Среди тысячи слов - Эмма Скотт

– Увидимся завтра вечером, Уиллоу.

– Увидимся завтра вечером, Айзек, – сказала она. – Если ты будешь в списке.

Я подавил смешок, булькающий в груди, и смотрел вслед Уиллоу, пока она не добралась до безопасной улицы. Потом оттолкнулся от стены и вышел из переулка, уходя прочь от театра. Прочь от моего настоящего дома. Это может быть хорошей тренировкой для тех времен, когда я навсегда покину Хармони. Я оставлю позади все дерьмовые воспоминания. Призрака моей матери и ярость отца. Бедность и холод, постоянное желание большего. Я оставлю все это позади и не стану оборачиваться.

И от нее я тоже уйду.

Готовясь утром в понедельник к школе, я остановилась прочитать уже в сотый раз электронное письмо на телефоне, полученное в субботу утром.

Дата: 28 января

Re: Гамлет, окончательно утвержденный состав

Мои поздравления, и спасибо Вам за то, что стали частью постановки «Гамлета» Шекспира в Общественном театре Хармони. Вы можете увидеть расписание репетиций под списком, и дайте знать помощнику режиссера Ребекке Миллз или Фрэнку Дариану, оформителю сцены, если у Вас возникнут проблемы, и Вы больше не сможете участвовать в спектакле.

Спасибо. Я жду не дождусь, когда мы сможем вместе творить магию на сцене!

Гамлет: Айзек Пирс

Гертруда: Лоррен Эмбри

Клавдий: Лен Хостетлер

Полоний: Мартин Форд

Офелия: Уиллоу Холлоуэй

Лаэрт: Джастин Бейкер

Список имен и ролей продолжался, но мой взгляд постоянно метался обратно к Офелии и моем имени напротив.

– Черт побери.

Потрясение снова и снова било по мне, в то время как, с другой стороны, во мне горел огонек гордости. Я была довольна прослушиванием и рада, что не опозорилась во время повторных вызовов, но все еще не думала, что получу роль. Теперь добросердечный Мартин Форд доверил мне небольшую, но важную роль в самой знаменитой пьесе Шекспира. Пьесе, которую мы исполним перед всем проклятым городом.

– И школой, – пробормотала я. – Они придут посмотреть на Айзека…

Мой взгляд нашел имя Айзека в списке напротив Гамлета. Конечно же, он будет играть Гамлета.

А я играла Офелию?

Черт. О чем, черт возьми, ты думала?

Это было чересчур. Айзек гений, заслуживающий играть рядом с другим настоящим талантом. А Мартин Форд – хороший человек, просто пытающийся поставить хорошую пьесу. Я была безнадежным любителем, который прошел прослушивание, просто чтобы попробовать облегчить свою испорченную жизнь.

Я поражалась своей глупости. Потом взгляд упал на комок одеял на полу рядом с нетронутой кроватью. Я провела еще одну практически бессонную ночь, просыпаясь и засыпая, попадая в сны, где тень давила на меня, выбивая воздух из моего тела. На моей руке все еще чернели «X», написанные перманентным маркером.

«Бездействие не сработало. Мне нужно попробовать что-то другое».

– Я получила роль, разве не так? – сказала я одеялу. – Я могу это сделать.

«Мне нужно просто рассказать историю».

Я засунула телефон в сумку и вышла.

* * *

На уроке английского мистера Полсона я заняла старую парту Айзека. Я сказала себе, что просто хочу сидеть напротив Энджи. В действительности мне не нравилось видеть ее пустой. Не нравилось ежедневное напоминание о том, как система подвела Айзека. Буквально выкинула его отсюда.

– Я получила роль, – сказала я, садясь на место.

Энджи резко подняла голову и убрала хаос черных кудрей с глаз. Сегодня на ее толстовке была надпись «Я люблю марафоны… на „Нетфликс“».

– Ты серьезно? – спросила она. – Роль Офелии? И говоришь мне только сейчас?

– Не надо так громко, – прошипела я, озираясь по сторонам. Другие ученики либо склонили головы, болтая, либо опустили их на парты. Мистер Полсон был занят уборкой своего стола. Никто на нас не смотрел.

– Когда тебе сообщили?

– В субботу, – я вытащила телефон и нашла электронное письмо.

– В субботу? – она чуть ли не кричала. – По стандартам Времени Энджи два дня все равно что два месяца. В этой штуке, которую ты держишь, есть классная функция «писать сообщения». Тебе стоит попробовать.

– Я не была уверена, что справлюсь, – ответила я и отдала Энджи телефон. – Безумие, да? Не знаю, что творю.

Энджи провернула пальцем список, и широкая улыбка медленно расползлась по ее лицу.

– Посмотри-ка, мисс Крутая Девчонка, будешь играть бок о бок с великим Айзеком Пирсом.

– Т-с-с, ничего не говори. Не здесь. Мне в последнюю очередь надо, чтобы все решили, что я следую за ним по пятам, как идиотка.

– Почему они могут так решить?

– Ты так решила.

– Признаю вину, – она постучала пальцем по зубам. – Так зачем ты это делаешь? Я не пытаюсь усложнить тебе жизнь, я честно хочу знать.

Я собиралась отбиться от ее вопроса какой-то чушью. Вместо этого я пожала плечами и опустила взгляд.

– Я прошла… через сложное время прошлым летом, и мне нужны перемены.

Кругловатое, открытое лицо Энджи смягчилось от беспокойства.

– Перемены в связи с чем?

«В связи с тем, чем я стала».

– Ничем, просто перемены. Новое начало. Раз мы переехали, я считаю, сейчас самое время попробовать что-то новенькое.

Энджи медленно кивнула, глядя на меня темными теплыми глазами. Потом она ослепительно улыбнулась и снова вернулась к списку актеров.

– Я горжусь тобой. И обещаю, что лишь лучшие будут об этом знать, но глянь-ка сюда, – она повернула телефон ко мне и обратила мое внимание на имя Джастина Бейкера. – Твой старший брат Лаэрт сидит прямо там.

Она кивнула на светловолосого парня в первом ряду. Он сидел, повернувшись к нам профилем, и разговаривал с Джессикой Ройс, одной из куколок. Джастин был необычайно красивый, высокий, с телосложением бейсбольного игрока, в дорогих джинсах и туфлях. Тот типаж, который старая я заметила бы сразу, лишь войдя в класс, а не недели спустя. Та Уиллоу села бы как можно ближе к нему и спросила про домашнее задание, даже если уже записала бы его.

Он наклонился, чтобы что-то сказать Джессике, а затем оба повернулись и взглянули на меня. Я быстро отвела взгляд.

– Расслабься, – заметила Энджи. – С чего вдруг кто-то решит, что ты проходила прослушивание просто из-за Айзека? По такой логике и Джастин мог поступить так же, – она широко улыбнулась. – Если кто-то спросит, скажи им, что сделала это ради дополнительных баллов мистера Полсона.