Возьми меня на карнавал - Кристин Лестер

Эллис радостно всплеснула руками:

– Ой, Беатрис, поздравь: меня повысили! Я теперь фоторедактор, вместо Джонни. А он, представляешь, тоже мотнул в Швецию, получив там наследство. Если бы не этот случай, я бы не вспомнила про папин дом и не закрутила бы историю со своим наследством.

– Папин?

– Ну да. Он же был шведом. Его родители умерли за год до… в общем, до него…

– Понятно. А в этом-то вопросе зачем такая спешка?

Эллис рассказала ей, что могло произойти с ее наследством, если бы не Брюс, и закончила свой рассказ гордым заявлением:

– Я теперь – владелица шикарного домика в горах.

– И что ты с ним будешь делать?

– Сдам какой-нибудь добропорядочной семье.

Беатрис озадаченно потерла нос.

– Ну хорошо, перед папой ты выполнила долг. Это я могу понять. Ты теперь не бродяжка, это я тоже могу понять. Но скажи, тебе-то самой этот домик зачем? Ты ведь не поедешь туда жить? А если сдашь – то и на отпуск приезжать не сможешь.

– Посмотрим, что я смогу, а что нет. Беатрис, как бы тебе сказать. Я кое-что поняла, пока моталась по свету, жила у тебя и… где я только не жила! Поняла я это именно в Швеции. Однажды я смотрела в озеро.

– Как интересно.

– Да. И поняла, что мой дом – здесь. Во Флоренции. Мне стало сразу так спокойно, как будто я потерялась, а потом нашлась. Все встало на свои места. Мне уже никуда не хочется уезжать, я готова прожить здесь остаток своих дней.

– Эллис, ты рассуждаешь, как малое дитя, хотя и об остатках дней своих. То есть: в Нью-Йорке у тебя Паоло, в Сан-Франциско – работа, в Швеции – дом, а жить ты собралась во Флоренции. Эллис, ты в своем уме? А как же повышение?

– Беатрис, мне трудно тебе это объяснить. Мне понадобилось все это обрести, чтобы понять, как оно не важно. Я как будто прошла долгий трудный путь: искала, ошибалась, меняла мужчин, меняла города, а теперь вырулила на правильную дорогу и скоро наступит конец моим мытарствам. Осталось только решить, что делать с Паоло. Вот так.

– Паоло думает, что ты снова оказалась в цепких руках Дэвида и все его синяки были напрасными.

– Да я про Дэвида даже не вспомнила!

– Думаю, что ты недооцениваешь своего возлюбленного. Кстати, он мне очень понравился… – Она со смешком подняла руку. – Успокойся, не в этом смысле. Мне кажется, все его женщины и дебоши – маска. Ты, пожалуй, была права, он на самом деле совсем другой.

– Тут сложно разобраться. А наши бабушки всегда говорили, что рано или поздно его погубят женщины. Подожди, а где вы виделись?

– Да по мелочи. Ничего интересного.

Они потягивали кофе, сидя за изящным столиком резного дерева, и Эллис в очередной раз подумала, что Беатрис – тоже не из тех, кто подолгу задерживается с одним партнером. Но сейчас на нее явно напала нешуточная хандра. Эллис и не думала, что Стив может так много значить для нее.

– Расскажи, что тут происходит.

Беатрис вздохнула.

– Стив загулял. Я, наверное, не смогу с ним жить… У меня тоже кризис: что-то не срастается, может быть, времени, которое мы прожили порознь, прошло недостаточно много. Не знаю.

Она говорила медленно, растягивая слова, задор и злость куда-то улетучились, и Эллис увидела, насколько ее подруга уставшая и несчастная.

– Мне казалось, что он тебя любит.

– Ну уж не знаю. Он всегда был молчуном, что творится в его голове, никому знать не положено.

– Оставь его до поры до времени в покое. – Эллис не узнавала себя. Она первый раз в жизни дает Беатрис совет, кода та ее не просит об этом. Да она ее никогда не просит!.. – Оставь и посмотри, что получится. Ты душишь его в своих объятиях, Беатрис. А он – из тех мужчин, которым нужно воздуха больше, чем всего остального, что заполняет жизнь.

Беатрис удивленно смотрела на нее. И не понятно было, что ее настораживало больше: смысл услышанного или повзрослевшая Эллис.

– Хорошо.

– Я думаю, все решится довольно скоро. Не дави на него. Отпусти.

Они говорили бесконечно долго, всю ночь, опустошая чашку за чашкой кофе, сначала в номере, потом уже в баре, уютно расположившись на круглом балконе. Это был первый после Нью-Йорка разговор «по душам», длинный, всеохватывающий, какие они уже полгода не вели. Интересно, что в Сан-Франциско их хватало только на сплетни и обсуждение текущих проблем. Теперь же они никак не могли наговориться.

Эллис решила не ворошить мамин дом и не отнимать у них с Гарио свою законную часть наследства. Что-то сильно изменилось в ней после поездки в Швецию. Словно она набралась мудрости, словно повидалась с отцом. Все действительно встало на свои места в ее голове: она точно знала, чего хочет в этой жизни, только один вопрос пока не поддавался разрешению: чего от нее хочет Паоло.

– Беатрис, скажи: Паоло нашел себе кого-нибудь?

– Разве ему надо искать? Как я поняла, в его задачу входит выбирать варианты, которые сами вешаются ему на шею. Он задумчив, сдержан, очень обходителен, даже, я бы сказала, нежен.

– С кем? – Сердце Эллис бешено заколотилось.

– Со всеми.

– Как со всеми?

– И со мной, и с ними. Он ходит под руку с двумя девушками. Все время с разными, Эллис. Мне кажется, так он чувствует себя безопасней. И уютней.

Они обе рассмеялись.

– Ну вот, а ты говоришь – это маска.

– Знаешь, он такой положительный, спокойный, как бы тебе объяснить… Как будто ему скучно. Как будто не хватает куража. Он… как актер перед пустым зрительным залом: вышел, поклонился, а в зале-то никого! Вот он и стоит, улыбается, чтобы не терять лицо, но удовольствия явно не получает.

Эллис усмехнулась:

– Если бы все было так! То, что ты говоришь, слишком хорошо, ведь, как я понимаю, зрительный зал – это я?

– Эллис, ты и вправду поумнела!

– Тебе просто так кажется, Беатрис. Или ты меня утешаешь.

– Я однажды нашла его в интернет-салоне, он спросил меня, знаю ли я…

Но Эллис, не дослушав ее, среагировала на знакомое слово:

– Слушай! – Она вскочила с места, едва не опрокинув столик. – Интернет! Джек! Я же давно не писала ему. Он, наверное, обижается. Он отказался приехать на карнавал… – Эллис на ходу швырнула деньги бармену и не слишком почтительно потащила Беатрис за руку по коридору. – А с тех пор мы не переписывались! Пойдем, проверим почту!

От Джека было два письма, но когда она дошла до второго, то у нее потемнело в глазах…

«Ты знаешь, Эллис, я подумал и решил: я все-таки к тебе приеду. Только не беспокойся о моем размещении: у моего приятеля живут родственники в Риме, так что не пропаду. Предлагаю встретиться в последний день карнавала. Так интересней, не правда ли? Наша недолгая переписка закончится замечательной встречей. Я уже сгораю от нетерпения увидеться с тобой. Назначь мне свидание в каком-нибудь кафе в Венеции, ведь я их не знаю… До встречи, Джек».