Дежавю - Дарья Дияр

class="p1">Руслан снова начал звонить, как только таксист высадил меня перед воротами общежития, но я была не готова с ним разговаривать. Да и что я ему могла сказать? Мы не были парой, но после случившегося в кабинете Тимура я все равно чувствовала себя той еще дрянью.

– Ты ему в верности не клялась, – напомнила мне Ника, и я невольно улыбнулась ее способности так легко считывать мои мысли.

– Это все равно нечестно по отношению к Руслану, – я потерла лоб. – Он старается, реально старается делать все, чтобы у нас получилось. А я…

– Ты переоцениваешь его заслуги, – фыркнула Ника. – Что он особо сделал, кроме того, что несколько недель не настаивал на сексе? Подарил тебе парочку букетов с ненавистными цветами? Готова лично вернуть ему деньги.

– Он с уважением отнесся к моему желанию подождать. Разве этого мало? Да, он не запомнил про ирисы, но ведь это все мелочи. Руслан хороший парень и не заслужил подобного отношения. Может, технически это и не считается изменой, но по факту…

– Ну, тогда продолжай терзать себя чувством вины, – Ника закатила глаза. – Лучше скажи, что думаешь делать с Астаховым?

– Для начала я планирую больше никогда даже не прикасаться к алкоголю в стенах университета. У меня и без того эмоции зашкаливают эти три недели, и нервы сдают, – я зарылась пальцами в волосы. – Мне нельзя было идти к нему в кабинет. Все было бы хорошо, если бы эта психичка из деканата не отправила меня к нему. Я бы сходила на свидание с Русланом, обсудила с ним наши отношения и…

– Ну переспала бы ты с ним сегодня, – Ника вдруг вскочила со своего места. – Разве это бы что-то изменило?

– О чем ты?

– Слав, ты ведь влюблена в Астахова, – подруга подошла ближе и присела на мою кровать. – Поговори с ним.

– Ты думаешь, я не хочу этого? Думаешь, мне легко каждый раз отказывать ему в разговоре?

– Нет, – подруга вздохнула, залезла с ногами на кровать и положила голову мне на плечо. – Я знаю, как ты боишься снова обжечься. Просто… ты не допускала мысли, что тебе самой станет чуть легче, если он все объяснит?

– Допускала, конечно, – призналась я. – Но не после всей этой истории с Инной. Я как представлю, что он целовал ее так же, как меня. Более того, в тот же самый день! Касался ее так, как сегодня касался меня… Нет, я не могу. Наверное стоило выслушать его в первый раз, когда он только вернулся. Теперь уже поздно.

Ника вздохнула.

– Знаешь, никогда бы не подумала, что он такой кобель. Отказала одна, сразу же нашел замену. Ладно это… но ведь он и тебя, судя по всему, все еще не вычеркнул из списка своих жертв, – Ника замолчала, и комната на несколько минут погрузилась в тишину. – Слав?

– Мм?

– Скажи мне честно. Ты испытываешь к Коршунову хоть десятую часть того, что к Астахову?

– Нет, – мне даже не требовалось время на раздумья. – Но только потому, что я так и не смогла закрыть для себя тему Астахова. Именно поэтому мне нужно согласиться на отношения с Русланом. А еще, сделать так, чтобы он стал моим… первым. По той же причине мне нельзя слушать никакие объяснения Тимура – все это должно остаться в прошлом.

– Слав…

– Я больше не хочу его любить. У нас с Тимуром нет будущего. И не из-за прошлого, а потому что он чертов лживый засранец, который вешает мне на уши всякий бред, а потом трахает другую, – я чувствовала, как снова начинаю закипать от злости и треклятой ревности. – Даже если он провел те шестнадцать месяцев на секретном объекте или был похищен гребаными инопланетянами… я никогда не прощу ему Захарову. Никогда.

Ника пересела так, чтобы видеть мое лицо.

– Понимаешь, тут речь не про какие-то отношения до меня, – я отчаянно старалась подобрать верные слова. – Я бы никогда не упрекнула его за то, что было до его возвращения. Тогда на набережной… он сказал мне, что не отпустит. И наш поцелуй… Господи, как мне хотелось ему поверить! Потом я провела несколько часов с Русланом, и за них в общей сложности не набралось и толики того, что я почувствовала за несколько минут с Тимуром. Я могла сколько угодно убеждать себя в обратном, но если бы не тот злополучный разговор с Инной, то я бы выслушала Тимура. Во многом потому, что я все та же влюбленная дура.

– Вряд ли найдется хоть один человек, презирающий Астахова больше, чем я, – произнесла Ника и сжала мою руку. – За всю боль, что он тебе причинил, я бы отрезала ему член. Если бы это не было так мерзко и не запрещалось уголовным кодексом.

Я хихикнула от ее кровожадности.

– Ты знаешь, я всегда на твоей стороне, – продолжала подруга, и я кивнула. – Но даже я, при всей своей ненависти к этому мудаку, считаю, что тебе нужно с ним поговорить. Хотя бы ради того, чтобы поставить во всем этом жирную точку. Потому что сейчас, Слав, все это больше походит на многоточие. Вы оба словно бегаете по кругу.

«Хватит бегать от меня»

Голос Тимура проник в сознание, воскрешая в памяти случившееся в кабинете. Боже мой. Никто и никогда не касался меня… так. Никто не вызывал во мне столько противоречивых чувств. Только ему было достаточно произнести мое имя, чтобы я вся покрылась мурашками.

Что же будет, если я перестану от него убегать?

«Ты моя мечта»

Я помнила, как он прошептал мне на ухо эти слова. В тот момент я уже была не в состоянии думать, но сейчас…

– Мира, я понимаю твои чувства насчет Захаровой. Правда. Не хотела бы я говорить, что это могло быть разовой акцией и его огромной ошибкой, потому что за ним и так много прегрешений. Но что, если так и есть? Ты и сама сегодня убедилась, как легко может снести крышу.

– Он ни разу не осадил ее на парах, когда она откровенно и при всех с ним флиртовала. Ни разу. И то, как они общаются в перерывах… Ни за что не поверю, что они спали только раз.

– А я не предлагаю тебе кинуться в его объятия. Только выслушать то, что он так хочет тебе рассказать, и поговорить. Ну знаешь, как взрослые люди. Клянусь, вы оба ведете себя как подростки.

Мне не хотелось этого признавать, но Ника была права. Сделав глубокий вздох, я кивнула.

– В понедельник, – сказала я. – Я поговорю