Слушая сердцем - Ася Сергеева

Делаю глубокий вдох на полную грудь. Пусть так быстро я супер-смелой не стану. Но начинать ведь никогда не поздно…

– Всё. Теперь я приняла решение, – прерываю подружек от перечисления способов расправы с соперницами. – Так просто я не сдамся!

***

Перед сном вижу пропущенное послание, и теперь уже не так страшась открыть переписку, читаю:

«Тори, я хочу забрать тебя с утра в универ».

Ниже следующее, видно надоело ему ждать ответ.

«Скучаю по тебе, синеглазка. Зря я себя так тупо расхваливал, уже жалею об этом. Прости меня, моя любимая девочка».

Смахиваю, выступившие слезинки в уголках глаз, и злюсь на себя за прошлую нерешительность и сомнения. Какая же я дура.

«Я тоже скучаю по тебе, очень-очень скучаю.

И знай! Я горжусь твоими достижениями, Дейв.

Что бы ни произошло, для меня ты – лучший».

Но только теперь не все так просто… и я добавляю:

«Жди меня возле своего дома. Я сама подойду. Только выполни мою просьбу, пожалуйста».

***

(примечание от автора: *события идут параллельно книге "Молчаливый ангел" и частично пересекаются. В первой книге полностью раскрыто происшествие с Дианой. Здесь мы смотрим только глазами Вики).

Вика

Выбегаю из дома оглядываясь как шпион по сторонам. На всякий случай, вначале направляюсь вперед к остановке. Наставили камер, а мне теперь мучайся.

За следующим домом заворачиваю и в обход бегу теперь уже ко двору Дейва. Повезло еще, что отец уехал на час раньше. И не пришлось выдумывать отмазки, почему меня не надо подвозить.

Машину Дейва вижу издалека и его самого, напряженно выглядывающим меня из другой стороны, в которой я должна была бы появиться.

Вот такое моё шпионское утро.

– Привет. Я не сильно опоздала?

Подлетела к нему, запыхавшись после круговой пробежки.

– Смотря для чего, синеглазка, – настораживает Дейв меня своим приветствием.

Раскрывает руки для объятий, и я даже не думаю сопротивляться. Хоть на секундочку льну к нему.

Дааа. Мне точно этого хотелось.

– Ничего не хочешь спросить? – нехотя отстраняюсь, заглядывая в пронизывающие угольно-темные глаза.

Ни лукавых искорок, ни намека на иронию ничего и близко не нахожу. Он смотрит на меня серьезно, в ожидании. Под глубоким взглядом и сама теряюсь.

– Говори, как есть, Тори, – помогает мне начать он, – Меня не надо жалеть. Поверь, от этого только хуже.

– А если ты заболеешь? Тогда тоже пожалеть нельзя? – уточняю скорее на будущее. Вдруг у него фишка антижалости на всё распространяется. – Я ведь и лечить еще могу. Второй курс все-таки.

Последнее уже выдаю с гордостью.

– Договорились, – соглашается хоть с чем-то, – При первом же насморке вызываю скорую второкурсную помощь. Буду надеяться, что на вызов приедет синеглазка с чемоданом жалости.

При виде того, что Дейв немного повеселел, у меня прибавляется смелость приступить к важному разговору.

Полночи я обдумывала, как нам лучше поступить. Складывала и раскладывала всё по полочкам. Но до конца продумать не смогла. Ведь Дейв вполне может и отказаться.

Мы садимся в машину, отгораживаясь от уличного шума. Теперь кроме нас никого нет и помешать никто не сможет.

– Как бы тебе сказать… – все же тяну резиновые слова, нелегко произносить неприятные вещи.

– Твои родители против. И ты хочешь отказаться от меня. Так? – сам за меня все произносит.

Догадливый. Ничего не скажешь.

– Наполовину правда, – пискнула я, прощаясь с решимостью.

Всегда она меня подводила в нужный момент. Ну ее, беглянку.

– Тори, ты хочешь со мной порвать, я понял.

Радует, что и догадливость тоже сбежала от Дейва. Не одна я тут прощалась.

– Половина касается родителей. Только сразу предупреждаю, связано с династией и желанием видеть меня в науке рядом с ученым, – уточняю ему, зная уже о навязчивом комплексе, который он скрывает даже от себя. – Ректор не одобрил наш союз. И тебе рискованно продолжать со мной общаться.

– До того, как я услышу, в чем заключается риск мне нужно знать о второй половине правды. Без намеков. Четко и ясно. Я жду, Тори.

Задача не облегчилась. Оказывается, и приятные слова высказывать иногда достаточно трудно.

– Ты мне… очень нравишься, Дейв. И я не могу при всем желании отказаться от тебя. Хотя так возможно было бы и луч…

Договорить не получается. И слово «лучше» приобретает теперь другое значение. Поцелуй. Легкий, едва касаясь моих губ. Манит и дразнит, выводя мое имя самым приятным для меня голосом.

Я его тут терять собиралась, а он дразнится.

Запрыгиваю сама на колени к пока еще неизвестно моему ли парню. Но точно к тому, кого больше всего хочу им называть. И требовательно запрокидываю голову для продолжения.

– Синеглазка, ты меня с ума сведешь, – после того, как дал мне пару минут забыть обо всех неприятностях, он нежно перебирает мои волосы. – Надо ли мне слушать про риск? Если я тебя никому отдавать не хочу и не буду.

Сбивчиво и вопреки его желанию я вываливаю угрозы отца. По моему мнению, он должен знать всё, прежде чем решиться со мной еще быть вместе.

– То есть, ты предлагаешь мне стать Аристархом? А кем тогда станет дятел?

Если с угрозами Дейву все понятно. И он как обычно отшутился, что в случае ссылки будет ждать бумажные письма. Напомнила о видеосвязи. Но ему хоть бы что. Пиши, Тори. Ходи на почту. Дай хоть декабристом себя нормально почувствовать.

Над моим дальнейшим планом Дейв вообще начал прикалываться в открытую.

– Он так им и останется. В смысле, Аристархом, – чуть сама не назвала дятлом, уже запуталась, – Вас будет двое.

– Так и вижу нас – двух Аристархов. Гуляем себе с длинными клювами и ждем синеглазку, – мечтательно тянет шутник, – Портрет свой сбоку доски почета прикреплю на стену скотчем, вдруг прокатит. Ну ты и жжешь, Тори, как обычно.

Наш драматический разговор, в котором я планировала плакать, платочек даже прихватила из дома, полностью разрушился смехом.

Дольше сидеть в машине мы уже не могли, и Дейв взял направление в универ. Он-то как раз может пару пропустить. В моем случае проверка донесет сегодня же до самого ректора. Вот она веселая жизнь ректорской дочери.

– Я согласен пойти на весь шпионский план, который ты придумала, кроме одного момента, – немного обдумав, возвращается Дейв к нашему плану в пути. – Ты – моя любимая синеглазка. И знать, что ты улыбаешься дятлу, сидишь рядом, сопровождаешь по универу, пусть даже ради прикрытия не хочу. Порви с ним сама или мне придется вмешаться.