Яд, что слаще мёда - Кассиан Маринер

вдоха. Мы проскользнули мимо двух сонных стражников и оказались у неприметной боковой двери. Щелчок, и мы внутри.

Павильон Чжу Юй оправдывал свое название. Огромное, многоуровневое помещение было заставлено высокими, до самого потолка, стеллажами из темного дерева. Свитки, книги, папки, все это тысячи, миллионы судеб, записанных на бумаге.

— Нам нужна часть Бай Фэн, третий ряд, полки с пометкой «Внеплановые расходы», — прошептал Цзи Сичэнь.

Он зажег крошечный бумажный фонарик, дававший лишь узкий луч света, и мы двинулись вглубь лабиринта. Стеллажи стояли так близко друг к другу, что двоим было трудно разойтись. Мы шли друг за другом. Я смотрела на широкую спину Цзи Сичэня и как напрягаются мышцы под черной тканью, и чувствовала странное спокойствие. С ним даже в логове врага было не страшно.

— Здесь, — он остановился. Луч света выхватил полку, забитую свитками. — Ищи свитки с синей лентой.

Мы начали искать. Работа была монотонной и нервной. Каждый шорох заставлял меня вздрагивать. И постоянно в голове проносилась мысль: «А вдруг кто-то сейчас войдет?».

— Пусто, — прошептала я через десять минут. — Только расходы на закупку благовоний и тканей.

— Ищи глубже, за задней стенкой. Часто они делают двойное дно.

Я просунула руку вглубь полки, нащупывая деревянную панель. Мои пальцы, ставшие чувствительными как у вора за последние дни, наткнулись на неровность.

— Есть! — выдохнула я. — Здесь рычаг.

— Жми.

Я нажала, раздался тихий щелчок, и часть стеллажа плавно отъехала в сторону, открывая узкую нишу между рядами.

— Отлично, — усмехнулся Цзи Сичэнь. — Идем.

Мы оказались в крошечной комнате, скрытой в толще стен. Что-то мне подсказывало, что здесь хранились самые грязные секреты империи. На небольшом столике лежал свиток, который я открыла.

— Ли Бяо... Ши Хэ... — читала я. — Это они. Охрана каравана. И вот... «Плата за молчание».

— Забирай, — произнес Цзи Сичэнь. — Уходим.

Я спрятала свиток за пазуху. В этот момент где-то в глубине здания раздался металлический лязг, а затем еще один, словно захлопнулись гигантские ворота. Цзи Сичэнь мгновенно погасил фонарь.

— Черт, — прошипел он в темноте. — Видимо здесь поставили заклинание запечатывания, поэтому дверь закрылась. Либо же мы на что-то наткнулись и печать запустилась.

— Что это значит? — я вцепилась в его рукав.

— Это значит, что все выходы закрыты до рассвета. И патруль уже идет сюда.

Мы услышали топот сапог и крики: «Нарушитель в части Бай Фэн!».

— Нам не выйти, — быстро оценил ситуацию Цзи Сичэнь. — Если мы побежим к двери, нас встретят арбалеты. Нам нужно спрятаться и переждать, пока они пройдут.

— Где? Здесь тупик!

— Нет, здесь должен быть лаз. Я видел его в добытых картах. — Он схватил меня за руку и потащил в самый дальний угол ниши. За стопкой старых книг, была узкая щель между стеной и массивным шкафом. — Туда, — он подтолкнул меня. — Быстро.

Я протиснулась в щель, где было невообразимо тесно. Пыль забила нос, паутина прилипла к лицу, и стало более неудобно, когда Цзи Сичэнь втиснулся следом за мной. Как только он оказался внутри, то потянул на себя какую-то панель, маскируя вход.

Мы оказались в пространстве размером с гроб. Стены давили с трех сторон. Четвертой «стеной» было тело Цзи Сичэня. Я и он стояли лицом к лицу, прижатые друг к другу так плотно, что я не могла даже пошевелить рукой. Моя грудь упиралась в его грудь, мои бедра были прижаты к его бедрам. Его ноги переплелись с моими. И самое главное — мое сердце стучало так, что даже он его слышал.

— Тише, — его дыхание коснулось моего уха. — Не дыши.

Снаружи, совсем рядом, послышались голоса стражников.

— Проверьте этот ряд! Я видел свет!

— Здесь никого, командир. Стеллажи сдвинуты.

— Ищите! Они не могли испариться!

Лучи фонарей скользили по щелям нашего укрытия. Один луч прошел в цуне от моих глаз. Я зажмурилась, вжавшись в Цзи Сичэня. Мое сердце колотилось так сильно, что мне казалось, оно сейчас пробьет грудную клетку и ударит его. Цзи Сичэнь замер и стал камнем. Ни вдоха, ни движения, только его рука, оказавшаяся у меня на талии, сжалась чуть сильнее, удерживая меня, чтобы я не дрожала.

Минуты тянулись как часы. Стражники ходили кругами, ругались и гремели доспехами. Воздух в нашем убежище начал нагреваться, его заметно стало меньше. Запах крови щекотал нос и становился сладким, одурманивающим. Я чувствовала каждую линию его тела, жесткость мышц, твердость пряжки на поясе, которая впивалась мне в живот, жар, исходящий от него, который проникал сквозь слои одежды, обжигая мою кожу. И наконец постепенно шаги стражников начали удаляться.

— Они ушли в другое крыло, — едва слышно выдохнул Цзи Сичэнь.

— Нам... нам нужно выбираться, — прошептала я.

— Нельзя, они могут вернуться. Надо ждать, пока все стихнет.

Мы остались стоять в темноте, время тянулось и с каждой секундой я ощущала напряжение в своем теле, от этой ситуации и от… него. Я подняла подбородок, пытаясь найти хоть немного свежего воздуха, но мое лицо оказалось напротив его шеи. Я чувствовала, как быстро бьется жилка на его горле, прямо как у меня.

— Тебе страшно? — спросил он шепотом. Его губы были так близко к моему виску, что я чувствовала их движение.

— Мне душно, — честно ответила я. — Здесь нечем дышать.

— Дыши медленнее и не паникуй.

Он попытался немного сдвинуться, чтобы дать мне пространство, но это привело лишь к тому, что его бедро еще плотнее прижалось к моему низу живота. Я судорожно втянула воздух. Это было слишком… остро. Мое тело, которое я считала мертвым, док5азывало, что оно все еще живо. Кровь прилила к щекам, внизу живота затянулся тугой узел.

Цзи Сичэнь замер, почувствовав изменения во мне. В темноте его рука скользнула с моей талии выше, на спину, поглаживая позвоночник. Он пытался меня успокоить, но оно вызвало лишь дрожь совсем другого рода.

— У тебя сердце выпрыгивает, магнолия, — прошептал он низким, глубоким голосом. — Ты боишься меня? Или себя?

— Я боюсь, что мы задохнемся здесь, — огрызнулась я, но это прозвучало жалко.

— Мы не задохнемся. Я знаю этот лаз. Здесь есть тяга сверху. — Он немного наклонил голову, и наши носы почти соприкоснулись. — Ты пахнешь дождем, —