Сказка рядом - Рокова Яна

я не знала, как мне не сказать им сейчас что-нибудь совсем не подобающее леди. А они просто не понимали, почему я так себя веду, решив, что у меня помутнение в мозгу. - Вы - не-люди несчастные!!! Никто из вас не знает, что такое старость, когда не гнуться уставшие от физической работы суставы, когда кости чувствуют перемену погоды, когда зрение теряет свою остроту и весь мир становится затянутым мутной серой пленкой, когда дрожат пальцы, не в состоянии вдеть нитку в иголку, когда большинство тех, кого ты знал и любил, с кем вместе рос, покинули этот бренный мир... а когда тебе особенно плохо, ты спрашиваешь своего бога, почему он не берет тебя к себе, а наказывает этой никчёмной жизнью, которую и жизнью уже нельзя назвать - существованием! Когда твоя кожа изрезана морщинами, когда руки не в состоянии удержать чашку с водой, не расплескав... когда от шикарной гривы остается лишь клок седых ломких волос... когда такие жеребцы, как вы, просто ржут над старухой и пинают эти несчастные яблоки, которые она собирала, чтобы получить горсть мелких монет... - я уже увлеклась и городила, что в голову придет. - Была бы молодая, да здоровая, наверняка бы нашлись помощники собрать, да донести, да заодно полюбезничать. И вы еще спрашиваете меня, почему я вам не верю?!! - я смерила поочередно Азеля, хлопающего своими черными ресницами, и Сандриэля, с отвисшей челюстью, уничтожающим взглядом. Волку с Никой так же достался мой красноречивый взгляд, хотя в их Кланах, кажется, уважали седую старость. - Я буду такая же, если доживу! Насколько хватит вашей привязанности, вашей дружбы? Зачем вам я, человечка?!! Валите отсюда и милуйтесь со своими бессмертными подружками, видеть вас не могу...

Бедная старушка не знала, куда деваться, поняв, что жалкая горсть яблок на дне корзины уже не спасет ее финансовое положение, а тут еще какая-то разъяренная фурия, схватив ее под руку, орет на обалдевших от такого неуважения благородных господ магов. А ну, как они сейчас разобидятся, и ей станет еще хуже? За что прогневила она Небеса, что так наказывают ее за грехи?

Старуха разволновалась до сердечной боли. Губы бабки посинели, она приложила руку к левой стороне груди и покачнулась. А в моих глазах уже стояли злые слезы - так мне нас с этой старухой стало жаль, да и вообще обидно за все человечество в целом...

Первой опомнилась Вероника, подлетев ко мне и подхватив бабку под вторую руку. Народ вокруг сначала застыл, обалдев, а потом зароптал.

- Тихо-тихо, не ори, Ань, мы прониклись, - прошипела Ника, нервно косясь на образовавшийся круг критически настроенных индивидуумов, большинство из которых оказалось людьми. Чуть поодаль рынок продолжал жить своей суматошной жизнью, а здесь повисла неловкая пауза.

- Так их! Молодец, деваха! - одобрительно покивал головой какой-то дядька преклонных лет.

- Никогда они с нами не считались, - поддакнула толстая женщина, подхватив какую-то скамеечку, и подошла к нам, чтобы предложить перепуганной до полусмерти старухе присесть.

Народ вокруг воодушевился, соглашаясь со мной и неодобрительно косясь на магов - не-людей.

Кто-то вдохновленный и пристыженный моей пламенной речью в защиту человеческой старости, наклонился, собирая потоптанные местами яблоки. Кто-то пытался сунуть старухе под нос нюхательную соль. Эх, сейчас бы ей таблетку валидола под язык, но где его взять? Да и опять какая-то отсебятина - ни разу не встречала здесь такое лекарство...

Сандриэль стиснул челюсти и подошел к бабке, уже усаженной на скамеечку... По старческим щекам текли скупые слезы, теряясь в морщинах. Она что-то шептала, шевеля ввалившимися губами (потому что и зубов осталось, дай Бог, если половина)...

Я очень редко видела со стороны, как действует эльфийская магия. Правда, когда Натан лечил меня от насморка, я вообще отключилась. Ну, это наверное потому, что он мне нравился сам по себе, а его магия оказалась такой «вкусной»... Вспомнив о том эпизоде, я вспомнила и вчерашнее «бытовое» заклинание и разозлилась с новой силой.

Эльф между тем опустился перед старухой на корточки, поднес руки к ее груди, положив одну ладонь на другую, и поймал ее затравленный взгляд. Старые подслеповатые глаза удивлено распахнулись, и тут же между ладонями и грудью бабульки образовался желтоватый туманный сгусток света. По красивому лицу сосредоточенного эльфа пробежала легкая тень неудовольствия и какой-то брезгливости... В молчаливые «гляделки» Сандриэль со старушкой играли минут десять. Все вокруг напряженно ждали, а что будет дальше?

Бабка вдруг глубоко вздохнула и восхищенно уставилась на парня. Сандриэль убрал руки и слегка потряс ими. А бабка резво ухватила его за руку, словно забыв о боли в пояснице, в сгорбленной под гнетом лет спине, поднялась с лавки и чуть не бухнулась перед ним на колени, рассыпаясь в словах благодарности:

- Господин маг, - сбивчиво причитала она, пытаясь удержать руку эльфа, - за что же... как же это... голубчик ты мой... ведь нечем заплатить... спаситель ты мой, буду молить за тебя всех богов... ведь ни минутки не забывала, где болит... за столько лет, вы гляньте-ка, люди добрые... - бабка обратилась к публике поделиться своей радостью. - Господин маг... касатик - ведь не болит! Видят Небеса - не болит... хоть на часок вспомнить, что это такое, когда не свербит, не ноет, не тянет...

- Если нигде не болит, значит уже умер, - хохотнул какой-то мужик, вызвав улыбки, но бабка не поняла сарказма и продолжала рассыпаться в благодарностях.

Сандриэль, вовсе не желавший быть объектом такого пристального внимания старой человечки, жутко покраснел (до самых кончиков острых ушей) и, наверняка, от души жалел о своем порыве.

Я услышала за спиной голос какой-то девахи:

- Какой хорошенький... так бы и съела...

- Подавишься! Ишь, чего захотела - у них, у магов, знаешь, какие Крали в чести... - отозвался ворчливый женский голос...

Азель хлопнул Сандриэля по плечу:

- Далеко пойдешь, «господин маг», зря ты все же целительство сменил на боевую...

Стоявшие рядом молодые ребята уважительно присвистнули, окидывая оценивающим взглядом остроухого красавчика, который, оказывается, специализировался, как боец, а не как целитель.

Эльфик умоляюще глянул на меня. Я уже слегка остыла, да и не меньше остальных была поражена поступком Сандриэля. Пришлось идти выручать. Я мягко обняла бабку за худенькие сутулые плечи и оторвала ее руки от эльфа:

- Все, все, бабуль, «господин маг» знает, что Вы исполнены благодарности и никаких денег ему не надо, не беспокойтесь - у него сегодня