Там, где нас нет - Альвин Де Лорени

non facile est. Ita est acidic… Flavum… si vulnus incidit, tum me… percutit. (Так вот, в городе этом… Почуяли меня они. Погнались. Гнали разумные. В горах уже удалось с ними покончить. Но непросто это… Тут такое дело — кровь их для людей ядовита. Кислотная она такая… Жёлтая… в рану попадёт если, то… Мне попала…)

Вольфрам повернулся вслед за мной.

— Hic me tractasti… Imo, Magna Potestas adhuc adiuvat… Hoc est cur adhuc vivam (Подлечили меня у вас тут… Да Сила Великая ещё помогает… Поэтому пока жив), — закончил я свой рассказ.

Вольфрам постоял у шкафа. Прошёл к столу за которым сидел Эльфи. Сел. Побарабанил пальцами по столу:

— Н-да, оме…

Дальше, отвечая на быстрые точные вопросы, я рассказал ему всё, что мне было известно о демонах. О видах разумных, об их управлении и размножении. Об их опасности для Барбанула, Оспана и Лирнесса. Не знаю, поверил ли он мне?

Распрощались лучшими друзьями — если это можно так назвать. И только вернувшись домой я задал себе вопрос — и зачем он меня к себе вызывал?

Глава LXIX

Свершилось.

Свершилось, наконец, так долго ожидаемое мной.

Сегодня ночью я снова попал в демонический домен. Горячая огненная пещера напомнила мне, что демоны реальны (ну, насколько вообще может быть реальным сновидение). Вопли и вой, подглядывание раскалённых ненавистью глаз. Движение на самом краю зрения. Да надоело в самом-то деле!

Подскочив к одному из демоноволков неосторожно выглянувших из-за камня, я уклонился от броска почувствовавшего опасность демона и, пригнувшись от взмаха хвоста с зазубренным концом (в своё время именно такой и лишил меня зрения), ткнул демона в бок сжатыми в щепоть пальцами. Это мой сон! Всё здесь подвластно мне! Демон осыпался чёрной пылью втянувшейся в моё тело.

А кстати, вот я уже второго демона поглотил — со мной всё в порядке будет? Это никак не отразится на моей многострадальной тушке? Во сне, конечно, прислушиваться самому к себе сложно, но я смог остановиться. Ноги в сапогах (почему?) глубоко ушли в горячий хрящеватый песок. А жарковато тут… За спиной снова начали подавать голоса уцелевшие демоноволки. Сколько их хоть тут? Раз, два, три… Я, медленно переходя по пещере, считал мельтешащих тварей, заглядывал в неглубокие тёмные гроты в которых пытались скрыться от меня демоны, тут же затихавшие под моим взглядом. Тринадцать. Двоих убил, стало быть, всего пятнадцать штук было.

Странное число. Оно может быть с чем-то связано? — оперевшись задом на тёплый камень, торчавший около одного из самых широких гротов, я размышлял. Выход из этой проклятой пещеры всё равно только один — в домен. День сурка, бесконечно длящийся для меня в домене, надоел хуже горькой редьки. Чего от меня хотят добиться? Там я инкуб и перетрахался почти со всеми. В чём смысл сего действа? От чего или от кого оно зависит? Вопросы, вопросы, вопросы. А ответов нет…

Точно также как их нет и на вопрос о моём появлении в мире Эльтерры.

Живу вот, копчу небо… И как ёршик для пыли собираю вокруг себя кого-то… Обиженных и несчастных всяких… Один Лисбет (тут я улыбнулся) выбивается из этого ряда. Ох, Лисбет, Лисбет… Я закинул руки за голову, опёрся ими на макушку… Но и тут непросто. Великая Сила подсунула мне его. Только встретившись с целителем-солнышком я окончательно понял, что ничего случайного в моей жизни на Эльтерре нет.

Зачем это всё?

Почему?

Ладно. Надо идти в домен. Выхода из этой пещеры нет и не предвидится, а из домена можно вернуться…

Кто бы знал, как мне это надоело! Опять бездымные факелы на стенах коридора, опять сквознячок с ароматами сада. Подобрав елдищу и хвост, я сел, привалившись спиной к каменной стене — не пойду никуда и будь, что будет. Прислушавшись к себе и вспомнив предыдущие свои попадания в домен Аул Бит, я с удивлением отметил, что, оказывается, после попадания сюда моё психическое состояние меняется, я становлюсь как-то мягче и эмоциональнее. Податливее что ли? И это среди демонов! Или так влияет слабое тело инкуба? Силы нет, а раз её нет, приходится приспосабливаться? Так? Кто обидит такое миленькое существо? В домене точно никто… Говорили мне об этом и Эдесс и Вилда…

А как же я тогда по мирам должен мотаться? Кроме хозяек только я так могу делать… Да ещё и таскаю в домен что-то, эрги какие-то. Это раб-то купленный! А если поймают где-нибудь? Ну, как шершни пчёл ловят на подлёте к улью. И не ходить нельзя — мне просто нужно с кем-нибудь совокупляться — я инкуб и только так могу получать энергию для существования.

А в домене просто происходит перемешивание накопленной в нём энергии — она перетекает от одного демона к другому, а нового поступления нет. А домену энергия нужна — Эдесс говорила мне про это. И кроме хозяек только я могу принести туда новую энергию…

Н-да-а…

Из коридора, ведущего к ширме, послышались едва слышные тихие вздохи, смешки — Канно и Вилда. Вот кому тут хорошо и кто не мучается неразрешимыми вопросами…

Через несколько минут, насколько я помню, в домен должна Аул Бит прийти. К Эдесс что ли заглянуть? Или не стоит? Аул Врени в саду сейчас. Где-то там и нага с дракошкой и эта… летающая… Адалхендис… А сучка гоблинша в моей кровати спит на втором этаже.

Ладно. Передумал я. Хватит сидеть.

— Эдесс, привет, — выглянув из-за косяка дверного проёма, я поприветствовал поднявшую голову суккубу.

— О! Вигдис! Иди ко мне, хороший мой, — сиренево-серая демонесса оттолкнула магическую книгу которую читала и поманила меня пальцами с длинными ногтями.

Повинуясь более сильному демону сосредоточившемуся на мне, моё тело вошло в комнату. Суккуба облизнулась длинным язычком и мой хвост инстинктивно обернулся вокруг ноги. Демонесса между тем нашарила на диване стек с кожаным шлепком и, так и не вставая с дивана, манила меня пальцами к себе. Нет! Не хочу!

— Э-эдесс… — на ходу придумываю какую-нибудь отмазку чтобы не попасть под хлыст, — ты настолько безрассудна, что поднимешь на меня руку?

— О нет, Вигдис, нет, конечно же, руку я на тебя поднимать не буду, — коварная суккуба телекинезом вертит хлыстик в воздухе и я вижу как сиреневые силовые поля удерживают орудие для наказаний.

Член мой, против моей воли налился силой и восстал, а демонесса, видя моё состояние, усмехнулась, розовый длиннющий язычок облизнул полные губы, роскошная грудь призывно колыхнулась…

Из