Правда или борода - Пенни Рид

Видите? Я очень даже тактичный, когда надо.

– Послушай, тебе говорят!

– Выход там же, где вход. – Я махнул в направлении задней двери и повернулся к карбюратору, лежавшему на освещенном столе.

– Нельзя говорить «нет» деньгам, парень, – повысил голос Грязный Дейв.

– Я говорю «нет» всему, связанному с «Железными призраками», – я равнодушно пожал плечами, зная, что Репо с Дейвом привыкли повсюду видеть страх и внушать трепет.

«Железные призраки» – это не шутка, президентом клуба там криминальный гений и конченый отморозок, и «бойцы» ему под стать. Но я никогда не мог ощутить в себе ни малейшего трепета, когда речь заходила об этих засранцах, даже самых опасных.

– Это почему? – осведомился Репо. Боковым зрением я видел, как они с Дейвом двинулись ко мне справа.

– Потому что все, что вы делаете, незаконно.

– И че? Ты гоняешь по Каньону, так? Ходят слухи, что ты там самый безбашенный и гребешь деньги лопатой! Это тоже ни хрена не законно!

– Гонки ради легких денег – это одно, а связываться с вами – другое. Я не мой папаша, я не зарабатываю на несчастье других.

– А как насчет заработать деньжат, чтобы спасти свою семью?

У меня по спине пробежал мороз. Я невольно выпрямился и вопросительно поглядел сперва на Репо, затем на Дейва. Грязный Дейв грязно улыбнулся мне.

– Это что, угроза?

– Нет, – сказал Репо.

– Да, блин! – ответил Дейв.

Репо вмешался, прежде чем я успел послать их куда подальше еще раз.

– Молчи и слушай. Мы не собираемся никому делать бо-бо, но если ты хочешь, чтобы никто из твоих не попал за решетку, дослушай, что я скажу.

– В смысле – за решетку? Это ты сейчас о чем?

– О Джетро, – пояснил Грязный Дейв.

Брови у меня сошлись на переносице:

– На эту туфту я не куплюсь, Джетро порвал с вами несколько лет назад.

– Да, но до этого он угнал для нас много машин, – мечтательно протянул Грязный Дейв.

– И что? – огрызнулся я. – Вы его заложите, что ли? Так вы и себя утопите!

– Парень, разве я не велел молча слушать? – отрывисто сказал Репо, и в его голосе прорвалось раздражение, что было редкостью.

Я всплеснул руками и прислонился к столу, понимая, что позволить байкерам высказаться – единственный способ от них избавиться.

– Прекрасно. Валяйте.

– Значит, твоя мама… – Репо замолчал – видимо, у меня сверкнули глаза – и снова примирительно выставил руки: – Я не пытаюсь оскорбить твою маму, парень, просто говорю, что она умерла месяц назад, упокой Господь ее душу.

Я проглотил комок в горле, невольно вспомнив последние дни маминой жизни. Рак все-таки забрал ее у нас. А мне так не хватало ее доброты, ласки… Я с трудом подавил неожиданно нахлынувшую острую тоску, зная, что сейчас, в присутствии этих болванов, не время для этих воспоминаний.

– Репо, знаешь, я в курсе.

– Из уважения к вашей скорби мы вас не трогали целый месяц. Хорошая она была женщина.

– Мне твое мнение фиолетово, – процедил я сквозь зубы. Пусть лучше Репо заканчивает болтать языком.

– О’кей, о’кей, но тут такое дело: Брик и Мортар, два брата из «Железных призраков», ареста которых добилась твоя сестра после похорон вашей мамы…

Я перебил:

– Их арестовали, когда они попытались похитить Эшли и Билли прямо с похорон.

– Да Брик и Мортар поехали, только чтобы вашему папке помочь, потому что мамаша ваша хитростью лишила его денег. – Грязный Дейв наставил на меня указательный палец. Мне захотелось отрезать этот палец плоскогубцами для толстой проволоки.

– Эти деньги никогда не принадлежали Даррелу Уинстону.

– Даррел – твой папа, парень. Он прожил с твоей мамой много лет и воспитал семерых детей. Это, знаешь ли, прилично, чтобы ожидать себе справедливой доли. И тут бойфренд твоей сестры, этот долбаный лесник…

– Дрю Ранус не бойфренд Эшли и не лесник. Он егерь.

– Да хоть заяц, без разницы. И тут вмешивается этот Дрю Ранус и заставляет вашу маму переписать капитал на него. Разве можно винить твоего папку в том, что он попытался взять свое?

Я скрипнул зубами, готовый взорваться. Версия Грязного Дэйва была очень далека от истины.

Правда заключалась в том, что мой папка, Даррел Уинстон, – никудышный, испорченный сукин сын. Помимо того что он член банды «Железные призраки», он еще проходимец и скот. Он женился на маме, когда ей было шестнадцать лет, потому что она из богатой семьи. Он бил ее и изменял, а когда мама пыталась с ним развестись, он шантажировал ее.

Наконец она перехитрила Даррела, добившись раздельного проживания, а затем продала свое имущество – фамильный дом со всей обстановкой – другу семьи Дрю Ранусу за тысячу долларов, формально уведя состояние из рук нашего папаши. Еще она переписала на Дрю все свои банковские счета и наши трастовые фонды.

Даррел бесился, но ничего не мог поделать, потому что мама уже умерла, когда он обо всем узнал. Не придумав ничего получше, он приперся на мамины похороны с двумя братками, Бриком и Мортаром, и попытался похитить Эшли и Билли и требовать за них выкуп.

К счастью, папашу и его подельников задержали – правда, Эшли успела прострелить ногу одному из них. Теперь все трое – Даррел, Брик и Мортар – ждут суда и, надеюсь, получат приличный срок.

– Так, а при чем здесь Брик и Мортар, которые пытались похитить моего брата и сестру? К нам-то вы чего приперлись?

– Дуэйн, да ведь Брик и Мортар были нашими механиками! Без них мы как без рук, а у вас вон мастерская имеется. – Грязный Дейв оглядел гараж.

– И что? Моцы свои чинить приехали?

– Нет, сынок. Тебе, может, и против шерсти, но папка твой – один из нас, а значит, и ты тоже. Ты нам должен. Брик и Мортар для нас дела делали.

Я, моргая, смотрел на Репо, потому что ни черта не понимал.

Увидев, что я не догоняю, он раздраженно фыркнул, но тут же объяснился:

– Тачки они разбирали, у них тоже мастерская была. Брали наш краденый товар и превращали его в транспортабельный.

– А теперь ты с твоим братцем Бо будешь вместо Брика и Мортара, – соединил последние точки Грязный Дейв, хотя картина, нарисованная Репо, и так была предельно ясной.

У меня вырвался недоверчивый звук, выдавший еще и отвращение, и я отрезал:

– Черта с два.

– Черта с два ты откажешься, парень.

– Я на вас не работаю. И прекрати называть меня «парень». – Еще секунды три, и я бы зарядил Грязному Дейву в челюсть.

Репо, видимо, почувствовал, что терпение у меня кончилось, потому что шагнул вперед, оказавшись между Дейвом и мной.