Невеста к Рождеству - Кэрол Аренс

Разумеется, Фелиция не могла не проверить. Решив не брать фонарь, она подхватила край юбки и стала подбираться ближе. Света было все меньше, но она решила не сдаваться и добыть вожделенное украшение для елки. Вот Фелиция совсем близко, она потянулась, ухватила, но шишка перекатилась в сторону. Очень странно и тревожно. Единственным тому объяснением может стать неверно выбранная позиция. Фелиция попыталась подхватить ее с другой стороны, на этот раз ей удалось, она прижала добычу к груди и улыбнулась.

Шишка действительно оказалась красавицей и весьма внушительного размера.

— Леди Скарсфелд, — послышался откуда-то сверху хриплый голос. — Что вы делаете здесь в полной темноте?

Фелиция заморгала и увидела прямо перед собой мыски сапог. Вот кто оттолкнул ее шишку! Она резко подняла голову. Голос действительно доносился сверху, потому что над ней стоял лорд Скарсфелд.

Фелиция смутилась. Собственное положение выглядело непрезентабельным, хотя она не делала ничего плохого. Просто присела на колени, любуясь добычей. К тому же она не видела, что кто-то наблюдает за ней из темноты. Теперь Исайя будет укорять ее за неспособность позаботиться о себе. Она встала и подняла мешок.

— Я собираю шишки.

— Поздним вечером?

— Сейчас только начало восьмого.

— Но уже темно, как ночью.

«Не темнее выражения вашего лица», — подумала про себя Фелиция и отметила, что мешок довольно тяжелый, значит, она, сама того не заметив, собрала немало шишек.

— Луна совсем недавно скрылась за облаками, к тому же у меня есть фонарь.

— И у меня есть фонарь, как видите, но вы меня не заметили. На моем месте мог быть кто угодно, он мог напасть на вас.

Исайя взял из ее рук мешок, и она вообразила, что он хочет ей помочь, но внезапно отбросил его в сторону. Около дюжины шишек рассыпались по снегу.

— Вы не способны мыслить разумно?

Его лицо было в тени, но ей не нужно было видеть, чтобы понять, каково его выражение. Он осуждал ее и считал, что, как супруг, лучше понимает положение вещей. Достаточно посмотреть, как он поступил с шишками, чтобы понять, насколько это далеко от истины.

— Думаю, способна, даже более, чем вы, знаете ли. Почему вы позволяете себе так обращаться с плодами моей получасовой работы? — Она указала на мешок. — Почему я должна…

— Фелиция! — Он взял ее лицо в холодные ладони. Видимо, так спешил за ней, что не надел перчатки.

«И кто из нас разумнее?» — подумала Фелиция, но решила промолчать.

В следующую секунду из-за тучи вышла луна. О боже, зачем? Теперь она могла видеть выражение лица Исайи. Казалось, из глаз его вот-вот полетят искры. «На моем месте мог быть кто угодно, он мог напасть на вас».

Фелиция едва не рассмеялась, представив, как мог бы испугаться незнакомец, обнаружив женщину с шишкой в руках у самого мыска его сапога.

— Разве мне стоит кого-то опасаться в поместье?

— А вам не приходило в голову, что сюда мог забрести какой-то грубиян из Уиндермира?

— Или из особняка.

Ах, какой был чудесный вечер, пока не появился он, чтобы защитить ее от опасности, которую, вероятно, представляли только шишки, ветер и лунный свет.

Исайя быстро убрал руки, именно в тот момент, когда она размышляла, укусить его за палец или поцеловать.

— Почему вы издеваетесь?

— А почему вы подвергаете сомнению мои умственные способности?

Фелиция никак не могла вернуть себе спокойствие, она то закипала от возмущения, то с трудом сдерживала смех.

— А вы не могли прийти сюда завтра утром? — Исайя присел и стал собирать рассыпавшиеся шишки.

— Вы, вероятно, забыли, что близится буря, о которой сами же сообщили, она заметет все входы и выходы из дома. Нам с Абигейл нужно чем-то занять себя, раз мы будем вынуждены оставаться взаперти.

— У нас достаточно дров и всего прочего для растопки.

Он хочет бросить ее драгоценные шишки в огонь?

— Вам не известно, что шишки оборачивают лентами и делают прекрасные украшения для комнат? — Фелиция решила, что сейчас лучше не вспоминать о злополучной елке. — Они очень красивые…

— Вы больше не будете уходить на улицу вечером одна. Если уж возникнет острая необходимость, скажите мне, я буду вас сопровождать.

Его не так просто отвлечь. Что ж, она не будет пытаться, будет действовать иначе, ее оружием станет правда.

— Я бы отложила свой поход до завтра, но вы сами напугали меня бурей.

— Она приближается.

— Из-за вашего негативного отношения к нашей елке я решила сделать что-то приятное вам и Абигейл.

Она рванула мешок на себя, но Исайя держал его крепко. Она не сможет заполучить его, не сможет даже один за другим разогнуть эти сильные пальцы. У нее не хватит сил, не говоря о внутреннем волнении.

Она может быть такой же резкой, как и он, но не собирается произносить мысли вслух.

— Мир будет восстановлен, когда вы уберете это проклятое дерево.

— Вам лучше поскорее смириться с его присутствием в доме, лорд Скарсфелд.

Исайя резко развернулся и зашагал к дому, так и не выпустив ее мешок.

Судя по широкой поступи и уверенному взгляду перед собой, он не сомневался, что она идет следом. Что ж, скоро ему станет ясно, что гордость не позволила ей так поступить. К счастью, входов в дом несколько. Фелиция развернулась и пошла в противоположном направлении.

Говорите, мир будет восстановлен? Нет, она не желает кланяться. Виконт — не единственный в доме, чьи желания надо учитывать, но единственный, кто хочет убрать елку, при этом все в доме любуются ею и восхищаются.

— Фелиция! — послышался громкий оклик. Видимо, Исайя обнаружил, что она не идет за ним.

Она не доставит ему удовольствия — даже не посмотрит в его сторону.

Фелиция шагала, опустив голову, и не заметила, что путь перегорожен упавшей веткой, припорошенной снегом. Получается, с этой стороны в дом не попасть. Вздохнув, она пошла обратно к той тропе, по которой шел Исайя, нарочно медленно, желая заставить его ждать.

Ему вообще не стоило идти за ней. Она добралась бы до дома сама и наслаждалась блаженным теплом.

К несчастью, температура заметно понизилась, на улице значительно холоднее, чем в тот момент, когда она выходила из дома. В стремлении настоять на своем, ей придется смириться с неприятностями.

А ведь этим вечером она и так пережила достаточно унижений, сейчас надо собраться с силами и как-то унять дрожь.

Исайя бросил мешок и пошел ей навстречу.

Фелиция постаралась взять себя в руки и перестать дрожать не столько от холода, сколько в ожидании неприятного разговора.