Двойной сюрприз - Кира Морриган

– Если ты помнишь, недавно я получила в подарок чудесную картину, – начала Черстин.

* * *

В квартире пахло пирогами, расплавленным воском, чуть подпаленной хвоей…

Эмиль снял очки и внимательно посмотрел на сына:

– Ну, Свенсон, кажется, это будет славное холостяцкое Рождество?

– Похоже на то, отец.

– Ладно. Что ж поделать. Кажется, в этом есть и моя вина.

– Давай забудем ту историю, – несколько раздраженно отозвался Свенсон, – сколько ж можно?

– Молчу, молчу.

Эмиль взглядом продолжил производить ревизию стола:

– Бочонок темного пива и несколько бутылок красного вина – куда нам столько?

– Мало ли, – отозвался сын, – всякое случается. Особенно под Рождество…

– Не пойму, о чем ты толкуешь. Ты хитер, как Локи – признавайся, что-то уже успел замыслить?

Свенсон притворился, что ничего не слышит, и повесил на маленькую пушистую елочку еще одну позолоченную шишку.

Резкий и звонкий стук в дверь заставил вздрогнуть дедушку и Свенсона.

– Селедка и свекольный салат, картофельная запеканка, запеченная рыба… Сынок, это к нам стучат?

– Кажется, да.

– Ты кого-нибудь ждешь?

– Чего без толку болтать, лучше открой дверь, – предложил сын.

Эмиль направился в прихожую.

На пороге терпеливо ждали Черстин, Андреас, Кирстен и Джек. В руках Джек держал большой бумажный мешок, имитирующий котомку Санта-Клауса. Из мешка, завязанного наспех, торчал длинный полосатый лакричный леденец.

– Ну и ну, – протянул дедушка. – Свенсон, у нас сюрприз! Хотя, насколько я догадываюсь, кто-кто, а ты об этом сюрпризе заранее знал. Черстин, милая, ты наконец-то решила забрать свою мобильную игрушку? Трезвонит, понимаешь ли, целыми днями. То звонки, то сообщения… Ну, детки, проходите!

Свенсон тоже вышел в прихожую, широко улыбаясь. Одному ему было ведомо, насколько велика его радость за дочерей, которые наконец-то решились что-то изменить в своей жизни, не изменяя при этом себе…

– Да, сюрприз удался! – заявил он.

– Двойной сюрприз, папа!

Это хором сказали Кирстен и Черстин.

– Кажется, – пробормотал чрезвычайно довольный Эмиль, – спокойная жизнь наконец-то закончилась.