Истинная поневоле. Отвергнутая жена Дракона - Анна Кривенко

объятий? Почему хочу прикоснуться к его гладкой коже на лице, провести подушечками пальцев по чувственным губам — таким мягким и нежным… я только что прочувствовала их мягкость на себе.

Это же всё ненастоящее, просто власть бессовестной магии, но… я устала с ней бороться. Может, позволить ей всё-таки властвовать?

Момент жгучего искушения оказался безумно опасным, и, если бы не неожиданное вторжение незваной гостьи, наверное, я бы согласилась. Сказала бы лорду Итану «да» и перестала бы бороться с собой…

Но гостья пришла и уничтожила эту возможность. Интересно, как она смогла добраться в поместье в сезон разгула скрежников?

* * *

Это была небезызвестная Камалия. Да-да, та самая, которая отчаянно мечтала женить на себе лорда Итана. Ворвалась она в кабинет совершенно бесстыдно, без стука и разрешения войти.

Я дернулась, пытаясь высвободиться из объятий дракона, но он неожиданно меня не отпустил. Наоборот, сжал крепче, но голову повернул в сторону вошедшей.

Нахальная девица замерла на пороге, широко распахнув свои огромные глаза. Кукольное лицо тут же приняло ошеломленное выражение. Это ошеломление быстро переросло в обиду, а потом в гнев. Ее щеки мгновенно раскраснелись, всё тело затряслось.

— Вы не можете… — процедила Камалия, глядя лорду Итону в лицо, — вы не можете быть с ней по-настоящему! Я всё узнала. Она человек!!! Вы никогда не женитесь на человечке. Прекратите!

Лицо у лорда Итана вытянулось, но наконец он отпустил меня и развернулся к драконице всем корпусом.

— Откуда у тебя эта информация? — спросил он ледяным тоном. — Кто проболтался?

Девица вздернула нос.

— Вам я не скажу, а вот всему свету расскажу с превеликим удовольствием. Вы не можете жениться на этом чучеле. Вся эта «истинность» — просто глупый фарс, я уверена. Она тут же исчезнет, когда вы изгоните эту грязную женщину.

И лорд Итан зарычал. Это было утробное рычание зверя. Чешуя на его шее вспыхнула так резко и ярко, что я отшатнулась. Кажется, у него даже зубы стали длиннее, а ногти… о Боже, они стали похожи на когти птицы!

В этот момент мне стало не по себе. Хотя я и знала, что лорд Итан — дракон, но всё равно воспринимала его как человека. А после такой трансформации стало реально страшно. Он не человек, это точно. Он некто из другого мира.

Мне ли хотеть быть с ним? Нет, я не хочу. Он слишком опасен, непредсказуем, и я не могу ему доверять. Я хочу покоя и безопасности для своей дочери.

Я отступила на несколько шагов назад, смотря на аристократа с неприязнью. И он словно это почувствовал. Резко обернулся и посмотрел мне в глаза. Его зрачки давно изменили форму. Он выглядел могущественным, необычным и в то же время отталкивающим. Отталкивающим своей безумной силой и исходящей от него опасностью.

— Убирайся!

Я вздрогнула и ещё сильнее попятилась, однако тут же поняла, что он сказал это не мне, а Камалии.

— Я никуда не уйду! — топнула ногой капризная девчонка. — Вы женитесь на мне и только на мне.

— Я никогда на тебе не женюсь, — процедил лорд Итан, прищурив свои нечеловеческие глаза. — Ты слишком испорчена для меня, слишком жеманна и преисполнена наглости. Уходи немедленно, иначе мне придется лично выставить тебя отсюда. А если хоть слово расскажешь кому-то о моей истинной, пожалеешь, Камалия!

Из глаз девушки мгновенно брызнули слезы. Огромные, блестящие — они покатились по щекам, как драгоценные камни. При этом она продолжала смотреть в лицо лорда Итана со смертельной обидой.

— За что вы так со мной??? — вскрикнула Камалия. — Я же всегда вас любила, всё для вас делала, вы для меня всё!

— Мы не созданы друг для друга, — прервал её излияния лорд Итан. — Выбрось эту дурь из головы, а если продолжишь угрожать, то… я сделаю всё, чтобы ты меня возненавидела.

Заорав от душевной боли и возмущения, Камалия развернулась и стремглав выскочила прочь. Цокот её каблучков еще долго слышался в коридоре, но потом затих. Она покинула поместье.

А я… я уже абсолютно охладела. Лорд Итан тяжело дышал еще некоторое время. Потом медленно развернулся, и я увидела, как следы драконьей сущности сходят с его тела. Глаза становились нормальными, чешуя бледнела и исчезала с его кожи. Ногти и зубы возвращались в первозданный вид.

Он смотрел на меня настороженно, нахмурившись. И то, что он видел, ему не понравилось. Всем своим видом я давала понять, что между нами ничего не может быть.

— Вы можете идти, — бросил он резко, отворачиваясь.

Я обрадовалась и рванула прочь. Но в тот же миг меня пронзило острое осознание того, что лорду Итану сейчас очень больно. Я аж остановилась, так и не выбежав из кабинета. Сердце заколотилось как сумасшедшее, ноги словно приросли к полу.

Ему больно? Почему? Не он ли хотел избавиться от меня? Он сам должен понимать, что всё это влечение — всего лишь результат навязанного магией действия. В нём нет ничего настоящего. Отчего ему чувствовать эту боль? Я ему не нужна!

Но лорд Итан чувствовал. Между нами существовала некая связь, дающая мне чёткое представление о том, что творится в его душе. Мне это не нравилось. Оно вызывало во мне ответную боль.

Я тяжело выдохнула, сглотнула и просто заставила себя на деревянных ногах покинуть кабинет.

— Нам будет лучше порознь, — прошептала я, ощущая странную, безумную и тоскливую пустоту внутри…

* * *

— Мама, — Аннушка смотрела на меня своими большими синими глазами, — можно спросить тебя о чём-то?

Её ладошка лежала в моей руке.

Мы сидели на нашей кровати в одиночестве и разговаривали.

— Что, милая? — ответила я, пытаясь спрятать собственную печаль.

— А может, мы можем никуда не уезжать? — вдруг заявила дочь.

Я опешила.

— Ты хочешь остаться? — удивлённо прошептала я. — Но это не наш дом. Мы, скорее всего, не сможем здесь быть. Нам нужно домой.

— Я знаю, — тяжело выдохнула Аннушка, — просто здесь Аллар. Он так нас любит. И мне кажется, что лорд Итан тоже нас любит.

Я поджала губы.

— Аллар, да. Но лорд Итан… пойми, детка, он под властью магии. Ни ты, ни я ему не нужны. Скажи, за всё это время он хоть раз взглянул на тебя? Он о тебе даже не помнит, понимаешь? Он вообще вспоминает о нас двоих только тогда, когда я показываюсь ему на глаза. Нам нужно домой. Здесь мы не будем счастливы.

Аннушка погрустнела.

— Но дома не будет Аллара.

Моё сердце сжалось от боли. Реальность была неумолима.

— Я понимаю, мне тоже это очень