Просто Алина - Ann Li

гнева взглядом. Я не выдержала и прикрыла глаза, когда мои глаза увлажнились. Потеряв зрительный контакт, Макс очнулся и аккуратно поставил меня обратно.

- Мне нужно проветриться, - выдохнул он и резко развернулся в сторону двери, я же с трудом устояла на ногах, а места соприкосновения с его ладонями на моей талии горели от отдающей боли под ребрами.

Я молча стояла и смотрела, как он схватил конверт с результатом ДНК теста, телефон и вышел за дверь, так и не обернувшись.

По моим щекам потекли горькие слезы. Я знала, что будет больно, будет неприятно, но я не была готова все равно. Утирая слезы, я себя жалела. Казалась себе самой несчастной на этой планете. Сколько я так просидела, предаваясь унынию, отчаянию и самобичеванию - не знаю.

Слезы постепенно прекратились. А я не могла понять, отчего мне так больно. Я ведь прокручивала в голове и более страшные сценарии. Моя душа болела. И чтобы мне стало чуточку легче, я встала и на негнущихся ногах поплелась к Адель. Забралась к ней на постель и крепко прижала свою девочку.

Когда-то мой муж бросил меня. Одинокую и разбитую. Мне казалось, что мир рухнул, несмотря даже на то, что образцовой семьей мы не были. Тогда я заставила себя заново жить. Перешагнуть этои жизненный этап. А сейчас…

Нет. Чувства ’дежавю’ не было. Я впервые за долгое время вспомнила о нем. Сейчас мне было хуже. Гораздо хуже. Обнимая дочь, я размышляла. Почему так?

То, что я сейчас чувствую не поддается никакой логике. Ведь он не отнял ее у меня, по крайней мере пока. Максим не стал будить Адель. Это хороший знак. Значит, доверие потеряно не окончательно. Может, конечно, он просто даст команду своим верным охранникам сторожить нас. Но и я сбегать не собиралась. Теперь, когда карты вскрыты, мне незачем бежать.

Но в горле по-прежнему стоял ком. В душе тревога. В сердце отчаяние. И все болит. Тело и душа.

Под свои невеселые мысли, я начала засыпать, но не могла, снова и снова прокручивая в голове этот вечер. Так хотелось взять телефон и позвонить ему, спросить где он, потому что я… волновалась. Мне действительно не все равно, куда он ушел.

И в этом момент я застонала, потому что поняла то, что так отчаянно пыталась игнорировать все это время. Макс медленными шагами, день за днем проникал в мое сердце, обосновался там и уходить не собирался.

Я влюбилась! Нет, даже не так. Я люблю его.

Совсем неподходящего мне мужчину. Катастрофа! До меня наконец-то дошло, что я могу потерять двух любимых людей. Не только дочь… Но и любимого мужчину.

Слезы снова покатились по моим щекам, как бы я не пыталась не плакать…

Глава 24

Макс

Алина закинула в мою душу бомбу замедленного действия, когда впервые появилась на пороге моего дома. Тогда я ещё этого не понимал, но сейчас, когда произошёл взрыв, перевернув все в моей душе, осознаю, что у меня не было ни единого шанса это предотвратить. Она зацепила меня с первой секунды. Невероятно красивая, миниатюрная и… абсолютно незаинтересованная мною. Наверное, от этого ещё больнее. Ее ведь действительно не интересовал я, только Адель. Что меня сначала удивляло, а потом бесило. А теперь причина ясна. Я ей был не нужен.

Горькая обида буквально затопила мою душу. Злость за обман и ярость от того, что я эту ситуацию не смог контролировать. А от понимания, что она меня обманула, хотелось крушить все вокруг. Приступы ярости мне не свойственны, но от услышанного в буквальном смысле застигало глаза гневом. Я схватил ее и пытался в глазах найти хоть каплю сожаления, но ее не было. Страх, боль, доброта, уязвимость и ещё какой-то неведомый коктейль эмоций - да. Но сожаления - нет. Уверен, единственное, что она бы изменила, это рассказала бы мне на десять минут раньше своей матери. Изменило ли бы это что-то? Не знаю. Наверное, она бы смогла все преподнести мягче. Я смог очнуться, только когда она закрыла глаза. Надеюсь, я не сделал ей больно.

Даже в этой ситуации я хотел защитить ее даже от самого себя. От своих не обдуманных действий и обидных слов, которые рвались наружу. Рад, что смог сдержаться. Потому что точно знаю, что потом бы пожалел об этом.

Я ведь не приемлю ложь даже во благо. Хотя знаю, что все лгут. Наверное, если бы мое сердце не любило Алину, я бы так не отреагировал. Забрал бы дочь и ушел. Даже не попытался бы ее простить. Но мне было плохо, потому что внутри все разрывалось на две части. Одна хотела наплевать и вернуться, сжать ее в объятиях и забыться, а вторая была зла и хотела разорвать с ней все связи, чтобы больше никогда не было так больно.

Какое-то время я просто сидел в машине, ничего не делая. Мысли метались. Я набрал Андрея, уже когда немного отпустило.

- Смотрите за Алиной и Аделиной в оба глаза. Я уехал, - проговорил скороговоркой.

- Хорошо. Что-то случилось? - поинтересовался он.

- Нет, - ответил я и скинул звонок.

Разговаривать мне не хотелось с ним и посвящать в драму своей жизни тоже. Сейчас я просто пытался отключить свои эмоции, как бы мне не было это сложно сделать. В душе был полный раздрай. Уложиться в голове все это никак не могло. Мне нужно было подумать, чем я и пытался заняться. Не получалось.

Вообще, даже сейчас пребывал в какой-то абсолютной нелогичной уверенности, что они будут ждать меня дома. Звонок Андрею - это скорее формальность для меня. Напоминание, что иногда мы ошибаемся в людях. Что касается моей дочери - все должно быть под контролем, чтобы я не чувствовал сам. Хотя последние недели я откровенно пренебрегал этим правилом…

Выехав с парковки, я хотел сначала поехать домой, но проехав буквально несколько метров, передумал. Позвонил своему адвокату. Мне нужно поговорить с ним. За годы совместного сотрудничества мы стали больше, чем клиент-адвокат, не друзья, но хорошие приятели, пожалуй, да.

- Что случилось? - вместо приветствия говорит Саша.

- Мне нужно с тобой поговорить. Сейчас, - делаю ударение на последнем слове, показывая, что дело не терпит отлагательства.

- Я дома. В офисе смогу быть минут через тридцать. Не раньше, - отвечает он.

- Хорошо, я как раз доеду, - отвечаю