После развода с драконом, или Девять месяцев спустя - Ольга Ивановна Коротаева

— Куда ты?

Мужчина оглянулся и подарил мне грустную улыбку:

— Собираюсь серьёзно поговорить с супругой.

И стремительно покинул дом. Прижимая к себе спящего младенца, я растерянно моргнула.

«Ах, да! Бри жива, а, значит, Кэннон несвободен».

Глава 38

Прошло несколько дней, а Кэннон всё не возвращался. Его воины практически не отходили от меня, даже спали под дверью и дежурили за окном. В другое время это бы меня раздражало, но сейчас я мирилась с некоторыми неудобствами. Ради безопасности моего Егорушки!

— Доброе утро, — улыбнулась сыну, который захныкал и разбудил меня. — Проголодался, малыш? Сначала я тебя подмою и переодену, а потом будет завтрак!

Пока сынок насыщался, я вспоминала, как сильно боялась, что Кэннон отберёт моего ребёнка. Сейчас страха не было, и дело вовсе не в том, что лорду Бэрнсту некуда возвращаться. Я сердцем чувствовала, что мужчина так бы не поступил.

— Почему я стала больше верить твоему папочке? — шепнула, рассматривая пухлые щёчки сына и его густые реснички. — Неужели всё дело в загадочной связи между нами?

Я много читала об истинных парах, но даже представить себе не могла, что когда-либо почувствую незримую связь, которую не объяснить словами. Казалось, я просто ощутила аромат леса, так почему была уверена, что это запах Кэннона?

— Раньше между нами будто ледяная стена была, — поглаживая волосики Эгора, прошептала я. — Лорд не верил мне. До последнего не верил. Наблюдал за моей реакцией, когда приехал. Прощупывал почву, то обвинив, то неожиданно извинившись. Я тоже относилась к твоему папочке с настороженностью. Ровно до момента… Верно!

Всё изменилось в один момент, когда я услышала голос Бриэтты. Мир перевернулся, растаяли предположения, и осталась лишь голая, как земля, правда. Эфдокия была пешкой в чужой игре. Впрочем, как и Бриэтта. Но девушке надоело такое положение, и она столкнула с доски фигуру матери, чтобы выбраться из её тени и стать ферзём.

Малыш сонно зачмокал, отпустив меня, и я, застёгиваясь, тихонько поднялась с постели.

В дверь постучали, и вошла Оля с подносом в руках.

— Ради пресветлой Этры, — недовольно проворчала она, закрывая дверь ногой. — Сколько ещё эти мужчины будут топтаться у вашей двери, госпожа? Меня дрожь берёт от их взглядов!

Поставила поднос на стол и, глянув в окно, задёрнула шторы:

— Житья от них нет!

Я с улыбкой присела за стол и взяла кусок хлеба. Прежде, чем откусить, поинтересовалась:

— Мастера приступили к работе?

— Ещё на рассвете, — Оля сложила грязные пелёнки в таз и направилась к выходу. — Хотя воины лорда им помогают, работы непочатый край. Ещё кормить всех… Боюсь, скоро у нас и медянки не останется, госпожа!

— Не бойся, — нарочито весело сказала ей. — Я обязательно найду деньги.

Моя помощница покачала головой и вышла, тщательно покрыв за собой дверь. А я вздохнула, потому что Оля была права. Даже с учётом того, что мужчины ежедневно охотились, наши припасы стремительно таяли. А ещё приходилось кормить воинов исчезнувшего Эльбэрта!

Оля вернулась, когда я поела. Она помогла мне одеться и, треща без умолку, причесала волосы и уложила их в красивую причёску.

— Никлим ходил в деревню, говорит, больше оссомов никто не видел. Кузнецу уже лучше. Даже к работе приступил. Вас каждый день вспоминает и молится Этре! Передал в благодарность какую-то странную железку. Непонятное уродство, но я попросила Ваню спрятать её в конюшне. Вдруг денег стоит? А то не нравится мне этот Домуин! Бродит по дому, зыркает своими глазюками, чего-то высматривает…

— Его аппетит стал лучше? — поинтересовалась я.

— К сожалению, — недовольно буркнула Оля и отложила расчёску. — Вам бы прогуляться, госпожа. Вы такая бледная! Идите, а я с Жданушкой посижу.

Я не стала её поправлять. О том, что Эгор сын лорда, пока известно лишь самому Кэннону и нам троим. Хотелось, чтобы так всё и оставалось. Меня тревожило присутствие в доме воинов Эльбэрта, но рука не поднялась выставить из поместья мужчин, которых бросил лорд. Всё же они защищали нас и во всём помогали.

Покинув комнату, я спустилась, стараясь не замечать Эглора, следовавшего за мной по пятам, и кивком поздоровалась с мастерами.

— Леди Эфдокия, — услышала вкрадчивый голос целителя и обернулась. Домуин торопливо приближался ко мне, а я отметила, что целитель выглядел уже вполне здоровым. — Слышал, что вы собирались на прогулку. Разрешите сопроводить вас?

— Буду рада вашей компании, — вежливо ответила я и обернулась к воину: — Как видите, я не одна. Поэтому вместо того, чтобы работать моей тенью, сходите на кухню и позавтракайте.

— Не думаю, что человек сумеет защитить вас от оссомов, — Эглор окинул Домуина насмешливым взглядом, а потом хищно ухмыльнулся: — Разве что сойдёт за наживку!

Целитель побледнел и гулко сглотнул, и я поторопилась успокоить мужчину:

— Оссомы ушли из наших краёв. Эглор вас запугивает, чтобы вы отказались от прогулки. Но мне действительно есть, что с вами обсудить.

— Мне тоже, леди, — слабо улыбнулся Домуин.

Опасливо покосился на воина и проскользнул мимо него к входной двери. Я поспешила следом, на ходу застёгивая меховую накидку Кэннона. Она была мне великовата, волочилась по полу, зато была тёплой и приятно пахла. Стоило накинуть плащ Кэннона, как тревоги отступали, и казалось, что я со всем справлюсь.

— О чём вы хотели поговорить, леди? — осторожно начал целитель, когда мы отошли от дома на приличное расстояние.

Я направлялась к роще калладских клёнов, чтобы проверить выполнение моего приказа. Но не спешила пересекать границу своих «угодий», а пошла вдоль забора.

Сегодня было на удивление тепло и солнечно. Холодный ветер, который часто дул со стороны гор, не тревожил голые ветви деревьев, а опавшая листва была похожа на алый ковёр. В синем небе зависли серые облачка, а в лучах солнца искрилась лёгкая изморозь.

— Хотела сказать спасибо, — негромко ответила я и с интересом покосилась на мужчину. — Вы без тени сомнений приезжали к драконице, думая, что ваше привычное лечение ей ничем не поможет. Понимаю, вы считали это блажью, но для меня ваши визиты были очень важны.

Домуин продолжал идти рядом. Не глядя на меня, тихо произнёс:

— Прошу прощения, леди. Я действительно считал эти вызовы бесполезными и раздражающими. Ведь мне приходилось бежать к вам, невзирая