Зверь - Ника Горская

и такая искренняя любовь обычно помогают мне справиться с самыми сложными эмоциональными состояниями. Но сейчас привычного эффекта не получаю.

Я злюсь настолько сильно, что у меня перед глазами начинают мелькать красные всполохи.

— Айдар, давай договоримся, мы с тобой контактируем только из-за Матвея. — перевожу на него полный раздражения взгляд. — Он — единственное, что нас теперь связывает. И никаких разговоров «о нас» быть не должно.

И как я не пытаюсь сдерживаться, чувствую, что распадаюсь.

Всё, чего я сейчас хочу, это вскочить и наорать на него. Чтобы не смел разговаривать так будто я бесхарактерная дура, готовая забыть обо всём по щелчку его пальцев.

Но я это не делаю, продолжая играть вынужденную роль.

Роль сильной и уверенной в себе женщины, которая держит ситуацию под контролем.

— Понимаю, что ты обижена на меня, и признаю, что это заслужено. — говорит он, глядя мне прямо в глаза. — На суде я говорил правду. Я сожалею о том, что не рассказал тебе с самого начала. Сейчас было бы всё иначе.

— Допустим, но это уже ничего не меняет. — отрезаю я.

Замечаю в тёмных глазах протест, который высказать ему не даёт звонкий голос сына.

— Папа! Папа, я тут!

Вымученно улыбаюсь, тут же отыскивая взглядом сына.

Чувствую одновременно неимоверное облегчение и полное опустошение, когда Шакуров поднимается и идёт к Матвею…

Глава 28

Лера

Пью чай, время от времени поглядывая на Матвея.

На Шакурова стараюсь не смотреть вообще, но это сложно.

Своим массивным телом и бешенной энергетикой он заполнил всё свободное пространство в этом далеко не маленьком помещении.

Мне очень хочется быть абсолютно безразличной к нему.

Воспринимать исключительно как отца Матвея, но не получается. Слишком много эмоций за последние годы он заставил меня пережить.

Айдар не рядом, но ощущение такое будто нависает надо мной. Это не позволяет расслабиться.

Сейчас, зная кем бы мы могли быть друг другу, я, кажется, стала сильнее его чувствовать. Возможно, это всего лишь моя фантазия, но… словно срабатывает какой-то внутренний датчик, безошибочно определяющий малейшее его движение.

Знаю, что скорее всего просто накрутила себя, поэтому не зацикливаюсь на этом.

Следующие полчаса зависаю в телефоне, пролистывая ленту новостей, хотя ни одна из них не способна увлечь меня сейчас.

Я бы, конечно, с большим удовольствием провела это время в игре с сыном, но… всегда есть «но».

Сейчас рядом с ним Айдар, а значит, мне там не место. Я не могу находиться в одном пространстве с этим мужчиной, не испытывая целого спектра противоречивых эмоций.

Неоправданно громко вздыхаю и снова смотрю туда, где резвится Матвей, вместе со своим отцом и няней… на которой я стопорю взгляд.

Мне кажется или она флиртует с Шакуровым, смущаясь и мило хлопая ресницами?

О, боже…

Избавьте меня от этого зрелища.

Отворачиваюсь.

Шакуров видный мужчина, харизматичный.

Где бы он не находился, женщины всегда обращают на него внимание.

Сложно винить их за это.

Снова опускаю взгляд в телефон, но резко вскидываю его обратно, когда слышу детский крик.

Леденею вся, наблюдая как Айдар успевает подхватить на руки падающего с горки Матвея.

Вскакиваю со стула и спешу к ним.

Возможно, я излишне паникую, но сидеть на месте выше моих сил.

Стоит Матвею заметить меня, и он начинает плакать.

— У тебя что-то болит? — доносится до меня вопрос Айдара.

— Неть. — сквозь слёзы лепечет малыш.

— Тогда перестань плакать. Ты же мужчина.

На ребёнка мгновенно действует сухой приказ отца, и он тут же сбавляет обороты, переходя с плача на громкие всхлипы.

Моё сердце каждый раз сжимается при виде его слёз.

А сейчас ко всему я ещё жутко злюсь. На его отца.

— Дай его сюда, — шиплю ядовитой змеёй, как только подхожу достаточно близко и тяну руки к сыну.

В глазах Шакурова недобрый блеск, но забрать ребёнка из его рук это мне не мешает.

— Всё мой хороший, всё. — успокаивающе глажу малыша по спине. — Сейчас поедем домой.

Разворачиваюсь и не говоря ни слова иду в сторону выхода.

Действую слишком импульсивно, понимаю это, но успокаиваю себя тем, что для мирного взаимодействия с бывшим мужем время видимо ещё не настало.

Торопливой походкой марширую к выходу, то и дело поправляя съезжающую с плеча лямку сумки.

Не успеваю сделать и десяти шагов, как чувствую, что Айдар меня настигает. Сильные пальцы сжимаются на предплечье, останавливая.

Вскидываю голову, обмениваясь с ним колкими взглядами.

— Лера, не веди себя как истеричка, — чеканит слова, забирая у меня ребёнка. — Подаёшь плохой пример сыну.

Злость окатывает потоком ледяной воды, и я дёргаюсь назад, желая увеличить дистанцию.

Единственная причина по которой я не ввязываюсь в ругань с ним это нежелание откатываться назад. В недалёкое прошлое, в котором мы по большей части именно так и контактировали.

Бросаю взгляд на Матвея и убедившись в том, что он не против продолжить путь на руках отца, иду дальше.

Пока спускаемся на парковку, я успеваю успокоиться и пожалеть о своей гневной вспышке.

Списываю всё на нервозность.

Настолько глубоко погружаюсь в собственные мысли, что упускаю из вида тот факт, что мы подходим не к моему автомобилю.

— Я отвезу вас, твою машину позже водитель перегонит по нужному адресу. — говорит Шакуров, снимая с сигнализации свой внедорожник и открыв заднюю дверь, усаживает Матвея в детское автокресло.

И хоть ехать в одном автомобиле с бывшим мужем нет никакого желания, я решаю не спорить.

Забираюсь в салон, усаживаясь рядом с сыном на заднем сиденье.

Отыскав в сумке телефон, включаю мультик и даю гаджет ему в руки, чтобы отвлечь на время поездки. Затем проверяю, надежно ли закреплены ремни на маленьком кресле.

Делаю это просто чтобы себя чем-то занять, а не наблюдать за тем, как Айдар садится за руль, как запускает двигатель и выезжает с парковки детского развлекательного центра.

Что удивительно, адрес съёмной квартиры он у меня не спрашивает.

— Мы живём не у родителей, — нарушаю тишину, когда приходит мысль о том, что он скорее всего везёт нас именно туда. — Я ещё в маркет хотела зайти, поэтому высадишь нас возле…

— Я знаю где вы живёте. — пресекает мою жалкую попытку скрыть точный адрес.

Ну да.

Чего это я?

Шакуров всегда в курсе всего.

Что конечно же жутко раздражает.

— Как раз по этому поводу я хотел с тобой поговорить. — встречаемся взглядами в зеркале заднего вида. — Я купил квартиру для вас. В хорошем районе, со всеми удобствами. Там уже всё обустроено для комфортной жизни.