За неделю до любви - Ким Лоренс

— О… — произнесла Миранда, обхватив ладонями его лицо, но не делая попытки поцеловать мужчину. Она просто любовалась его красотой. — Значит, ты больше не скрываешься. Ты можешь уехать в любой момент? — От осознания этого на нее словно повеяло холодом.

На лбу Джанни появилась морщинка. Опустив ее руки, он притянул Миранду к себе. Она сопротивлялась какую-то долю секунды, а затем позволила ему поднять ее волосы и прильнуть к шее, ставшей чрезвычайно чувствительной.

— Полагаю, что так, — признал Джанни, недоумевая, почему свобода не манит его к себе. — Но кое в чем ты ошибаешься.

Миранда закрыла глаза, наслаждаясь тем, что его дыхание согревает ее шею. Она полностью осознала выражение: «Ослабла от желания». Если бы Джанни не поддерживал ее, она оказалась бы на полу.

— Я не забуду твое имя, Миранда.

Его язык коснулся ее языка, и Джанни подумал: «Я также не забуду твое лицо и твой голос. — Он углубил поцелуй. — И твой вкус».

Миранда инстинктивно начала бороться с желанием, толкнувшим ее в объятия Джанни. Она прервала поцелуй, хотя понимала, что уже поздно, что она по уши в него влюбилась. Что ж, остается только взять то немногое, что он готов ей дать.

Он вопросительно посмотрел на нее, она отвела взгляд и не стала говорить, что его поцелуи способны подарить неземное блаженство.

Джанни поднял голову, борясь с чувством вины. Правда, злился он больше на себя, чем на Миранду. Но неужели она не чувствует, что за шесть дней он сблизился с ней больше, чем с любой другой женщиной? Словно стена, которую он выстраивал в течение многих лет, вдруг рухнула. Однако Джанни продолжал уверять себя, что все дело в восхитительном сексе, который их связал.

— Не понимаю, почему ты воспринимаешь все на свой счет. Не с каждой женщиной я делюсь историей своей жизни, не с каждой… — Он почувствовал, как напряглась Миранда, замолчал и закрыл глаза.

Она высвободилась из его объятий.

Когда Джанни открыл глаза, у Миранды вместо глаз были кусочки зеленого льда. Расстояние в несколько футов между ними показалось ему пропастью.

Она вздернула тонкую бровь, за ее презрительной улыбкой скрывался пылающий гнев.

— Ты имеешь в виду женщин, с которыми у тебя был случайный секс? Боже, Джанни, ты умеешь заставить женщину почувствовать себя особенной. Ты, случайно, не присвоил мне номер?

Его хохот стал для нее полной неожиданностью.

— Я сказала что-то смешное? — поинтересовалась Миранда.

— Невероятно… Ты совсем не похожа на тех женщин, с которыми я встречался прежде.

— Это хорошо или плохо?

— Это повергает меня в смущение, — вздохнул Джанни.

«С трудом в это верится», — подумала она, изучая его лицо и силясь прочитать его мысли.

— Миранда, я собираюсь вернуться в Лондон утром.

Она застыла, ее с трудом обретенное спокойствие разлетелось на кусочки.

Больше они не будут лежать рядом — обнаженная кожа к обнаженной коже. Ощущение потери было оглушающим.

Опасаясь, что Джанни может понять все по ее глазам, Миранда поспешно опустила ресницы, но неожиданно пошатнулась, будто от порыва сильного ветра. Справившись с собой, она посмотрела на него, надеясь, что ее лицо ничего не выражает.

— Конечно, лучше выехать с утра, чтобы избежать пробок. Возьми имбирное печенье для Лайама — имбирь отлично помогает справиться с тошнотой. Кстати, по радио предупредили, что пока еще ведутся работы в районе…

Джанни махнул рукой, прерывая ее:

— Если хочешь, я могу вернуться.

Миранда моргнула от неожиданного предложения, недоверчиво покачала головой и осторожно поинтересовалась:

— Что именно ты хочешь этим сказать, Джанни?

— Это не должно заканчиваться…

Миранду захлестнула радость. Она подождала, пока эмоции утихнут, чтобы постараться ответить как можно спокойнее. Да, Джанни по-прежнему говорит только о сексе, но если это все, что он намерен ей предложить, она не собирается отказываться. Она просто не может. Все, что ей нужно сделать, — попытаться скрыть свои истинные чувства. К тому же остается надежда, что однажды Джанни сумеет на них ответить.

— Это? — повторила она. — Что именно?

— Секс, — испытывая раздражение оттого, что Миранда заставила его произнести это, ответил Джанни. — Он хорош. — Он хрипло рассмеялся. — Нет, не хорош. Фантастичен.

Так почему бы им не продолжить занятия любовью? Такого шикарного секса у Джанни еще не было. Главное — позаботиться о том, чтобы исключить Миранду из жизни Лайама. Он очень надеялся на то, что его сын не успел привыкнуть к ней и не будет скучать.

Что касается его, он продолжит наслаждаться этим отпускным романом, не забывая, что однажды придется положить ему конец.

Миранда сделала глубокий вдох и приняла решение.

— Да, хорош, — подтвердила она, вздергивая подбородок.

Встретившись взглядом с Джанни, она уловила в его глазах какую-то вспышку эмоций. Что это было? Почему бы не спросить? Или она боится услышать ответ?

— У меня есть несколько условий, — быстро произнесла Миранда.

Глаза Джанни сузились. Он был шокирован, услышав об условиях. Впрочем, почему бы не выслушать?

— Я ничего не имею против секса с тобой, — начала она, — но я не могу… Пока наш роман будет длиться, я хочу, чтобы все было особенным.

— Думаешь, у меня достаточно времени, чтобы… Ладно. Нет проблем.

— И никакой лжи. — Миранда была довольна, что ей удается говорить спокойно, но это не помогло ей понять выражение его лица. — Все, что нас связывает, — просто секс, но между нами все должно быть честно.

— Значит, ничего не значащий секс, верно?

Она осторожно кивнула, не понимая, чем вызвана вспышка гнева.

— Какие-нибудь еще условия?

— Нет, больше никаких.

Джанни кивнул и подошел к холодильнику. По-прежнему ничего не понимая, Миранда наблюдала за тем, как Джанни открывает его и достает бутылку шампанского.

— Как ты думаешь, нам стоит отметить наше соглашение? — спросил он.

— Изумительно, — кивнула Миранда. — Но его вкус покажется лучше, если мы захватим его с собой в постель.

Джанни моргнул. На его лице отразилась смесь удивления и нежности, когда щеки женщины вопреки ее желанию вспыхнули.

— Извини, — простонала она, закрывая лицо руками. — Я просто подумала вслух.

Джанни усмехнулся и поставил бутылку. Сквозь щели между пальцами она увидела, что он направляется к ней.

Джанни убрал руки Миранды с лица, поцеловав каждый пальчик, и сжал ее кисти в своих больших ладонях.