Что хочет женщина... - Кэролайн Линден

– Говорите за себя, – отчеканила она. – Вы наглый, лживый, аморальный, вороватый…

– Я не сказал, что вы хотите меня хотеть. Только, что хотите.

С чего это он так чертовски весел?

– Я хочу совсем другого: скажите, где Сьюзен, и после этого я буду на седьмом небе от счастья, потому что больше никогда не увижу вас.

– Это не слишком веский довод для того, чтобы все вам рассказать.

Трясущаяся от ярости Шарлотта подняла пистолет:

– Подонок!

– Эй!

Его голос неожиданно окрасился тревогой. Он поспешно увернулся, когда она прицелилась прямо ему между глаз.

– Осторожнее!

– Где она? – завопила Шарлотта.

– Будь я проклят, если знаю! – крикнул Стюарт в ответ, все еще прикрывая голову руками. – Опустите пистолет!

Какое-то время Шарлотта еще продолжала целиться, но потом сообразила, что делает, и резко опустила оружие, не в силах поверить, что зашла так далеко. Одно дело – размахивать пистолетом, и совсем другое – приставить дуло к голове.

Пытаясь скрыть дрожь, она закуталась в плащ. Подумать только, она подвергла опасности чью-то жизнь!

Ей хотелось выкинуть пистолет в окно, но тогда она останется совершенно беззащитной и может никогда не найти Сьюзен. А именно необходимость найти племянницу должна руководить всеми ее действиями.

– Я всего лишь хочу вернуть Сьюзен, – запинаясь, сказала она. – Не хочу стрелять в вас. Но вы должны сказать мне, где Сьюзен. Главное – вернуть ее. Остальное мне безразлично. Скажите, умоляю вас!

– Я уже говорил, что не знаю, – раздраженно бросил Стюарт.

Шарлотта закрыла глаза:

– Я вам не верю.

– Почему вы так меня не любите? – спросил он, немного помолчав.

– Вы знаете, почему, – выпалила она, прежде чем он закончил говорить.

– Да вы ненавидите любого мужчину, который справляется о финансовом положении женщины, прежде чем предложить ей руку и сердце, – фыркнул он. – Тем более что женщины уж точно никогда не выходят замуж за деньги или титулы.

– Мне и это не слишком нравится, – призналась тихо Шарлотта.

– Но по какой-то причине особую неприязнь вы питаете именно ко мне. Вы публично оскорбили меня, способствовали изгнанию из Кента, – из Кента, ради всего святого! – угрожали пистолетом, а теперь похитили! Что, позвольте спросить, так выделяет меня из толпы других мужчин? Почему я для вас хуже любого типичного мужчины, которому настолько нужны деньги, что он готов жениться?

Шарлотта не знала, что ответить. В самом деле какая разница между ним и остальными?

– Полагаю… полагаю, это потому, что вы заставили Сьюзен влюбиться в вас.

– Как я мог заставить девушку сделать это, если она не хотела ничего подобного? – спросил Стюарт, явно теряя терпение.

– Но это так и есть, – настаивала Шарлотта. – Вы ухаживали за ней, заставили поверить, что тоже любите.

– Я никогда не говорил ей ни слова о любви, – заверил он. – Хотя, конечно, ухаживал. Именно так поступают все мужчины, перед тем как сделать предложение.

– Да. Но за женщинами постоянно ухаживают, и при этом они не думают, что влюблены, – спокойно ответила Шарлотта. – Сьюзен слишком молода, чтобы понимать это, и слишком романтична, чтобы суметь защитить свое сердце. Она невинна и наивна. И потому любит слепо и беззаветно, не видя не только маленьких, незначительных недостатков, но и больших, вроде того факта, что ее любовь безответна. Привязанность к вам обезоружила ее, и осознание того, как она глупа, может уничтожить ее.

Несколько мгновений единственными звуками в экипаже были позвякивание упряжи и скрип рессор.

– Хотелось бы знать, кто разбил вам сердце, – пробормотал Стюарт.

Шарлотта замерла:

– Если не желаете сказать, где Сьюзен, можете просто помолчать.

Это, казалось, умерило его любопытство, и до конца поездки в экипаже было тихо.

Когда экипаж покатился по городским улицам, Стюарт выпрямился:

– Мы прибыли. Куда дальше, мой прекрасный тюремщик?

– Клапем-Клоуз, номер десять.

Шарлотта уже успела оправиться. Все будет хорошо. Она поступила правильно. Ни на секунду не выпускала его из-под надзора и намеревалась продолжать в том же духе, пока не найдет Сьюзен. Наверняка долго ждать не придется, но необходимо найти племянницу, прежде чем у него появится возможность наплести ей очередную ложь.

– Вот как? – удивился Стюарт.

Шарлотта взмахнула пистолетом.

– Ваш камердинер послал туда ваши вещи. Вы направлялись именно по этому адресу. Значит, именно туда мы и поедем.

Он снова развалился на сиденье и уставился в окно.

Немного погодя они остановились. Кучер открыл дверцу экипажа. Первым вышел Стюарт и повернулся, чтобы предложить Шарлотте руку. Она проигнорировала этот любезный жест и выбралась сама, придерживая юбки одной рукой и сжимая пистолет другой. Стюарт пожал плечами и стал подниматься на крыльцо большого дома. Она сунула пистолет под плащ, а он тем временем позвонил.

– Пистолет у меня, и он заряжен. Не воображайте, будто оказались в безопасности.

Его усмешка показалась ей скорее напряженной, чем наглой.

– Я еще никогда не чувствовал себя в такой опасности, как в эту минуту.

Дверь открыл лакей в роскошной ливрее. Увидев стоявших на крыльце, он изумленно моргнул:

– Добрый вечер, сэр.

– Добрый вечер, Фрейкс, – кивнул Стюарт и устремился вперед. Поеживаясь от неловкости, Шарлотта последовала за ним. Особенно неловко ей стало, когда она увидела интерьер дома, – дом был на удивление элегантен и прекрасно меблирован. Повсюду сновали слуги.

«Неужели это действительно жилище охотника за приданым? Вполне возможно, – пыталась убедить себя Шарлотта. – Дом, разумеется, заложен и перезаложен, и слугам не платят уже несколько месяцев».

Тут появился взволнованный дворецкий.

– Добрый вечер, мистер Дрейк. Мы вас не ожидали.

– О, в этом я уверен.

Стюарт снял пальто и, вопросительно подняв бровь, повернулся к Шарлотте. Та стянула плащ и ответила яростным взглядом. Стюарт отдал пальто лакею и снова повернулся к дворецкому.

– Кто-то есть дома?

– Э… сэр… не уверен, – ответил дворецкий почти извиняющимся тоном.

Шарлотта снова украдкой оглядела холл. Что-то здесь не так. Это не тот дом. Это просто не может быть тот дом!

– Прекрасно. Пусть это вас не беспокоит, Брамбл, – отмахнулся Стюарт.