Ты принадлежишь мне - Ноэми Конте

Озадаченная, я пытаюсь понять, что со мной случилось. Чувство дискомфорта скручивает мою нижнюю часть живота, поэтому я опускаю взгляд туда и, благодаря тонкому солнечному свету, обнаруживаю, что лежу на бежевых шёлковых простынях.

Господи, но что за... думая, что я ещё немного в дрёме, я протираю воспалённые глаза. Мои ресницы трепещут, когда мои ладони отпускают их, а затем опускаются, чтобы я могла видеть более чётко.

Вокруг меня больше нет ничего похожего на мрачную комнату, в которой я живу уже несколько дней. Всё стало более... тёплым. Стены кремового цвета, мебель полностью деревянная, а ещё эта кровать... она огромная. Чёрт, но где же я нахожусь?

Внезапно испугавшись, я вскакиваю с матраса, и моё проклятое ОКР (прим. обсессивно-компульсивное расстройство) снова оживает. Я играю с ракушкой, которая находится на моём запястье. Только в тот момент, когда мои ноги касаются мягкого ковра, непреодолимая боль заставляет меня согнуться пополам.

— Ой... — стону я, одновременно сжимая живот предплечьями.

Мой пульс учащается, а лицо пылает. Пытаясь унять боль, я дышу спокойно. Раз, два, три… Медленно, мне наконец удаётся выпрямиться.

Чуть дальше передо мной стоит симпатичный туалетный столик, за которым следует зеркало на подставке. Я прекрасно вижу себя и обнаруживаю, что мой наряд уже не тот, что раньше. Теперь на мне что-то вроде атласной пижамы, странно сочетающейся по цвету с простынями, которые я только что покинула.

Сбитая с толку, я продолжаю исследовать это место. Передо мной огромное эркерное окно, которое начинается от пола до потолка и образует дугу окружности с видом на небольшой балкон, откуда открывается потрясающий вид на природу. Тысячи деревьев красного дерева раскинулись перед моими глазами. Их так много, что я на мгновение застываю с открытым ртом.

Так... это посреди этого леса я была заперта всё это время? Я не знаю. По правде говоря, я растеряна. Может быть, мне это снится, или... может быть, я даже мертва, и всё это не что иное, как мой рай.

Моя рука лежит на стекле, а лоб осторожно прижимается к нему. Я намеренно дую на него, что создаёт небольшое пятно тумана. Я отступаю и наблюдаю за ним. Он быстро испаряется. Я жива и здорова. Оставаясь неподвижной в течение не знаю, какого долгого времени, стоя перед этим огромным стеклом, я размышляю.

Во-первых, я вспоминаю, что произошло в подвале до того, как, сама не зная каким образом, я оказалась лежащей на этих простынях. Боль, кровь, Гаррет и... больше ничего. Не думая больше об этом, я понимаю, что потеряла сознание. Мой новый друг тогда получается вызволил меня из тюрьмы, я полагаю, потому что моё состояние здоровья его обеспокоило.

За моей спиной раздаётся какой-то шум. Испуганная, я оглядываюсь, а затем обнаруживаю женщину, которую не знаю. Её светлые волосы ниспадают каскадом на плечи, а её зелёные глаза пронзают меня насквозь. В её правой руке небольшой портфель. Господи, неужели она собирается пытать меня?!

Когда женщина делает шаг вперёд, я прижимаюсь к стеклу. Кто она такая?

Её свободная рука тянется ко мне, затем она медленно продвигается вперёд, успокаивая меня, как будто я испуганное животное:

— Не волнуйся, Руби. Я не причиню тебе вреда…

Мои брови изгибаются. В это трудно поверить, когда уже несколько дней какой-то псих держит меня в плену в своём подвале, и каким-то чудом я просыпаюсь среди роскошных простыней, прежде чем появляется незнакомка из ниоткуда. Не волноваться... честно говоря, малая из моих проблем.

— Мне просто нужно убедиться, что с тобой всё в порядке, — продолжает она, несмотря на то, что я выгляжу маленькой девочкой, попавшей в беду.

Я сглатываю, когда она останавливается на краю кровати, чтобы положить туда свой багаж. Мои глаза опускаются, пытаясь увидеть, что в нём на самом деле.

— Присядь, ладно? Ты потеряла много крови. Как раз время, чтобы убедиться, что…

— Кто ты такая чёрт возьми?! — Обрываю я её, напуганная до смерти.

Её рот остаётся приоткрытым, и её жесты замирают, затем она кивает, слегка смеясь:

— Извини меня, ты права. Я не представилась.

Всё ещё прижавшись к окну, я с недоверием смотрю на неё. Красивая блондинка медленно достаёт инструмент из своего портфеля. Это стетоскоп, который она сразу же надевает себе на шею. Она что, врач?

— Меня зовут Оли, — говорит она мягким голосом. — И, как ты можешь видеть, я далеко не твой враг.

Тем не менее, подозрительно, я остаюсь в стороне, в то время как она всё ещё побуждает меня присоединиться к ней, постукивая рукой по краю матраса.

— Просто доверься мне. Мне просто нужно убедиться, что с тобой всё в порядке.

Дружеский тон, которым она не перестаёт пользоваться со мной с тех пор, как вошла в комнату, заставляет меня хотеть ей верить. И потом... надо сказать, что в отличие от змея у неё, настоящее ангельское лицо. Я поджимаю губы и смотрю на неё, решая уступить. Да, в любом случае, какими бы ни были её истинные намерения, если они плохие, в конечном итоге мне всё равно придётся с ними столкнуться.

— Хорошо... — выдыхаю я, делая первый шаг к ней.

Медленно я подхожу к ней, в то время как она терпеливо ждёт, не вздрагивая. С того момента, как я оказываюсь прямо напротив неё, её ладонь указывает мне на кровать, на которую я в конечном итоге молча сажусь. Я с трудом сглатываю, когда она наклоняется, прежде чем спросить, приставляя оба конца своего инструмента к своим ушам:

— Всё в порядке, можно я?

Схватившись за другой конец стетоскопа, Оли, очевидно, ждёт моего зелёного света, чтобы начать свои проверки. Я разрешаю ей это, кивая, поэтому она подходит и засовывает предмет мне под топ, совсем близко к груди. Мне холодно и неуютно, так что моя кожа мгновенно покрывается мурашками и я бормочу:

— Я просто чувствую дискомфорт.…

Но она ничего на это не отвечает. По правде говоря, мне даже интересно, слышала ли она меня. Тогда я решаю держать рот на замке, пока она не закончит. Менее чем через минуту она заканчивает. Оли убирает свои принадлежности и улыбается мне:

— Всё хорошо. Теперь… мне нужно, чтобы ты легла на спину.

Я вздрагиваю, и нервный смешок давит на всё это.

— Не стоит, у меня уже не так сильно болит живот.…

Кто-то трижды стучит в дверь, что прерывает меня. Затем я обнаруживаю голову Гаррета из-за двери. Не услышав его вопроса, я киваю и впускаю