Тысяча соблазнов - Хелен Бьянчин

Счастливая Ники никак не хотела спать, однако насыщенный день дал о себе знать, и после долгих уговоров малышка все-таки отправилась в постель.

Вскоре разошлись и гости. Марселло и Шанна попрощались со всеми. Он притянул жену к себе, нежно целуя ее в губы.

– Я уже говорил, какая ты красивая?

Да. В тот момент, когда снова надел обручальное кольцо на ее палец. И еще – когда праздник подходил к концу.

На губах Шанны заиграла насмешливая улыбка. Она слегка склонила голову набок:

– А мне сказать, как потрясающе ты выглядишь?

– Дерзкая. Потанцуем, ммм? Какая же свадьба без вальса новобрачных?

Марселло включил стереосистему, и по саду разлились звуки приятной медленной музыки.

Они едва двигались в объятиях друг друга, лишь слегка покачивались, Шанна отдалась музыке и позволила Марселло вести себя.

Композиция закончилась, и она заглянула в глаза мужа и поцеловала его.

– Я люблю тебя, – сорвалось с ее губ. – Очень. – Она гладила его по волосам. – Всегда любила. И всегда буду любить.

Марселло взял руку Шанны, лежащую у него на груди, и поднес ее к своим губам.

– Спасибо.

– Пойдем наверх, – позвала Шанна.

Никогда еще в ее голосе не было столько любви и нежности одновременно.

– Это приглашение? – улыбнулся Марселло.

– А тебе оно нужно?

Марселло взял жену на руки и понес в спальню, где они начали медленно раздевать друг друга.

Эта ночь стала самой долгой и совершенно особенной.

Им не нужно было никуда торопиться. Впереди была вся ночь и еще много ночей до конца их жизни.

Вечность.

Рамон Алехандро Мартинез родился через пять месяцев и две недели в присутствии отца, который сам обрезал пуповину и передал малыша на руки матери.

Темноволосый мальчик с умными глазами был копией Марселло, но характер, кажется, унаследовал от Шанны.

Его сестренка, Ники, влюбилась в него с первого взгляда и пообещала всегда заботиться о нем и научить его всему, что знала сама.