Корона - Кира Касс

– Я понимаю, о чем ты. Но что еще? Ты ведь не собираешься закругляться с Отбором?

– Специально нет. Но число Избранных, похоже, уменьшится и без моей помощи.

– На что ты намекаешь?

– Я правда не могу сейчас сказать, – вздохнула я. – Возможно, как-нибудь в другой раз, когда все утрясется.

– Ты можешь мне доверять.

– Да, знаю. – Я положила голову ему на плечо. – Кайл?

– Что?

– А ты помнишь наш первый поцелуй?

– Такое не забывается. Он был запечатлен для истории, а снимки были на первой полосе чуть ли не каждой газеты.

– Нет, не этот. Наш самый первый поцелуй.

После секундного замешательства Кайл с шумом втянул в себя воздух:

– Господи. Боже. Мой.

А я чуть было не умерла со смеху.

Когда мне было четыре, а Кайлу шесть, мы частенько играли вместе. Я по-прежнему не могу вспомнить, из-за чего он возненавидел жизнь во дворце и когда возникла наша взаимная неприязнь, но в детстве Кайл был мне вторым братом. И вот однажды мы втроем играли в прятки, и Кайл меня нашел. Но вместо того, чтобы вытащить меня из укрытия, он наклонился и поцеловал меня в губы.

Я вскочила, опрокинула его на землю, заявив, что если он еще хоть раз такое сделает, то я его повешу.

– Интересно, и от кого только четырехлетняя малявка этого набралась? Господи помилуй, угрожать человеку смертью! – поддразнил меня Кайл.

– Полагаю, ее так воспитали.

– Эй, погоди-ка! Ты хочешь сказать, что собираешься меня повесить, да? Но коли ты не шутишь, ты на редкость жестокосердная девушка.

– Нет, – рассмеялась я, – по-моему, ты заслужил прощение.

– Отлично. Вот были веселые времена. Но когда меня спрашивают о первом поцелуе, я всем говорю, что впервые поцеловался с дочерью саудовского премьер-министра. А оказывается, тогда я целовался уже во второй раз в жизни.

– Но почему ты не рассказал обо мне?

– Поскольку боялся, что ты осуществишь свою угрозу меня повесить, – пошутил Кайл. – И наверное, просто-напросто выкинул всю эту историю из памяти. Тем более это не было самым фантастическим первым поцелуем.

Я весело захихикала:

– Мама говорила мне, что была у папы первой девушкой, с которой он целовался. А она тогда всячески пыталась уклониться.

– Да неужели?

– Угу.

– Кстати, а тебе известно о первом поцелуе Арена? – рассмеялся Кайл.

– Нет.

Нет, Кайл все-таки ужасно забавный. Еще не успел сказать ни слова, а я уже смеялась до слез.

– Это была одна итальяночка, а он простудился, и… – начал Кайл и замолчал, давясь от смеха. – Блин! Он чихнул во время поцелуя и забрызгал ее соплями.

– Что?

– Самого поцелуя я, к сожалению, не видел, но зато стал свидетелем его последствий. В результате мне пришлось схватить Кайла в охапку, и мы дружно дали деру.

Я буквально валялась от смеха, и мы с Кайлом еще долго не могли прийти в себя. А когда наконец очухались, я сказала:

– Знаешь, я сейчас кое-что поняла. Я не знаю ни одного человека, у которого бы первый поцелуй прошел нормально.

Кайл, помолчав, ответил:

– Я тоже. А что, если не первый поцелуй должен быть особенным, а, наоборот, последний?

Я стояла по стойке смирно, пока Нина закалывала мне на спине платье для коронации. Платье получилось сногсшибательным, с линией ворота в форме сердца и золотой юбкой до пола. Мантия, правда, показалась мне чуть тяжеловатой, но она нужна была только для церемонии в церкви. Платье я выбрала из трех предложенных мне вариантов, хотя, будь у меня побольше времени, я сама создала бы наряд совершенно другого дизайна. Однако все кругом буквально задохнулись от восторга, поэтому я прикусила язык, решив, что нельзя быть такой неблагодарной.

– Ты выглядишь изумительно, дорогая, – сказала мама.

Я стояла на возвышении перед огромными зеркалами, которые специально установили в моей комнате по случаю примерки.

– Спасибо, мамочка. А какое лучше: твое или мое?

Мама весело рассмеялась:

– На коронации я была в подвенечном платье, поэтому их нельзя даже сравнивать. Но для этой церемонии твое платье просто идеально.

Я потрогала вышивку на корсаже:

– Боже мой, таких кричащих нарядов у меня еще точно никогда не было.

– Ну, вы еще успеете утереть всем нос, когда будете выходить замуж, – пошутила Нина.

И мне сразу расхотелось улыбаться.

– Ты права. Это будет испытание не для слабонервных.

– Вы в порядке? – глядя на мое отражение в зеркале, поинтересовалась Нина.

– Да. Немного устала, только и всего.

– Что бы там ни было, но ты просто обязана сейчас немного отдохнуть, – повелительным тоном заявила мама. – Суббота предстоит тяжелая, и ты будешь в центре внимания.

– Слушаюсь, мэм. – Я увидела, что она снова нервно теребит ожерелье. – Мама, а что бы ты стала делать, если бы не вышла замуж за папу? Ну, если бы он выбрал другую?

Мама покачала головой:

– Он действительно мог выбрать другую. Ты же знаешь о той ужасной бойне. – Мама тяжело сглотнула и на секунду замолчала. Даже спустя столько лет ей по-прежнему было тяжело вспоминать ту историю. – В тот день он мог пойти совершенно другой дорогой, а значит наши пути разошлись бы.

– Ну и как бы ты все это пережила?

– В конце концов наверняка справилась бы, – задумчиво сказала она. – И совершенно необязательно, что каждый из нас должен был прожить плохую жизнь. Хотя, вероятно, и не такую хорошую, как хотелось бы.

– Значит, ты стала бы горевать до конца своих дней?

Мама вгляделась в мое лицо в зеркале:

– Ты так переживаешь из-за грядущего расставания со своими мальчиками, что не можешь сосредоточиться и сделать выбор.

Я прижала руки к животу, стараясь потуже натянуть платье на талии, чтобы Нине было удобнее работать.

– Знаю. Я просто не предполагала, что будет настолько тяжело.

– Ничего. Скоро все прояснится. Можешь мне поверить. А мы с твоим отцом в любом случае тебя поддержим.

– Спасибо.

– Ну вот, похоже, готово. – Нина сделала пару шагов назад, чтобы оценить свою работу. – Если вас все устраивает, можете снять платье. Я отошлю его с курьером Алмонду.

Мама задумчиво взяла кусочек яблока:

– Нина, не понимаю, почему он доверил тебе только примерку. Ты ведь отличная портниха.