Я рожу тебе детей - Ева Ночь

Можно, конечно, и без Змеева обойтись, но потом разговоров не оберешься, папа опять останется недоволен или опять начнет меня поучать да строить. А при Олеге не станет. Или не в таких количествах.

Безусловно, я девушка гордая. Но бывают обстоятельства, когда гордость надо подальше засунуть и сделать хоть что-нибудь себе во благо.

Тем более, у меня есть повод. Надо Олега поблагодарить за цветы и торт.

Я сделала еще пару кругов почета по квартире. Затем поставила тюльпаны в воду, торт — в холодильник. А сама вцепилась в гаджет. Гипнотизировала контакт, собираясь с духом. А потом закрыла глаза и ткнула на вызов.

Змеев отозвался мгновенно.

— Да! — от его властного голоса мурашки хлопнулись в обморок, а потом врассыпную помчались от макушки к пяткам. В животе сладко екнуло.

— Здравствуй, Олег, — чуть ли не сюсюкнула я и мысленно надавала сама себе пощечин.

— Привет, Лер, — низко-низко, с хрипотцой, все, как нам с мурашками нравится. Они уже визжали от восторга и махали пипидастрами, приветствуя своего героя. Предательницы. А мне тут хоть раскорячься.

— Спасибо большое за торт. И за цветы, — выпалила я, понимая, как по-идиотски звучат мои благодарности. Будто я просила и ждала, а он взял и подарил.

Змеев, видимо, считал так же: красноречиво молчал в ответ, а я не знала, что еще сказать. Поэтому несла полную ахинею.

— А ты почему не приехал сегодня? Занят был?

Очень занят. Так занят, что цветы и торт под дверь поставил. Злится на что-то. А я не знаю, что у него в голове перемкнуло.

— Я приезжал, Лер, — голос у Змеева тихий и будто уставший, — но ты то ли не заметила, то ли сделала вид. Выяснять не стал. Проводил тебя домой, цветы-торт под дверью оставил и ушел. Все, как ты хочешь: стараюсь не нарушать твои границы, когда ты не хочешь меня видеть.

— Почему не хочу? — растерялась я.

— Когда хотят, глазами ищут. Ну, или звонят по телефону. Ты ни то ни другое не сделала. Так что я посчитал, что сегодня не мой день.

Не искала. И не позвонила. Кто знает, почему. Может, все из-за вбитых намертво принципов, что девушка не навязывается. Мужчина, если надо, сам позвонит, приедет, догадается.

Но после моих слов о том, что он на меня давит, видимо, Олег решил не давить — вот так оригинально.

— Тебя то слишком много, то чересчур мало, — брякнула я, и только потом поняла, что сказала.

В ответ — тишина.

— Олег? — на миг я испугалась, что он просто отключился, не стал меня слушать.

— Да, Лер, — снова эта хрипотца ездит по нервам, как наждачная бумага. — Соскучилась?

Что он там себе воображает?! Наглый пират! Вот сейчас возьму — и брошу телефон. Пусть мучается!

— Да, — словно со стороны услышала свой голос.

Кажется, я сошла с ума. Но это правильный ответ. Мне действительно его не хватает почему-то.

— Я тоже. Очень, — гладит мое израненное эго его голос. — До завтра, Лер?

Завтра. Да. Папа. Мама. Грибы. Пироги.

— Приезжай с утра? Завтра выходной. Ну, не прямо с утра-утра, а часов в одиннадцать?

— Приеду, — вздыхает Олег. — У нас какие-то планы?

У нас есть очень большой план: встреча с моими родителями, но я трусливо умалчиваю этот очень важный факт. Иначе он сразу поймет, почему я позвонила. Обидится еще. А мне надо его выманить. К себе.

— Никаких планов, — постаралась, чтобы голос мой звучал беззаботно. — Приедешь, придумаем что-нибудь на ходу.

— Хорошо. Так даже интереснее, — соглашается Олег, а я чувствую себя немножко виноватой. Я заманила его в ловушку. Но что делать? Все средства хороши, когда хитришь.

Глава 38

Олег

Он полночи не мог уснуть. Лерочка позвонила сама. Может, и впрямь скучает?..

Это его радовало, а еще — будоражило. Олег прислушивался к стуку собственного сердца и удивлялся. Оказывается, как много он пропустил. Или уже забыл. Не думал, что можно еще ощущать подобное: отчаяние до темноты в душе только потому, что девушка не посмотрела в его сторону; радость оттого, что позвонила.

И вот это ожидание встречи сводило его с ума. Он сам себя не понимал и не узнавал. Лерочка будто зажгла в нем искру, что делала его другим.

Олег не сказал бы, что все изменилось, но что-то сдвинулось в нем. Вчера — ровная поверхность, сегодня — запуск процессов горообразования. Острые пики в груди, что вырываются наружу, разрушая все на своем пути, меняя ландшафт его жизни, перекраивая на свой лад все его устои и принципы.

Он, наверное, слишком многого ждал от их встречи. Воображал и фантазировал. Представлял, как увидит Лерочку немного заспанной, но такой милой и желанной. Мысленно целовал ее и прижимал к себе, позволив себе такую малость — плюнуть и просто идти за ходом своих очень грешных мыслей.

Реальность оказалась куда прозаичнее.

— Ну наконец-то! — воскликнула Лерочка, когда он позвонил в ее дверь.

Он даже опешил от ее напора и целеустремленности. Может, поэтому позволил схватить себя за руку и затащить в коридор, что светился, как новогодняя елка, яркими огнями потолочных лампочек в ряд.

Он даже и не подозревал, что они существуют. Правда, откуда ему было знать, если он переступал порог ее квартиры не так часто, как хотелось.

Никакой мягкости в Лерочке и в помине не было. Собранная, взбудораженная, с острым взглядом, нацеленным куда-то в будущее. А еще она чуть ли не при параде. Олег даже украдкой в телефон заглянул. Вдруг уже понедельник? И ей на работу пора? А он опоздал, хоть и обещал заехать с утра?..

— Здравствуй, — поздоровался он, пусть и запоздало. Лерочка даже на этот обязательно-вежливый жест размениваться не стала.

— О! Привет! — покраснела она очаровательно и на миг смутилась, но то, что ее заставило быть в полной боевой готовности, пересилило. — Тут такое дело. Родители приезжают с минуты на минуту. Знакомиться и все такое…

Все ясно. Наглое использование. А он, как дурак, навоображал себе не понятно что. Деловые отношения такие. Все по расписанию и ничего личного. Эмоции в сторону.

Олег сам на этом настаивал. Но почему вдруг ему и больно, и неприятно?

Виду он не показал. Не стоит. Тем более, ее отец и так хотел продолжить знакомство. Но Лерочка, кажется, все же успела что-то прочесть по его лицу.

— Прости, пожалуйста, — потянула она его за руку на кухню, едва он пальто на вешалку отправил. — Хочешь кофе?

Он хотел другого. И Лерочку