Научи меня забывать (ЛП) - Горбов

меня с ним! — Она насмешливо погрозила ему пальцем, и Драко разразился смехом, стараясь уловить чувства, пронизывающие его. Облегчение и восторг. Она была чертовски восхитительна, и он почувствовал огромное облегчение от того, что она простила его.

Гермиона тоже наблюдала за ним. Молча, только губы приоткрылись, а стакан был на полпути ко рту.

— Что? — спросил Драко, потирая глаза.

Она покачала головой и вздохнула.

— Ничего… ну, а тебе нравится твоя работа? — поинтересовалась она. — Мне очень интересно.

Он сделал паузу на мгновение, размышляя над поворотом разговора.

— Вообще-то, она мне нравится, — наконец ответил он.

— Что тебе в ней нравится?

— О, разнообразие и азарт, наверное. То, что я могу полностью погрузиться в неё и забыться.

— М-м-м, — кивнула она, с выражением понимания на лице. — Я такая же. Ты же видел меня с книгами. С работой я тоже такая.

— Восхитительно целеустремленная, да. Тем, кого ты защищаешь, повезло, что ты у них есть. — Драко улыбнулся, и она отвернулась, раскрасневшись. Он откинулся в кресле и стал рассматривать затейливый карниз, окаймляющий огромный потолок библиотеки. — Наверное, мне тоже нравится что-то отдавать. После всего того дерьма, что я натворил. — Он огляделся. — Пытаюсь искупить вину, знаешь ли.

— Но я не думаю, что ты должен — ты был так молод. У тебя разве был выбор? Ты понимал, что лучше? — Она снова наклонилась к нему, с горящими глазами.

— Ближе к концу? Да, я всё понимал. Был ли у меня выбор? Спорный вопрос. Наказания за инакомыслие были суровыми и применялись весьма творчески. — Драко сделал щедрый глоток бренди, представляя себе Гермиону, корчащуюся на полу его бального зала. — Не меня бы они пытали и убили за непослушание. — В его сознании промелькнуло осунувшееся лицо матери. — Хотя не уверен, что от этого я становлюсь менее трусливым.

— Я бы сказала, что это серьёзное смягчающее обстоятельство. — Она выдержала его взгляд. — А также тот факт, что ты был ребёнком. — Она посмотрела в пламя. — Мы все были детьми. Пешками в их игре. — Гермиона огляделась. — Но я всегда предполагала… После твоих показаний и твоей деятельности. Твоей работы. Должно быть, ты осознал всё намного раньше.

Драко кивнул и перевёл дыхание, ощущение облегчения боролось с тяжестью, которую неизменно навевала эта тема. Она поняла.

— А как обстоят дела с твоей работой? — спросил он после некоторой передышки. — Путь из Отдела тайн в офис Министра магии немного более извилист, чем из ДМП. Ты не хочешь работать прокурором? Ты будешь чертовски хороша в этом.

— Э-м-м. Я не хочу работать в департаменте. — Она резко мотнула головой. — Ты знаешь, что произошло? Между мной и Роном?

Конечно, чёрт возьми. Драко вцепился пальцами в ручку своего кресла.

— Да, я… Блейз говорил… — Он замер и покачал головой. — Конечно, ты не хочешь там работать. — Он не смог сдержать гнев в своих словах и опустил взгляд, пытаясь собраться с мыслями, но в то же время обдумывая, что бы он сделал с этой грёбаной дрянью, если бы у него появилась такая возможность. — Мне жаль, что это случилось с тобой. Это неправильно, — наконец проговорил он, оглянувшись и заметив, что она отвернулась, устремив взгляд в непроглядную тьму за окнами.

Она соскользнула со стула и подошла к нему, прикоснувшись к волнообразному стеклу.

— Льёт как из ведра.

— Сплошная готика. — Он встал и направился к ней, прежде чем одна мысль пришла ему в голову. Так же уверенно, как если бы она поманила его за собой.

Её изящный палец проследил за каплей дождя.

— Ты и Бронте читал?

— Которую из них?

Она слегка рассмеялась и покачала головой.

— Что смешного?

Он любовался их отражением в тёмном стекле. Её фигура в обрамлении его. Он хотел наклониться к ней, понаблюдать в отражении, как его губы касаются её шеи.

— Ты просто… продолжаешь удивлять меня. — Она прошептала слова чуть слышно, и её глаза встретились с его глазами в стекле.

И вот Драко уже наклонился, его рука только начала тянуться, когда из дверного проёма в другом конце комнаты раздался глубокий голос.

— Месье приглашает всех гостей в Красную гостиную для игры. Также будут виски и шоколад. — Домовой эльф Тео, Арман, поклонился и удалился.

Грейнджер обернулась.

— Игра? — Она в замешательстве посмотрела на Драко, и ему вдруг очень захотелось оказаться где-нибудь в другом месте — подальше от друзей, вечеринок и глупых застольных игр, чтобы продолжить то, чем они занимались. Разговаривать? Проводить время вместе?

Создавать сложности.

Но они находились в доме его друга, и Драко попытался взять себя в руки, отступив назад и проведя рукой по волосам.

— Твой друг, должно быть, прибыл. Тео говорил об игре в маггловский покер, когда он пришёл.

— А. Да. Чарли неплохо в него играет.

— А я, видимо, нет. — Драко встретил её вопросительный взгляд быстрым покачиванием головы, прикидывая, проявится ли его умение играть в покер сегодня вечером в том или ином виде. — Да ладно. Арман — это предупреждение. Если мы задержимся дольше, Тео придёт и… сделает замечание.

В её глазах промелькнуло понимание, и она рассмеялась.

— Хорошо! — Она направилась к двери, и Драко снова пришлось сдерживать себя, чтобы не схватить её за руку. — Спасибо тебе. За то, что показал мне «Атакующих волшебных палочек». И это место. — Она подняла глаза и покачала головой. — Воистину чудесно. Они оба.

Драко хотел сказать: «Не за что» и вывести её из комнаты. Но вместо этого он добавил:

— В моей библиотеке в поместье есть несколько старинных первых изданий. И огромный, написанный от руки текст по Чарам четырнадцатого века, который отодвигает в тень «Атакующие волшебные палочки».

— О, теперь мы сравниваем размеры книг?

Плечи Драко подтянулись к ушам при звуках голоса Тео. Чёрт. Он заставил себя медленно повернуться, убирая с лица всякое выражение, когда его глаза встретились с глазами Нотта, в которых плескались восторг и лукавство.

— Ну же, Грейнджер. — Тео повернулся к Гермионе и вложил её руку в свою, без колебаний и сомнений. — Драко достаточно долго монополизировал тебя, и Чарли просит тебя.

— О нет, Драко не… Ах. Я совсем… — Грейнджер позволила увести себя, но бросила взгляд через плечо на Драко, который снова застыл на месте, когда она невзначай произнесла его имя. Он заметил, что она тоже вздрогнула и покраснела.

Он мог с уверенностью сказать, что проклятый Тео тоже заметил это.

— Кроме того. — Тео заговорил поверх её запинок. — Он не упомянул о моём фолианте Фламеля, который является самым старым томом в этой библиотеке и превосходит всё, что есть в Малфой-мэноре. Это единственный существующий