Никому не говори, что ты мой муж! - Софи Паулус

А мне чего делать, пойду в душ. Полазив по всем шкафчикам такой нехилой ванной комнаты, по размеру она вроде нашей с БА кухни, я нашла и новую зубную щётку, и стопку полотенец.

Приняв водные процедуры, я обнаружила Диму сидящим за ноутбуком в гостиной и с телефон. Он рукой показал, ещё пять минут и закончит. Иду смотреть, что есть на кухне. В холодильнике пусто. И это вчера от него гости уехали. Он им с собой в Германию всю еду отдает. Чая нет, кофе? О, кофемашина заправлена. Пять минут прошло. Я давлюсь горьким кофе без молока и понимаю, что без своих вещей мне крайне плохо. Завернутой в полотенце ходить не комфортно и не прилично.

— Извини, это было очень срочно, — он обнимает меня сзади и упирается носом в макушку. — Я не хочу тебя никуда отпускать, это нормально?

— Нет, — отвечаю, улыбаясь и смотря в свою кружку.

— Что ты со мной делаешь, — он ещё крепче прижимает меня к себе.

— Это уже не вопрос. Мне мои вещи нужны, если мы хотим погулять. Давай я быстро съезжу в гостиницу и в клуб. И потом мы встретимся и пойдем…

— Я в душ и сам тебя отвезу, — он целует меня в висок и уходит в ванную комнату.

Мы заехали в ещё пустой клуб и мне отдали мое пальто. Маши там не было, надо поймать минутку и набрать ей, очень вчера некрасиво получилось. Затем поехали в гостиницу, где Дима уговорил меня собрать сумку и сдать номер, потому что эти выходные он хочет провести вместе. Так я и сделала, но немного поупорствовав. К Илье он мне естественно зайти не дал. Но ругаться я не стала, потому что не хочу сейчас посвящать Илью во все крайности этих недоотношений.

Следующей точкой нашего путешествия было небольшое кафе, где первое: Диму знали и второе: нас очень вкусно накормили.

— А теперь давай оставим машину и пройдем по Невскому, — я вижу, что лицо Димы меняется не в лучшую сторону от моей идеи и идти пешком он никуда не хочет.

— Насть, только не пешком, пожалуйста, — слышу мольбу в голосе.

— Нет, Дима, пешком, в этом вся суть, если ты устанешь, можешь опереться о мое крепкое плечо.

— Я дома проверю, на сколько они крепкие, твои плечи, — он притягивает меня к себе, и я чувствую, что до дома будет ой как нелегко…

— Ты ненасытный извращенец, знал об этом? — прикусываю его за нижнюю губы.

— Это мое кафе, так, к сведению, чтобы знала, как кусаться, — он берет меня за руку и почти тащит за собой в какой-то кабинет, где стоит только стол, кресло и небольшой шкаф. Секс на столе был со мной первый раз в жизни. И, надеюсь, не последний.

— Еще не передумала пройтись пешком, — Дима тяжело дышит сидя в кресле и гладит меня по обнаженной спине.

— Даже не мечтай, одевайся, — встаю с его колен и подаю ему свитер, который валяется на полу. Одеваюсь сама и понимаю, что выходить из этого кабинета не хочу, потому что стыдно перед всем персоналом. У нас же на лбу написано, чем мы тут занимались.

— А можно как-то незаметно выйти, чтобы нас никто не видел? — спрашиваю Диму.

— Ну попрощаться надо, так уйти не красиво.

— Мне стыдно, — опускаю голову вниз.

— А доводить меня в зале при всех не стыдно? Пойдем, никто и не заметил, что нас нет, тем более я сюда за бумагами должен был заехать, — он открывает шкаф и берет кучу каких-то папок.

Все прошло замечательно, лично я никого не дождалась попрощаться и убежала в машину, а Дима пришел минуту спустя.

Невский. Не зря многие писатели так любили его и описывали в своих произведениях. Пушкин, Гоголь, Есенин и многие другие. Это магическое и сильное место. Для каждого свое. Для меня, например это проспект любви, фантазий, ностальгии, грез, волшебства. Здесь всегда шумно и людно, всегда есть движение, будь то ночь или день.

Ровно год тому назад, именно в этом месте я плакала, что не могу найти мужа, чтобы развестись, а сейчас иду с ним за руку и проживаю новую главу в своей жизни. Дима ворвался в мое сердце и пока пытается завоевать в нем место, я наслаждаюсь моментом здесь и сейчас. Не знаю, может ли у нас быть завтра, но сегодня мне хорошо настолько, что не хочется думать о будущем.

В этой огромной толпе многие женщины с букетами несмотря на то, что женский праздник был вчера. Цветы делают мир ярче. Тюльпаны, розы, мимозы. Все улыбаются, такое ощущение, что почти у всех только что был секс в кафе неподалеку.

— Настя, ау, — Дима трясет меня за руку. — Ты о чем задумалась?

— Что? Ни о чем.

— Да ты улыбаешься идёшь, о чем ты думаешь? — он останавливается и смотрит на меня.

— Все с цветами. Красивые и счастливые. Это же здорово, а ты идти не хотел, — обнимаю его и целую.

— Тебе тоже цветы купить? Чтобы ты из толпы не выделялась? — он слегка кружит меня на месте.

— Это слишком романтично, твоя эгоистичная натура не переживет этого, — улыбаюсь и мы идём дальше.

На пути нам встречаются музыканты. Конечно, Дима и не собирался останавливаться около них. Но не я. Невский проспект для меня опустеет, не будь на нем музыкантов! Тут порой уличные певцы исполняют хиты, получше самих исполнителей этих песен. И сейчас толпа свистит и поет вместе с парнем, исполняющим один очень известный хит.

— Дима, пять минут, пожалуйста! — умоляю я и висну на его руке.

Он приподнимает рукав куртки, смотрит на наручные часы и добавляет:

— Пять минут, я засекаю!

Время летит не заметно. Атмосфера общей удовлетворённости, расслабления, праздника затягивает, я хочу петь и кричать вместе с этой толпой, но глядя на Диму, все желание пропадает.

— Дим, ты ведёшь себя как старый дед! — говорю ему и вижу, как его лицо меняется на глазах.

— Настя!

— Спрячь своего старого и жадного на эмоции пердуна и расслабься, один раз живём, — беру его за руку, тяну к себе и целую.

— Ещё пять минут, уговорила.

Мимо нас проходит девушка из этого коллектива со шляпой, и я достаю из кармана остатки наличных денег и отдаю ей.

— А это зачем? — Дима недоумевает.

— За удовольствие надо платить, — я обнимаю его, и мы идём дальше.

— Подожди меня минуту, — он оставляет меня около магазина и заходит в него, а я остаюсь на улице. Чувствую себя животным, вход с которыми воспрещён. Куда он хоть пошел, ни одной вывески. Ох цветочный.

Быть природному катаклизму. Целая охапка цветов. И розы и тюльпаны и ещё какие-то странные цветы.

— Дима, ну я же их не могу даже обхватить, зачем столько? — меня не видно из-за этого букета. Люди, проходящие вокруг и мимо, заостряют на нас внимание, мне девушки завистливо улыбаются, а молодые люди смотрят на Диму с уважением.

— Теперь домой? — спрашивает он.

— Теперь точно домой, — даже язык укололо от этих слов, про дом. Все чувства и эмоции новые. Слишком много нового. Слишком.