Заводите моторы - Ребекка Чейз

— Оставь его, Дейн. Ты всегда был помехой, — проворчал мой отец.

Хватка Коннора на смущенном Антуане усилилась. Как бы приятно не было увидеть, что Антуан справился, я не могла допустить сцены в моем гараже.

— Я справлюсь, — огрызнулась я на своего отца и на Коннора. Я покачала головой, уставшая от постоянной нужды мужчин подорвать мою власть. — Отпусти его.

Губы Коннора поникли, словно я предала его, когда он убрал руки. Они свисали по бокам.

— Ребята, осмотрите гараж. Мне нужно поговорить с моей малюткой, — сказал отец своим гостям.

Я отбросила наушники, когда мужчины ушли. Они бросали на меня взгляды через плечо и ухмылялись.

— Я не твоя малютка. Я руковожу этой чертовой командой, — я сжала руки в кулаки.

Глаз Коннора дрогнул. Джекс отошла назад, оставляя меня разбираться с ситуацией.

— Ты все еще моя…

Я повернулась к Антуану.

— Во вторник в девять утра в моем кабинете. И если дотронешься до меня еще раз, то вылетишь из этой команды прежде чем назовешь красавицей меня или любую другую женщину, — я поймала взгляд Коннора. — Я не пойду на ужин с отцом. У меня работа, в которую ужины с пилотами не входят.

— Только если это не пицца с Коннором, — пробубнил Антуан.

Бред, с которым мне нужно разобраться. Я посмотрела на Коннора, который пожал плечами. Я никому не могла доверять.

— Выметайся, Антуан, пока я не сделала что-то, о чем мы оба пожалеем. Во вторник утром будь у меня в кабинете, — я прогнала его, взмахнув рукой.

— Рывок, — сказал мой отец, умоляя меня передумать.

Антуан ухмыльнулся перед тем, как развернуться.

— Не называй меня так, — огрызнулась я, повернувшись к отцу.

Он поднял руки, сдаваясь.

— Но было забавно, когда ты раньше перебегала светофоры. Прости. В конце концов, ты ужинала с Коннором, значит ты простила его.

Я повернулась к нему.

— Поверить не могу, что ты рассказал Антуану. Он расскажет всем.

Коннор подошел ближе.

— Я не…

— Здесь слишком много эго разных людей. Я ухожу, — я пересекла гараж.

— Сенна, — позвал отец.

Я узнала его тон, но он больше не был главным ни для команды, ни для меня.

— Хватит, пап. Иди ужинать и сплетничать с друзьями. Поговорите о том, какой великолепной ты сделал эту команду, а не об ошибках, которые ты оставил мне подчищать.

У него отвисла челюсть, а уши слегка покраснели. Никто не перечил моему отцу, и я ненавидела, что уже планировала, как позже буду сглаживать все звонком и извинением.

— И, Дейн, будь в моем кабинете во вторник в десять, — огрызнулась я.

Глава 18

КОННОР

Я проверил время на часах. Было 09:45. Ну и что, если я пришел в офисе немного пораньше, на случай если Сенне понадобится моя помощь с Антуаном? После Гран-При в Испании в воскресенье я переигрывал в голове неловкий момент с Сенной в гараже. Мне так много всего не удалось сказать.

Джимми сказал, что Сенна все еще на встрече, но где же привычное для Антуана самодовольное выпендрежничанье?

Возможно, у нее там другой пилот, и она заменяет меня, потому что я доставлял много проблем.

Я наклонился в сторону, но обзор был ограничен.

Я игрался с телефоном, притворяясь, что проверяю социальный сети, но все мое внимание было приковано к кабинету Сенны. Мое отражение в зеркале противостояло мне: уставшие глаза, растрепанные волосы, спрятанные под кепкой, и толстовка команды.

У меня скрутило живот, и пот бусинками выступил на лбу. Часть меня хотела быть уволенным. Это бы значило, что не надо больше водить и иметь дело с вызванной тревожностью бессонницей. Я уже не любил гонять так, как раньше, и я проделывал несколько ритуалов перед каждой гонкой, чтобы избежать аварий. Затем остаток гонки я видел риски, которых не было. Мне было не безопасно пилотировать, но этого никто не осознавал, потому что я показывал хороший результат.

Но было и кое-что другое. Если она уволит меня, я не смогу больше проводить с ней время. Я хотел быть больше, чем друзьями, но этому было не суждено случиться. Тем не менее, я должен защищать ее.

— Антуан все еще там? — спросил я Джимми, чья голова была погружена в компьютер. — Эй, Джимми. Антуан все еще там? — спросил я немного громче.

— Я с тобой не разговариваю. У меня были проблемы из-за того, что ты подслушал, как я обсуждал ее привычки ужинать, — он косо посмотрел на меня, когда я подошел к столу.

— Прости за это. Я хотел убедиться, что за Сенной приглядывают. У меня и в планах не было создавать тебе проблемы, — его рот приоткрылся, когда он нахмурил брови. — Что?

— Ты извинился.

Я вскинул руки.

— И что?

— Ты никогда не извиняешься. Все это знают. Когда ты лажаешь, то забиваешь и уходишь. Ты никогда не извиняешься.

— Уверен, это неправ…

— Вообще никогда, — ответил Джимми, его голос слегка повысился.

Я пожал плечами. Конечно, я извинялся, как и в тот раз, когда навредил Сенне. Я вспомнил все, что наговорил ей. Когда я извинялся в последний раз, то сразу углубился в объяснение…

Черт. Я никогда не извинялся.

— Я извиняюсь теперь. Прости, что доставил неприятности, и я хотел поблагодарить тебя за то, что заботился о Сенне и следил, чтобы она завтракала и обедала. Она получала ужины, которые я отправлял ей в офис по вечерам?

— Да. Я несколько раз работал допоздна, и их доставляли, как раз когда я уходил. Она расхаживала из угла в угол, когда они должны были появиться, а потом сияла и сразу же съедала все. Я говорил, что это не от меня, но она все равно благодарила.

Уголок моих губ поднялся.

— Пусть это будет нашим секретом.

Джимми кивнул. Он наклонил голову.

— Где настоящий Коннор Дейн, и что ты с ним сделал?

Мои рот скривился. Я был другим, но не мог рассказать ему, почему.

— Антуан ушел после того, как она пятнадцать минут кричала на него. Он устроил истерику и опрокинул горшок с растением. Сенна помогла мне прибраться.

Мой смешок вызвал обеспокоенную улыбку у Джимми.

— Горшок с растением? Какой же он плохиш.

Джимми рассмеялся.

— Это было очень смешно. В первый раз он промазал и чуть не упал. Затем он швырнул свой дизайнерский пиджак через комнату…

Сенна открыла дверь и посмотрела на нас с Джимми.

— Сейчас же зайди, Дейн. И, Джимми, что я тебе говорила про обсуждение моих дел?

Я защищающе поднял руки.

— Сенна, он…

Я