Она & он - Марк Леви

– На твоем сайте знакомств, – созналась Миа, потупившись.

– Я же говорила, что где-то его видела! – взорвалась Дейзи. – Вот наглость!

– Это не то, что ты думаешь, клянусь!

– Умоляю, не клянись, это кощунство!

После этих слов Дейзи пошла готовить обеденный зал.

– Перестань, – сказала Миа, подходя к ней, – это моя забота, у тебя достаточно дел на кухне.

– В своем ресторане я буду заниматься тем, чем хочу.

– Ты меня выгоняешь?

– Ты влюбилась?

– Вовсе нет! – возмутилась Миа. – Мы просто друзья.

– Как это?

– Друг – это тот, с кем можно все обсуждать напрямик.

– У вас это взаимное?

– Взаимное, мы с первого ужина договорились быть друг с другом честными.

– Значит, вы вместе ужинали? Когда? Когда ты завалилась спать в плаще из-за глазной мигрени?

– Нет, в тот вечер мы были в Опере.

– Час от часу не легче!

– А в тот раз я тебе сказала, что была в кино.

– Швед?! То есть все это время ты мне врала?

– Это ты назвала его шведом.

– А мобильник?

– Он действительно его забыл.

– Как насчет мигрени?

– Она быстро прошла.

– Понятно…

– Это просто друг, Дейзи, я могла бы вас познакомить. Уверена, вы друг другу понравитесь.

– Еще чего!

– Он работает по ночам, как ты, немного нескладный, но, как и ты, очень забавный, он американец, живет в Париже и одинок, как ты.

– А тебе самой он не нравится?

– То есть почти одинок…

– Меня в это не впутывай, хватит с меня безумств со лжехолостяками. Выбирай: накрываешь столики или красишь потолок?

Миа не пришлось просить дважды: схватив стопку тарелок, она принялась проворно их расставлять. Дейзи отправилась на кухню чистить овощи.

– Тебе бы надо по крайней мере с ним увидеться, – сказала Миа.

– Нет!

– Почему?

– Потому что из этого никогда ничего не выходит, и потом он «почти» одинок. А главное, он нравится тебе больше, чем ты готова признать.

Миа подбоченилась и уставилась на Дейзи.

– Я по крайней мере разбираюсь в своих чувствах!

– Неужели? С каких пор? Мчишься через весь Париж, чтобы вернуть ему телефон, врешь, как школьница, идешь в Оперу…

– Не В Оперу, а НА Оперу!

– То есть?

– Мы не были на спектакле. Он водил меня на крышу любоваться вечерним Парижем.

– Либо ты действительно наивная, как дитя, либо обманываешь сама себя. Как бы то ни было, забирай себе своего бумагомараку и оставь меня в покое.

Миа нахмурилась и задумалась.

– За работу! – прикрикнула на нее Дейзи. – Клиенты ждать не будут.

* * *

Было уже два часа ночи, а Пол никак не мог дописать последнюю строчку абзаца. Лучше не упорствовать, а оставить все как есть. Он еще раз проверил свою электронную почту, наконец нашел письмо от Кионг и распечатал его на принтере. Ему нравилось читать ее письма с бумажного листа: это делало ее менее виртуальной. Распечатку он унес с собой в постель, чтобы прочесть там.

Вскоре он погасил свет и обнял подушку.

* * *

В три часа ночи Миа разбудил виброзвонок мобильного телефона, лежавшего на ночном столике. На экране высветилось имя: Дэвид.

У нее отчаянно забилось сердце. Она отложила телефон, снова улеглась и обняла подушку.

К ограде Люксембургского сада Миа явилась с опозданием. Не найдя Пола, она отправила ему сообщение:

Вы где?

На скамейке.

На какой скамейке?

Чтобы вы меня узнали, я надел желтый дождевик.

Серьезно?

Нет!

Увидев ее, Пол встал и помахал рукой.

– Ну вот, сегодня вы вырядились в плащ, хотя нет никакого дождя.

– Это мы еще посмотрим, – пробурчал Пол, заложив руки за спину.

Миа последовала за ним.

– Ваша ночь прошла под знаком пустой страницы?

– Наоборот, я дописал главу. Сегодня вечером начну следующую.

– Хотите сыграем? – предложила Миа, указывая на игроков в петанк.

– А вы умеете?

– Надеюсь, это несложно.

– Именно что сложно! В жизни сложно все.

– У вас плохое настроение?

– Если я выиграю, за вами ужин.

– А если проиграете?

– Нечестно желать ближнему неудачи. В этой дурацкой игре я стал профессионалом.

– Я все же попытаю счастья! – заявила Миа и зашагала к площадке для игры.

Там она спросила у двоих игроков в креслах, не против ли они одолжить им свои шары. Игроки не пришли от просьбы в восторг, тогда она что-то прошептала на ухо одному из стариков. Тот заулыбался и указал на площадку, где лежали крупные шары и один шарик поменьше.

– Начинаем?! – крикнула она Полу.

Пол первым бросил шарик, подождал, пока он остановится, и бросил большой шар, который описал в воздухе дугу, покатился по земле и замер перед целью.

– Бросить точнее было сложновато…

Миа заняла позицию на глазах у двоих старичков, заинтересовавшихся партией. Ее шар взлетел не так высоко, как шар Пола, и упал в нескольких сантиметрах позади него.

– Неплохо, но недостаточно, – обрадовался Пол.

Свой второй бросок он произвел, совершив небольшое вращательное движение кистью. Шар медленно обогнул два других на своем пути и ткнулся в цель.

– Готово! – крикнул Пол в восторге.

Миа заняла позицию, прищурилась и бросила. Шары Пола разъехались в стороны, а шары Миа встали рядышком с шариком-мишенью.

– Каре, чтоб я провалился! – гаркнул один дед, второй захохотал.

– Вот так-то! – гордо проговорила Миа.

Пол ошеломленно посмотрел на нее и побрел прочь. Миа помахала обоим старикам и под их аплодисменты побежала догонять Пола.

– Вам не стыдно так плохо играть? – спросила она, поравнявшись с ним.

– Вы будете утверждать, что играли впервые в жизни?

– Не буду. Я ведь все детство проводила лето в Провансе. Когда женщины что-то рассказывают, вы никогда их не слушаете.