Забытый: ЛУКА - Слоан Кеннеди

Лука все еще держал меня за руку, но свободной рукой он обнимал меня за плечи, он не просто сидел сложа руки. Нет, он нежно сжимал мое плечо и отпускал его, почти так же, как он делал с моим коленом в тот день, когда у меня был похожий эпизод.

— Так что насчет дельфинов? — Я напомнил ему.

— Точно. Вон, в общем-то, посоветовал мне перестать вести себя как ребенок, а потом начал поглаживать плавник одного дельфина, который все время приближался к нему. Никто из остальных дельфинов не задерживался надолго, но этот задержался. Это была самая крутая вещь, которую я когда-либо видел.

— Этого было достаточно, чтобы заставить вас прекратить голодовку? — спросил я.

— Можно и так сказать. На следующее утро наша мама нашла нас с Воном спящими на пляже в окружении пакетов с чипсами и коробок с печеньем. Наш план состоял в том, чтобы дождаться возвращения дельфинов. В итоге нас посадили под домашний арест на неделю. В тот день, когда наказание закончилось, мы снова были в воде с дельфинами.

— Тебе удалось потрогать одного из них?

— Нет, я струсил, — пробормотал Лука.

— А ты… ты все еще ходишь к воде?

Лука ответил не сразу, и я невольно напрягся, потому что подумал, что, возможно, перешел все границы дозволенного. Я попытался сесть, но его пальцы мягко сжали мое плечо, не давая мне пошевелиться. Я мог бы легко отстраниться от него, но по причинам, в которые я не хотел вдаваться, этого не сделал.

— У нас с Воном все еще есть дом, в котором мы выросли. Я больше не хожу туда, не после Джио...

Его голос затих на несколько долгих секунд. Я подумал, что он не собирается продолжать, но он перевел дыхание и сказал:

— Те несколько раз, когда я был там, я все еще видел их. Я знаю, что они не те же самые, но иногда я задаюсь вопросом...

На этот раз, когда он замолчал, он так и остался сидеть. Я не был уверен, что он скажет дальше, но решил, что, вероятно, это как-то связано с тем, что он снова хочет поплавать с прекрасными животными. Я видел их только в кино и по телевизору, но было достаточно легко представить, каково это — наблюдать за ними в дикой природе и завидовать их свободе.

Некоторое время мы оба молчали. Я был удивлен, что Лука все еще обнимал меня, но не меньше меня удивило и то, что я позволил ему это. Я понятия не имел, какой сексуальной ориентации Лука, но в этот момент мне было все равно. Если бы он хотел причинить мне боль, он бы сделал это в кабинете Ронана или во время любой из многочисленных сегодняшних встреч, когда были только мы вдвоем. Было несколько случаев, когда он прикасался ко мне, и я был уверен, что ему нравятся мужчины, но у него был сын, так что, насколько я знал, ему могло быть просто любопытно, и он предпочитал в основном женщин.

Что бы это ни было, я был просто рад возможности воспользоваться его силой и теплом в данный момент. Соблазнительный привкус героина на языке, наконец-то, начал исчезать, и я почувствовал, что снова могу дышать. Я не гордился тем фактом, что мне пришлось положиться на Луку, вытащившего меня из этого эпизода, но что было, то было. Завтра у меня будет достаточно времени, чтобы покарать себя за это. Признаться, я всю неделю держался на волоске, поскольку мне пришлось вернуться в свой старый мир, чтобы найти Карлу и Вайолет. При обычных обстоятельствах, возможно, во мне бы хватило решимости справиться со всем этим, но появление в моей жизни Луки в начале недели, всколыхнуло мою голову гораздо сильнее, чем я хотел бы признать. Поиски Вайолет дали мне что-то, что заставляло меня двигаться дальше, но теперь, когда все снова успокоилось, старые демоны пытались воспользоваться ситуацией.

— Лучше? — тихо спросил Лука. В его голосе не было ни торжества, ни злорадства. На самом деле, его голос звучал спокойнее. Он оставил свой стакан рядом с креслом, на котором сидел. В какой-то момент он положил ноги на пуфик перед диваном. Одной рукой он все еще держал меня, но его большой палец больше не поглаживал мой. Я подумал, не потому ли, что он знал: мне больше не нужен этот ритм, чтобы сосредоточиться… или ему это было не нужно.

Для постороннего человека мы, вероятно, выглядели бы как пара, у которой приятный семейный момент.

Я кивнул в ответ, потому что почувствовал, как мои веки тяжелеют. Когда я поворачивал голову, моя щека натолкнулась на небольшое сопротивление. Боже милостивый, когда это я стал класть голову ему на плечо? Я резко поднял голову и пробормотал:

— Прости.

Рука, которую он держал на моем плече, поднялась, чтобы погладить меня по голове, а затем, к моему полному изумлению, он заставил меня опустить голову.

— Все в порядке, — сказал он.

Не казалось ли ему самому, что он немного устал? Может, он просто слишком много выпил? Я видел, как он выпил только один бокал, но он, конечно, мог выпить и больше, прежде чем закурить.

Но от него не сильно пахло алкоголем.

— У тебя есть история о дельфинах? — спросил Лука. Он все еще играл с моими волосами, и от чистого удовольствия я еще сильнее прижался к нему. В моей голове зазвенели тревожные звоночки, но я не мог заставить свои ноги и руки подчиниться безмолвному приказу встать и вернуться в постель.

— Я никогда их не видел, — сказал я.

Я почувствовал, как Лука слегка пошевелился, и когда он заговорил в следующий раз, я готов была поклясться, что почувствовал прикосновение его губ к своему виску.

— Есть ли что-то из твоего детства, что ты запомнил навсегда... до того, как тебя...

Забрали.

Ему не нужно было произносить это слово. Я был рад, что он этого не сделал.

— Когда мне было около восьми, бабушка взяла меня с собой на съемочную площадку. — Как только я позволил воспоминаниям укорениться в моей голове, мои глаза начало жечь.

— Твоя бабушка была актрисой? — Удивленно спросил Лука.

Я покачал головой.

— Она была поставщиком провизии. Съемки в городе были всего неделю или около того — они снимали пару сцен на старой ферме. Это был фильм ужасов… вроде как с вампирами и зомби. — Я подавил эмоции, которые грозили вот-вот запереть мне горло. — Она сказала мне остаться с ней