Королевство когтей - Деми Винтерс

не было. Положив последний свиток на место, Сага проверила сундук. Ничего, кроме книг. В отчаянии она прокрутила в голове все заново. Неужели она ошиблась? Или леди Гейра пользовалась другой комнатой для написания писем королевы?

— Где она? — раздался громкий мужской голос за дверью.

Сага замерла, тонкие волоски на затылке встали дыбом. К сожалению, она знала этот голос слишком хорошо — он принадлежал Верховному готи.

— Что с ней случилось? — спросил он, и Сага выдохнула. Речь шла о леди Гейре, не о ней. Хвала богам. Тяжелые шаги Верховного готи глухо отозвались за дверью. Затем остановились. — Почему эта дверь закрыта?

Сагу охватила паника, но, к счастью, она подтолкнула ее к действию. Она нырнула за тяжелые шторы и прижалась спиной к стене. Кровь стучала в ушах, когда она затаила дыхание.

Дверь со стоном отворилась. В комнате раздались шаги. Она слышала шелест одежд Верховного готи, каждый его вдох.

Лоб покрылся испариной, но она не смела ее вытереть. Наверное, мужчина мог услышать, как безумно бьется ее сердце. Наверняка сейчас обнаружит ее, отдернув шторы.

Набрав полную грудь воздуха, Сага начала пересчитывать выходы.

Дверь, через которую она вошла.

Окно.

И все. Осознание этого ничуть не успокаивало. Она отчаянно пыталась восстановить дыхание, но удавалось лишь судорожно хватать ртом воздух. Боги, ей нужно бежать, нужно вернуться в безопасность собственных покоев…

Донесся отдаленный зов Валки, после чего звук шагов Верховного готи резко сменил направление и удалился, вновь оставив Сагу одну в кабинете.

Сердце билось так громко, что этот звук заполнял собой все пространство внутри головы. Она была слишком близко к провалу. Ей нельзя было быть пойманной здесь. Слезы подступали к горлу, и она была вынуждена решать — остаться и рискнуть, или уйти и попробовать заново в другой день. Три дня. У нее все еще было три дня. Но если ее поймают здесь, хитрость будет раскрыта — Сагу накажут, и она не сможет помочь Эйсе. С дрожащим выдохом она выбралась из-за штор и направилась к двери.

Туфля зацепилась за ковер, и Сага споткнулась. Выпрямившись, она обернулась. Ковер свернулся, обнажив половицу, приподнятую на толщину волоса над остальными. Сага присела на корточки. Постучала по краям доски. Угол поддался с мягким щелчком. А затем вся доска приподнялась, открывая тайную нишу.

Время словно замедлилось, когда Сага сунула руку в углубление и вытащила свиток и стопку пергаментов. Она перевернула свиток, раздраженная отсутствием печати. Но когда взгляд упал на имя, Саге захотелось закричать от радости. Письмо было адресовано Сигне. Она развернула его и прочла.

Мы разгадали причину наших неудач. Похоже, образцы были загрязнены. Один человек признался, что три месяца назад впустил в помещение рыжеволосую женщину. Мы полагаем, что это была Скраеда Острый Язык, и что именно она ударила его и похитила наш самый жизнеспособный образец. Поскольку она не прошла должного омовения, произошло заражение. Нам потребовалось два месяца, чтобы понять источник проблем.

Было бы разумно направить Черный Плащ по следу Острого Языка и ускорить наш график. Свалдрин может быть скомпрометирован.

— мейстер Лекка

Сага обратилась к стопке пергаментов. В отличие от мелкого, плотного почерка, который она видела в свитках Верховного готи, этот почерк имел округлое изящество. Это должен был быть почерк леди Гейры. Бросив взгляд на открытую дверь, Сага сглотнула и начала читать.

Медвежье пробуждение, часть 3

Я вхожу в лес босиком, облаченная лишь в волчью шкуру, как повелел Урсир. Сердце колотится, мне страшно, но я знаю, что должна сделать. Я — жертва. Избранная Им. И теперь я иду добровольно…

Сага сморщила нос и перевернула страницу. Боги, это продолжалось еще несколько страниц.

…я отдаюсь ему, и он укладывает меня на мягкий мох, обнажив свой мощный жезл. Урсир входит в меня, и от меня остаются лишь ощущения. Существо боли и наслаждения. Его аппетит пылок, движения быстры, и Медвежий Бог запрокидывает голову и рычит в небеса…

Сага не знала, смеяться ей или плакать. Это была преданность совершенно иного уровня. С неохотой она спрятала историю Гейры за корсаж платья — образец почерка есть образец почерка. Даже если Гейра заметит пропажу одной страницы, Сага сомневалась, что та рискнет унижением, чтобы вернуть ее. А вот письмо Сигне… исчезни оно, Гейре пришлось бы поставить королеву в известность.

Поколебавшись, Сага задвинула письмо Лекки обратно в нишу, и последняя отчаянная надежда угасла, когда она на ощупь поискала сургучную печать. Ее там не было.

Вернув половицу на место и разгладив ковер, Сага выскочила из кабинета и понеслась по коридору.

Из спальни донесся голос Верховного готи:

— Я принесу чашу, жена. Дополнительное Истечение изгонит зло из твоей крови.

Будь Сага человеком получше, возможно, она ощутила бы укол сочувствия к леди Гейре. Вместо этого ее наполнило лишь извращенное чувство справедливости. Добравшись до парадной, она вытащила ожерелья леди Гейры из карманов и бросила их в царивший там хаос.

А затем Сага выскользнула из покоев Гейры и помчалась по залу.

Пергамент плотно прижимался к груди, и все же, пробегая по восточному крылу Аскаборга, Сага не могла избавиться от тревоги.

Сургучной печати там не оказалось. А до того, как весть уйдет на север, оставалось всего три дня.

Глава 14

Каласгард

Силла и Рей поднимались на Снежное Копье по извилистой тропе между дрожащими соснами. Несмотря на полуденное солнце, воздух был ощутимо холодным. Силла ехала верхом на Бурой Лошади, как она начала называть свою кобылу. Чтобы подгонять упрямое животное вперед, ее кобылу и Лошадь Рея соединял повод.

Пока они ехали, Силла не могла унять волнение.

— Я отведу тебя к наставнице Гальдра, — ранее сообщил ей Рей.

Силла улыбнулась сама себе. Ей не терпелось начать новую жизнь как Гальдра, узнать, что течет в ее жилах, и сделать первый шаг к спасению Саги. Как именно она этого добьется, Силла пока не знала, но твердо намеревалась выработать план.

По мере подъема на Снежное Копье землю вокруг припорошило снегом. Снег, хотя с середины лета3 прошел всего месяц.

— Рано, — пробормотал Рей, словно читая ее мысли.

Рано, в том смысле, что будет очередная долгая зима. Силла попыталась вспомнить, сколько их уже было, теперь три, и каждая начиналась все раньше. Впереди был еще один сезон скудных урожаев.

Вокруг было тихо и спокойно. Но внутри Силлу переполняла бешеная энергия, нетерпеливая потребность взяться за дело.

— Расскажи еще раз, — умоляла она Рея.

— Ее зовут Харпа, — ответил Рей. — Она проведет тебя через Обряд Единения и