Сладкая вендетта - Зоэ Арчер

– О боже. – Ева намеренно зевнула. – Вы так поэтичны… какая женщина сможет перед вами устоять?

– Немногие могли.

Джек не хвастался, а говорил правду. Недостатка в женском обществе он никогда не испытывал.

Ева наклонилась вперед, свет от фонаря падал в окно и озарял линию ее щеки и пухлую нижнюю губу. Мгновение назад Джек сказал то, что сказал, чисто автоматически. Если ты выходец из бедных, неблагополучных районов города, то непристойные предложения слетают с твоих губ естественно. Там, где жизнь трудна и скоротечна, дешевое кокетство разбрасывают щедро, направо и налево, словно мишуру. Такая манера общения нечто вроде общей валюты флирта. Но в тот же миг Джек вдруг кое-что понял. Он хочет мисс Уоррик. И не потому, что у него пять лет не было женщины, а она оказалась под рукой. Нет. Эта женщина с ее золотистыми глазами, мудреными словами и умом острым, как лезвие ножа, разожгла в нем огонь, и погасить этот огонь можно только одним способом: познав ее, отведав ее вкус.

– Говорите, немногие женщины могли перед вами устоять? – Губы Евы сложились в такую улыбку, что Джек почувствовал, как жар устремляется прямиком к его паху. – Поздравляю, мистер Далтон. Вы только что нашли женщину, которая может перед вами устоять.

Ева не знала, предназначались ли ее слова для Далтона или для нее самой. Наверное, в какой-то степени для обоих. Ей нужно было напомнить себе, что этот мужчина служит одной-единственной цели: найти доказательства растраты Рокли и использовать их, чтобы низвергнуть этого аристократа и получить компенсацию для мисс Джонс. Далтон – не более чем рычаг в конструкции, призванной разрушить благополучие Рокли. Точно так же раньше целям «Немезиды» служили другие мужчины.

Однако в полумраке кэба игра света фонарей и теней создавала образ одновременно угрожающий и манящий. Ева не понимала, как мужчина может быть таким разным. Резкие, словно высеченные из камня, черты лица Далтона неожиданно могла смягчить улыбка, а в суровых глазах вспыхнуть лукавство или симпатия. А уж животную притягательность его тела вообще невозможно было отрицать. Ева знала, как Далтон выглядит без одежды, и сейчас, обмениваясь с ним взглядами, она остро ощущала близость его большого крепкого тела, рядом с которым все казалось хлипким. Возможно, ей стоит последовать совету Саймона и отказаться от сопровождения Далтона. Но нет, Ева – опытный сыщик и сможет справиться с влечением к Далтону. Она не позволит чему бы то ни было затуманить ее разум.

– Что ж, если вы бросаете мне вызов, – пробормотал Джек, – придется его принять. Но не забывайте, милая, я вырвался из тюрьмы. Попасть в вашу постель будет не так трудно.

– Верно, – сказала Ева, – не так, а намного труднее. И это не вызов, а констатация факта.

– Сегодня факты одни, завтра будут другие.

Наглость Далтона почти восхищала Еву. Преодолевать препятствия, находить выход из любой, порой невозможной, ситуации – именно это и привлекало ее в работе на «Немезиду». Ева никогда не выбирала путь наименьшего сопротивления и уважала тех, кто поступал так же. Но бывали и исключения, например как сейчас, когда сопротивление, с которым столкнулся Далтон, было ее собственной волей.

– Но некоторые вещи неизменны, – сказал Джек, внезапно посмотрев в окно. – Рокли принял одно из приглашений на сегодня.

Упомянутый джентльмен вышел из дома в вечернем наряде – манишка, сверкающая безупречной белизной, черный фрак безупречного кроя.

Ева подавила стон. После нескольких часов, проведенных в четырехколесном экипаже с плохой подвеской, ее руки и ноги затекли и болели, но было похоже, что их день еще далеко не закончился.

– Неужели аристократы не могут провести спокойный вечер дома? – пробурчала она.

– Этим ребятам не надо на работу, – сказал Далтон. – Во всяком случае, я не видел, чтобы кто-то из них работал. Так что у них нет причин вставать вместе с солнцем.

– В таком случае куда он собрался? – Ева смотрела на Рокли, пока тот отдавал распоряжения кучеру, но он был слишком далеко, чтобы она могла расслышать слова. – На обед с промышленником или с четой Скаргилл? А может, он поедет на бал, который дает лорд Бекуит?

– Не знаю и никогда не знал таких вещей, – проворчал Далтон. – Он каждую ночь отправлялся в новое место.

Ева пробежала список имен, лихорадочно размышляя. Она пыталась поставить себя на место Рокли, хоть это и было противно. Он мог принять приглашение стального магната, но Ева сомневалась, что Рокли жаждет, чтобы его имя связывали с именами нуворишей или людей, не делающих секрета из того, что они свое богатство зарабатывают. Лорд Скаргилл был аристократом не самой высшей пробы и не имел большого влияния. Даже такой элитный клуб, как «Карлтон», допускал в свои ряды плутократов, поддерживающих тори, и дворян с древними, но не блестящими родословными. Возможно, Рокли хватает общения с людьми такой породы в клубе. А вот лорд Бекуит носил графский титул и занимал видное положение в обществе.

– Он поедет к лорду Бекуиту, – сказала Ева.

Далтон посмотрел на нее скептически.

– Вы уверены?

– Нет. Но в нашем положении мы можем опираться только на инстинкт, больше не на что, и мой инстинкт мне подсказывает, что Рокли выберет суаре у Бекуита. Его особняк на Курзон-стрит.

– Эй, Палмер! – пробасил Джек. – Мы снова едем охотиться за этим господином. Курзон-стрит.

– Как скажете, шеф, – ответил возница на удивление весело.

Как только экипаж Рокли тронулся, кэб последовал за ним. Далтон откинулся на спинку сиденья и скрестил руки на широкой груди. То, что он запомнил имя кэбмена, не удивило Еву, ведь они провели с кучером целый день. По-видимому, их объединяла рабочая солидарность, и это было очень полезно для их дела. А Ева, хотя ее уровень жизни был далек от роскоши, никогда бы не смогла найти с кучером общий язык. Пообещав за труды гинею, можно было купить время возницы, но не его добрую волю. Она обеспечила одно, Далтон – другое.

Им не пришлось далеко ехать. Экипаж Рокли стоял в очереди за другими экипажами перед массивным особняком в Мэйфэре. Из высоких окон лился свет и слышалась музыка. По лестнице, словно самый элегантный в мире таран, поднималась вереница женщин в сверкающих драгоценностями нарядах и мужчин в вечерних костюмах. Кучер предусмотрительно остановил кэб на таком расстоянии, чтобы не привлекать к нему внимание.

– Мне уже приходилось здесь бывать, – сказал Далтон. – Не часто, но я это место помню.

– К лорду Бекуиту приглашаются только самые сливки общества, – сказала Ева и вздохнула. – И обычно его приемы продолжаются часов до трех утра.

Рокли вышел из экипажа и присоединился к блистательной толпе, обмениваясь приветствиями с теми, кто стоял поблизости. Среди других гостей он выделялся высоким ростом, поэтому следить за его продвижением к дверям было нетрудно. Наконец Рокли вошел внутрь. Баллард выскользнул из экипажа и скрылся в переулке.