваше величество, как вы себя чувствуете? – Она ткнула микрофон мне под нос.

– А разве я имею право жаловаться на усталость? – пошутила я. – Нет, для меня это был незабываемый день, и, учитывая печальные события последних лет, я искренне надеюсь, что сегодняшние торжества поднимут настроение жителей нашей страны. И мне не терпится поскорее приступить к работе. И я хочу сказать огромное спасибо моим замечательным Избранным и верным друзьям вроде мистера Иллеа, благодаря которым я сумела гораздо больше узнать о проблемах и чаяниях своего народа. Не сомневаюсь, мы сумеем найти выход из положения и достойно ответить на все стоящие перед королевством вызовы.

– А вы можете хотя бы намекнуть, что вы планируете делать? – заинтересовалась журналистка.

– Я надеюсь, что собрание городского совета, созванное по инициативе мистера Иллеа, – я показала на Марида, – хоть и прошло не совсем гладко, окажется исключительно плодотворным. Ну а кроме того, сэр Вудворк подал очень интересную идею относительно того, как упростить моим подданным процедуру подачи ходатайства непосредственно королеве. В данный момент я не могу раскрыть вам всех подробностей, но его предложение весьма и весьма перспективное.

– Кстати о предложениях, – оживилась журналистка, – есть какие-нибудь новости с любовного фронта?

Я рассмеялась:

– Дайте мне хотя бы неделю привыкнуть к роли королевы, а затем я снова начну ходить на свидания.

– Вполне разумно. А как насчет вас, сэр? Что вы можете пожелать своей новоиспеченной королеве?

Я повернулась к Мариду, но тот только пожал плечами и наклонил голову:

– Ну, я хочу пожелать ей благополучного царствования и удачного завершения Отбора. Мужчина, который сумеет завоевать ее сердце, будет самым счастливым человеком на свете.

Марид проглотил ком в горле: ему, похоже, было трудно смотреть в глаза журналистке.

– Несомненно, будет. – Она услужливо кивнула головой, а затем, потеряв к нам интерес, махнула оператору, чтобы выключил камеру.

Я подхватила Марида под руку и увела подальше, где нас не могли услышать.

– Не хочу показаться невежливой после всего, что ты для меня сделал, но твое поведение я нахожу неподобающим.

– Почему? – искренне удивился он.

– А потому, что ты ведешь себя так, словно если бы не Отбор, то между нами непременно что-нибудь было бы. Ты уже в третий раз бросаешь многозначительные намеки, хотя мы с тобой много лет не виделись и нас ничего не связывает. Мой священный долг выйти замуж за одного из Избранных. И твое поведение абсолютно неприемлемо. Я требую прекратить подобные инсинуации.