Джентльмен-разбойник - Кристина Додд

Она изумленно посмотрела на него. Бунтовщик? Он сказал «бунтовщик»? Он считает, что она поняла его намек?

Улыбнувшись, Рауль склонил голову.

– Да. Думаю, мы с вами оба бунтовщики.

Эмма застыла на месте.

Он положил ладонь на ее руку.

– Не останавливайтесь, мисс Чегуидден, и изображайте удовольствие и легкую заинтересованность в беседе.

Она двинулась с ним, отчаянно пытаясь сопоставить разрозненные факты. Мистер Лоренс – друг Мстителя?

Да, этот английский аристократ дьявольски красив и обладает каким-то мрачным обаянием. От него исходила такая беззастенчивая чувственность, что Эмма нервничала рядом с ним. Он определенно нехороший человек.

Неужели он шпион принца де Гиньяра? Кто-то видел, как Мститель выбежал из ее спальни, и донес на нее? Мистер Лоренс ищет информацию, которую может дать только она?

Нет, поскольку, все еще улыбаясь, он любезно сказал:

– Прошлой ночью ваша перина сбилась комками.

– Откуда вы знаете? – ахнула Эмма.

– Возможно, Мститель – это я.

– Нет. – Эмма сама не понимала, почему так уверена в этом.

Рауль Лоренс рассмеялся.

– Тогда я – его друг. Потому что только Мстителю или его другу ведомо, кого вы прятали.

– Вы правы. – Значит, первое впечатление о мистере Лоренсе было неверным? Снова Эмма надолго задумалась, потому что колебалась, как вести себя с ним. – А вдруг вы работаете на принца Сандре, поймали Мстителя и пытками вынудили его к признанию?

– Если бы принц схватил Мстителя, вы сразу оказались бы в королевской тюрьме, – категорически сказал мистер Лоренс.

Эмма уже достаточно хорошо представляла себе, каковы де Гиньяры, чтобы согласиться с Раулем. Снова взглянув на Сандре и леди Фанчер, Эмма решила, что их разговор близится к завершению. Принц определенно заметил, что она прогуливается с мужчиной, и, слушая кузину, хмуро поглядывал на них.

– Вы можете передать сообщение Мстителю? – тихо спросила она.

– Не останавливайтесь, мисс Чегуидден.

Эмма заставила себя двигаться.

– Улыбайтесь, словно мы старые друзья, предающиеся приятным воспоминаниям.

Эмма натянуто улыбнулась.

– И… да, я могу передать.

– Принц Сандре придумал, как поймать его, когда он поедет верхом. – Эмма быстро изложила план.

– Спасибо, мисс Чегуидден. Вы очень помогли. Обещаю, ему об этом немедленно станет известно. А теперь… – Рауль повысил голос и продолжил: – Миссис Андерсен сказала, что двум смертям не бывать, одной не миновать. – Он расхохотался.

Эмма заставила себя засмеяться и не удивилась, услышав, как за ее спиной принц воскликнул:

– Так вы знакомы? Вот приятный сюрприз!

– Ваше высочество, – с притворным изумлением повернулся к нему мистер Лоренс. – Мы действительно знаем друг друга. Одно из владений моего отца находится в тех местах, где отец мисс Чегуидден был священником.

– Выходит, вы старые друзья, – с холодной решимостью улыбался Сандре.

– Скорее приятели. Мисс Чегуидден слишком достойная леди для меня.

– Согласен. – Принцу, похоже, эта мысль понравилась.

– Но так приятно услышать английскую речь на чужой земле. – Мистер Лоренс поклонился. – Поскольку я живу рядом и постоянно навещаю Агуэс-де-Дьосэс, надеюсь снова увидеть вас, мисс Чегуидден.

– И я вас, мистер Лоренс. – Эмма улыбнулась и склонила голову, изображая одинокую иностранку так, словно была создана для этой роли.

– Вы тоскуете по дому? – Мистер Лоренс отошел, и Сандре занял его место, прогуливаясь с Эммой, словно это было обычным делом для человека его положения.

Украдкой оглядевшись, Эмма увидела, что на них смотрят. Леди Фанчер вернулась в свое кресло и с улыбкой наблюдала за ними. Курортное общество принялось сплетничать о принце и иностранной компаньонке леди Фанчер. Эмма не хотела даже предполагать, какие домыслы высказываются в этом зале… и за его пределами.

– Я скучаю по Англии, – сказала она. – Но Морикадия – страна поразительной красоты, и я рада, что приехала сюда.

– Ваша дипломатичность достойна восхищения. – Глядя вперед, принц улыбнулся, словно она прошла какой-то тест. Все тем же приятным тоном он добавил: – Вчера вечером я забыл спросить вас кое о чем. Вам понравился нижний город?

– Нижний город? – Остановившись, Эмма изумленно посмотрела на него.

Люди огибали их, словно вода – камешки в потоке.

– Очень мило с вашей стороны позаботиться о руке девочки. Как ее зовут? Эликсабет? Как жаль, что она трагически потеряла отца.

Эмму ужаснула эта демонстрация осведомленности обо всем. Она опасалась, что до принца дошли слова Дамасии о нем и он предпримет какие-нибудь действия. Но Сандре дружески рассмеялся.

– Идемте, мисс Чегуидден. Я, в конце концов, принц, и мой долг знать все, что происходит в моей стране.

Нет! Нет!..

Значит, в том дворе были доносчики? Которая из женщин продала свою душу, чтобы прокормить детей?

Эмма огляделась, впервые почувствовав себя скованно.

Кто в этом павильоне шпион принца? Кто приглядывается, прислушивается и докладывает обо всем крамольном принцу и его подручным? От этой мысли у Эммы по спине побежали мурашки.

– Ваше высочество, я не думала, что вы станете утруждать себя такими мелочами. А теперь извините меня… – Эмма сообразила, что говорит резко, но ведь он ее не знает – возможно, она всегда такая бестактная.

Она направилась против потока гуляющих, натыкаясь на дам в сопровождении горничных и джентльменов, от удивления роняющих монокли.

Ей некого винить, кроме себя, за эту парадоксальную ситуацию. Она решила спасти Мстителя. Сидя в постели, она прекрасно сознавала, что выглядит весьма соблазнительно и привлечет внимание самого могущественного человека в Морикадии.

Теперь придется за все расплачиваться. И она сделает это с радостью, потому что принц похвастался своим планом и она, возможно единственная, может спасти Мстителя от тюрьмы.

Сандре следовал за Эммой к леди Фанчер.

– Вы восприняли это слишком серьезно. Не знать, что говорят и делают мои подданные, – значит, пренебрегать ими.

– Я не ваша подданная, – сказала Эмма.

– Буду рад изменить это, – ответил он.

О Господи! Она не готова к таким поворотам судьбы.

Сандре поймал ее руку.

– Я пугаю вас?

– Нет! Вовсе нет. Вы принц, а я всего лишь компаньонка.

Он притянул ее ближе.

– Я мужчина, а вы женщина.