Без тебя Рождество не наступит - Бэт Риклз

– Я собрался, но позвонил папа. Сказал, у них там все в снегу. А я даже не посмотрел прогноз. У нас-то тут снега нет, и дороги открыты, ну и собрался ехать. Родители уже давно названивали, а у меня телефон был без звука – постоянно забываю, что на режиме вибрации он не звонит.

– Да кто так делает? Ты же все сообщения пропустишь.

– Ну дурак я, дурак. Теперь из-за меня Рождество испорчено.

– Погоди, что ты имеешь в виду? Почему испорчено?

Испортить его сильнее, чем Кара, он точно не мог.

– Дома дороги занесены снегом. Мама не хочет, чтобы я садился за руль в такую погоду. Она боится, я застряну или попаду в аварию. И на автобусе не добраться: они туда не ходят. Если повезет, доеду до соседнего городка, а оттуда два часа пешком, но из-за снега, скорее всего, дольше.

– Боже мой, – воскликнула Элоиза, позабыв о своих проблемах. – Что будешь делать?

– Подожду, – неуверенно пожал плечами Джейми. – Может через несколько часов все стихнет, дороги почистят, и я смогу добраться. Может, уже завтра утром. А если нет, то напрошусь к тебе на ужин – так вкусно индейкой пахнет, – сказал он, улыбаясь, но по глазам было видно, как ему хочется попасть домой. Элоиза его прекрасно понимала.

– Ну, еды будет хоть отбавляй, – сказала она, пытаясь придать голосу бодрости. – Кара не приедет, – добавила она, пропуская гостя на кухню.

– Что?

– Ага. Не приедет. Из-за гололеда ее автобус отменили, а на поезде она ехать не хочет. Говорит, вместо этого приедет на Новый год. А значит, завтрашнее утро мы с тобой проведем в одиночестве. Если только не решим сделать это вместе. Как вообще принято встречать Рождество у тех, кто недавно в отношениях? Мы даже не решили, встречаемся ли мы.

Некоторое время Джейми молчал. Элоиза решилась посмотреть на него: на его лице сияла какая-то странная улыбка.

– Мне пропустить комментарий про официальный статус наших отношений? – потирая щеки ладонями, спросил он.

– Я не это имела в виду.

– Да, знаю. Но раз уж ты затронула эту тему… – Джейми отвел ее от плиты и, взяв за руку, встал на одно колено. – Элоиза, ты согласна официально быть моей девушкой?

– Ну ладно тебе паясничать, – проговорила она, закатив глаза и потянув за руку, чтобы он встал с колена, но увидев, как он улыбается, растаяла и поцеловала его в щеку: – Ну ладно, раз уж ты так просишь.

– Знаешь, моя мама пригласила тебя к нам домой на Рождество, – добавил он, открывая холодильник в поисках съестного. Это было сказано так невзначай, что Элоиза на минуту потеряла дар речи.

– Она правда пригласила меня?

– Но ты должна была встречать рождество с Карой, поэтому я даже говорить тебе не стал, – пожал плечами Джейми. Взяв что-то из холодильника, он закрыл дверцу и добавил: – Если у меня все же получится уехать домой, а Кара так и не приедет, то ты можешь поехать со мной. Если хочешь.

Элоиза заулыбалась, но тут же пошла на попятную:

– Приятное предложение, но не пойми меня неправильно, я…

– Понимаю, ты хотела провести Рождество с сестрой. Поезда оттуда ходят?

– Ей пришлось бы потратить на поезд больше десяти фунтов, – пробормотала Элоиза, яростно протыкая морковку, чтобы посмотреть, готова ли она: почти готова. Скоро настанет очередь картошки – значит, пора ее чистить.

– Так… а зачем тогда ты готовишь рождественский ужин?

– Сама не знаю.

А что еще ей было делать?

Черта с два она пропустит рождественский ужин. Даже если ей придется доедать его целую неделю. Правда, теперь у нее появилась не самая плохая перспектива: провести Рождество с Джейми, в его семье. Ей было приятно, что он это предложил и что рассказывал о ней своей маме (узнала же та как-то о ее существовании). Только… она себе это представляла иначе. В этом году все должно было быть иначе. И Кара тоже не должна встречать Рождество одна.

– Поверить не могу, как странно все сложилось, – причитал Джейми, направляясь к чайнику. Слегка его приподняв, он без слов, одной мимикой попросил разрешения у хозяйки, и Элоиза кивнула. Чай им точно не помешает.

Или даже немного «Бейлиса» – Рождество как-никак.

– Ведь сколько лет подряд снега не было раньше марта, а тут, смотри-ка, выпал прямо под Рождество. Не мог подождать до января? К черту «белое» Рождество. И, главное, именно тогда, когда я не взял отгулы, а офис закрыли и всех отправили домой.

– Но ты же любишь работу.

– Люблю, но это не означает, что я не хочу лениво валяться на диване и смотреть сериалы. Кстати, об этом…

– А, конечно, без проблем, включай любой. Только не «Чужестранку», – ее они начали смотреть вместе вчера. – В ближайшие пару часов я буду готовить и бегать на кухню, не хочу что-то пропустить.

Странно, как по-домашнему говорила она с тем, с кем еще в прошлом месяце она не обменивалась и парой слов.

А теперь это ее парень.

От этой мысли у Элоизы, несмотря на постигшие ее неприятности, стало тепло на сердце.

– А рождественские фильмы ты тоже не хочешь пропускать? Я хотел включить «Секретную службу Санта Клауса». Обожаю его.

– Этот включай! – Элоиза видела его не раз и спокойно могла пропустить некоторые моменты.

– А теперь уже можно немного тех вкусных бисквитов?

– Еще не Рождество!

Он начал было возражать, но осекся.

– Вас понял. Бисквиты вне доступа. Хм… может, тебе помочь с готовкой? Извини, не предложил сразу. Похоже, на ужин ты меня не позовешь – с таким-то поведением.

– Помощь не нужна. У меня все под контролем.

Может, Кара и испортила все, что есть хорошего в Рождестве, но до ужина ей не добраться. Не нужны Элоизе ни родители, ни парень, ни упрямая трудоголичка-сестра, чтобы ее Рождество прошло идеально.

Даже если придется отмечать его в одиночестве.

Пять часов и восемь минут до Рождества

Кара чувствовала себя самым ужасным человеком на Земле.

Даже просмотр «Рождественской песни» в диснеевской версии не мог отвлечь ее от тягостных мыслей. Она не переставала сравнивать себя со Скруджем: они и правда похожи, вот только к ней не придут три духа и не изменят ее душу за одну ночь.

Джордж поставил фильм на паузу и повернулся к Каре:

– Ну ладно, в чем дело? Расскажи мне. Ты всю ночь такая грустная, молчишь и молчишь.

Когда он только зашел, она попросила его не задавать вопросов, и Джордж повиновался. С тех пор прошло почти два часа.

У Кары тут же навернулись на глаза слезы и задрожали губы.

Закусив нижнюю, она какое-то время беспорядочно заламывала руки. Потом запричитала: