Жестокий принц - Холли Блэк

— Потерпи немного, — резко отвечает гоблин и, открыв буфет, забирается внутрь. Глаза его отсвечивают оранжевым, как у медведя. — Давай залезай и закрой дверцу.

— Я не вижу в темноте, — напоминаю я, потому что жители Фейриленда постоянно забывают об этой нашей особенности.

Он фыркает.

Забираюсь вслед за ним в тесное пространство, съеживаюсь так, чтобы не коснуться гоблина, и закрываю дверцу. Слышу, как мягко скользит дерево, чувствую порыв холодного, влажного воздуха и запах сырого камня.

Таракан осторожно берет меня за руку, но я все равно помню о его когтях. Не протестую, когда он тянет меня вперед, позволяю прикоснуться к голове, когда нужно наклониться. Наконец выпрямляюсь и вижу, что мы на узкой платформе, кажется, над дворцовыми винными погребами.

Глаза еще не привыкли к темноте, но, судя по тому, что я вижу, под дворцом расположена целая сеть петляющих переходов. Интересно, многие ли знают о ее существовании. Улыбаюсь — приятно все-таки владеть секретом. И, подумать только, этим секретом владею я.

А знает ли Мадок?

Кардан точно не знает.

Губы растягивает довольная ухмылка.

— Может, хватит лыбиться? — ворчит Таракан. — Я уже заждался.

— Расскажешь что-нибудь? — спрашиваю я. — Ну, там, куда идем и что будет, когда придем?

— Сама подумай. Пошли.

— Ты же сказал, что мы с кем-то встретимся. — Стараюсь не отставать, чтобы не споткнуться. — А принц взял с меня обещание не раскрывать местонахождение тайных убежищ. Понятно, что мы направляемся в твою берлогу. Но я все равно не представляю, что мы будем там делать.

— Может, познакомим тебя с секретным рукопожатием. — Таракан делает что-то — в темноте мне плохо видно, что именно, — и секундой позлее я слышу щелчок, как будто кто-то вскрыл замок или разрядил капкан. Меня подталкивают легонько в спину, и я оказываюсь в еще одном, едва освещенном туннеле.

О том, что впереди дверь, узнаю, когда, к удивлению Таракана, врезаюсь в нее.

— А ты и вправду не видишь.

Тру лоб.

— Я лее так тебе и сказала!

— Да, сказала, но ты же лгунья, — напоминает он. — Нельзя же верить всему, что ты говоришь.

— Но зачем мне лгать насчет того, что мы не видим в темноте? — возмущаюсь я.

Вопрос повисает в воздухе. Ответ очевиден — проверяет, смогу ли я в одиночку найти обратный путь. Не увижу ли что-то, чего увидеть не должна. Насколько осторожным ему нужно быть в моем присутствии.

Пора бы уж мне перестать задавать глупые вопросы.

А ему пора избавиться от паранойи, ведь в любом случае я ничего не смогу рассказать, поскольку Дайн положил на меня заклятие молчания.

Таракан открывает дверь, и в коридор изливается столько света, что я машинально вскидываю руку и закрываю ладонью лицо. Жмурюсь и лишь потом заглядываю в логово шпионов принца Дайна. С четырех сторон нас окружают утрамбованные земляные стены, переходящие вверху в закругленный потолок. В первую очередь в глаза бросается большой стол, за которым сидят два незнакомых мне фейри. Оба смотрят на меня без особой радости.

— Добро пожаловать ко Двору теней, — говорит Таракан.

У двух других членов шпионской группы Дайна тоже кодовые имена. Сухощавый, симпатичный фейри, отчасти похожий на человека, подмигивает мне и предлагает называть его Призраком. Волосы у него песочного цвета, что нормально для человека, но необычно для фейри, а уши слегка заостренные.

Второй — миниатюрная, хрупкая девушка с крапчатой, как у косули, коричневой кожей. Волосы — белое облако вокруг головы, а на спине пара крохотных, как у бабочки, серо-голубых крылышек. В ней есть что-то от пикси и даже от импа.

Ее я знаю. Видела при королевском дворе на пиру по случаю полной луны. Там она украла пояс у одного огра — с пристегнутым оружием и под сумками.

— Я — Бомба, — говорит она. — Люблю все взрывать. 

Я киваю. Для фейри такая прямота необычна, хотя, с другой стороны, мне привычнее общество придворных фейри с их этикетом. Фейри-одиночки тоже явление редкое. Я в недоумении — как с ними разговаривать?

— Так вас, значит, трое?

— Теперь уже четверо, — говорит Таракан. — Наша задача — обеспечить, чтобы принц Дайн оставался жив, и держать его в курсе всего, что делается при Дворе. Ради его коронации мы крадем, обманываем, подглядываем и подслушиваем. И когда он станет королем, мы также будем красть, обманывать, подглядывать и подслушивать ради того, чтобы он остался на троне.

Киваю. Увидев, что представляет собой Балекин, я лишь укрепилась во мнении, что хочу видеть королем Дайна. Рядом с ним будет Мадок, и, если я проявлю себя наилучшим образом, может быть, они избавят меня от приставаний джентри.

— Ты можешь делать то, на что не способны мы, остальные, — говорит Таракан. — Во-первых, смешиваться с людьми-слугами. Во-вторых, свободно находиться среди джентри. Мы научим тебя кое-каким трюкам. Так что до тех пор, пока ты не получишь непосредственно от принца другое задание, твоя работа — делать то, что скажу я.

Чего-то в этом роде я и ожидала.

— Только так, как сегодня, получится не всегда. Мне нужно ходить на занятия, а если буду часто пропускать, рано или поздно кто-нибудь заметит и спросит, где я была. А еще у Мадока такой порядок в доме, что около полуночи все ужинают в столовой.

Таракан смотрит на Призрака и пожимает плечами.

— В том-то и проблема с проникновением во дворец. Этикет отнимает слишком много времени. Когда можешь освободиться?

— После того, как все отправляются спать.

— Неплохо. Один из нас встретит тебя у дома и либо доставит в нужное место, либо передаст задание на словах. Приходить каждый раз сюда необязательно.

Призрак кивает с таким видом, будто мои проблемы — это часть работы, но для меня они детские отговорки.

— Ну так давайте устроим ей посвящение, — предлагает, подходя ко мне, Бомба.

У меня захватывает дух. Что бы ни случилось, я все выдержу. Я уже выдержала такое, о чем они и не догадываются.

Но Бомба смеется, и Таракан шутливо толкает ее в бок. Призрак сочувственно смотрит на меня и качает головой. Замечаю, что глаза у него голубые и ясные.

— Если принц Дайн говорит, что ты — часть Двора теней, то так оно и есть. Постарайся не слишком нас разочаровывать.

Медленно выдыхаю. Может быть, я бы все-таки предпочла какое-то испытание, какой-то способ показать себя.

Бомба корчит гримасу.

— По-настоящему одной из нас ты станешь, когда получишь кодовое имя. Но не жди, что это произойдет очень скоро.