Черная Принцесса: История Розы. Часть 1 - AnaVi

этот… Квадратики… Все размыто к чертям… И лишь черно-белый… серый фон перед глазами — по форме же кого-то. Но вот и кого? А ведь он или она… они — просто, может, сделали одно какое-то незатейливое замечание… повысили голос… ну, так… к слову и меж фраз… не в укор… не в каком-то там и отрицательном подтексте, как и негативном окрасе… чтобы только их услышали… а уже: враги народа! Туго же пришлось бы яжемамочкам и яжепапочкам с лишением родительских прав — за отказ своему же или не ребенку в снятии мягких уголков с острых же углов мебели… Потому что «Уже взрослый». «Хоть — и ползком под тот же стол!». Открытии розеток для пальцев… Ведь «Они туда не влезут! А вот шпилька…»! Включении на полную мощь взбивалки с кремом, безе или шоколадом на венчике… Опять же, не говоря о прямых и целевых случаях! Без разброса на ветер и внимание… Слишком много… волков стало! И слишком мало овец осталось! Стран-но… Может, пора уже отменить этот масочный режим и закончить с этим маскарадом-карнавалом? И да простят меня… в который уж раз… за эту уже порядком надоевшую и прямо-таки приевшуюся пресловутую маленькую букву! Вот уж где-где, а здесь повторяться — не стыдно. Скорее же — не и стыдно. Целее же будем! Которые еще не перешли в избиения… Настоящие избиения! Да и не… Что физические, что и моральные… Или?.. Можно? Сколько же вопросов, елки-палки! А ответов? Декриминализация наплакала! А ведь все еще нужно рассматривать… ин-ди-ви-ду-аль-но! И каждый же, каждого и каждую… — в единичном и конкретном же случае!

Но и все же… было бы забавно, если бы на картине была та, что была до меня. Ну, не умею я долго держать серьезный апломб, когда на сухом остатке еще есть что обсмеять. Или оплакать… Прости! Но и я надеюсь, ты вновь понял. Или поймешь — ведь я еще не раз повторю и вернусь… Знаешь же! Как и про баланс с равновесием… Цирк на дроте же, ей… бог-дьявол. А иначе же… никак! Вот и ходим по грани, стараясь не сорваться в какую-то излишнюю полемику на больном и открытом, еще не зажившем… С критикой же и без предложений. Надо же всегда — фильтровать и порцевать. С настаиванием! «Подумать — сказать — сделать»: только так, а не наоборот. И уж тем более — ради только них самих. Так и знала же, что что-то должно остаться! Но вот и только… почему именно в комнате Влада, а не?.. Он же сам говорил, что… Неужели и, правда, так издевается над ним: по ночам снимает ее у себя и вешает в комнате Егора? На стене или под потолок… На потолке! И прямо же… над ним и его же кроватью! Вот это убийство так убийство… Прям же и… что ни на есть. И Влада же! После и всего же вот этого… С щепоткой лишь само-. Сам же пошел на это! Ладно… Все! Посмеялись и хватит. О костях, да? Да! Ведь и это же уже — моя прерогатива тоже… и ничего больше, как и меньше… «Делиться с тобой и не делиться ни с кем»! Таков лишь итог всему и ему же смысл… Так что… мои уже взятки — гладки! Да и танец же все этот… он же наш… танго. М? Ведь его — танцуют двое. Не забывай… никогда! Хотя бы это… А какой был символизм… Какое… Такое… Даже до мурашек пробрало! Да, наша же история с тобой не началась с этого… моего нынешнего же светло-коричневого деревянного шкафа-стола началась еще тогда же и с того же… до… темно-коричневого и настоящего деревянного шкафа с полками же для книг… и внутри него же самого — не как уже сейчас и приставка же к самому столу… и уже не закончится же той, что есть сейчас, но… Честно? Не только с этого и поэтому же, что шкафа нет, а… Хотя и то, что все стало открыто зрению и не только же моему, сыграло существенную роль… Но и не суть. Уже! Хоть… было бы и забавно… и страшно же одновременно, смешно и страшно, как прям и в том самом анекдоте… если бы мы оборвались с тобой — на этом же самом моменте, когда уже не стало и твоих же все предшественников…

И ведь ладно бы, да, просто бы выкидывала и выкинула — она ж их всех сожгла! Разобрала шкаф… и с ним же сожгла. Заморочилась же! Нашла какую-то… а главное же и у кого-то, к слову же все о «рамах» и… гаражах, не знаю, сараях… в центре города… мусорках, что и тоже, конечно, может быть, но и вряд ли уже, не к чести же… черную обугленную проломанно-пробитую с нескольких сторон… но и главное же все не со дна… металлическую бочку… и устроила костер, ха, целое кострище! И угадай же — где? Под окнами своей же квартиры! А я? В них и на них же смотрела! Таким было мое наказание за тайны и секреты в своем же закрытом от нее шкафу… И нет, я сейчас не про ориентацию! Буквально! К сожалению ли? Счастью? Полагаю, что все же второе: ведь и я еще легко отделалась! А так бы… не знаю… спрыгнула бы с подоконника? Разувшись перед этим, конечно же! Ну и благо же еще — не раздевшись. Ну, а там… регенерация и… все по новой. С фантазией ведь подходит! С воображением… Изощренно-извращенными! И нет, она не могла в него влезть просто так! Собственно, поэтому-то и избавилась… по большей части. Ведь и он был еще сам по себе настолько старым, возможно, что и как она же, причем уже и не по человеческим же меркам прям что и раритет… Ну, не