Формула любви для Золушки - Елизавета Красильникова

конечно, завоевания Вадима) — она отправилась гулять по Риму. Пешком, метр за метром исследуя эту незнакомую и чудесную страну, этот почти сказочный город с его улочками и площадями, фонтанами, магазинчиками, ресторанами и витринами… Но больше всего поразили Сашу люди. Они коренным образом отличались от апатичных, вечно спешащих москвичей, с их отсутствием эмоций и сосредоточенностью на себе самих. Итальянцы показались Саше весьма живыми горожанами. Поначалу ее немного раздражало обилие мелькающих рук и громкой, быстрой и непонятной речи. Однако чересчур темпераментные жители Рима привлекали Сашу своей непосредственностью и открытостью. А сколько восхищенных мужских взглядов она на себе поймала!

Пересекая Тибр по широким магистральным мостам и живописным мостикам в стиле барокко, Саша оказывалась то на одной его стороне, то на другой. Устав немного от бесцельного шатания, она села на какой-то автобус и вышла через несколько остановок. Практически не опуская вниз головы, широко открытыми глазами поглощая красоты неведомого Рима, Саша брела, куда эти самые глаза смотрели. Неожиданно и с особым удовольствием она обнаружила, что вышла на площадь Боргезе, поразившую ее обилием разнообразных картин и эстампов. Совершенно не искушенная в искусстве купли-продажи на уличных ярмарках, но зато кое-что понимающая в настоящем искусстве, Саша купила-таки несколько римских акварелей, заплатив за них невероятную цену.

«Теперь повешу их дома на стену, и будет у меня как у Вадима в кабинете!» — думала Саша, довольная своим приобретением, бережно неся под мышкой завернутые в серую бумагу картины.

Затем она оказалась на знаменитой площади Рима — Треви. В конце концов, почувствовав страшную усталость в ногах, она нашла свободное местечко на одной из скамеек, окружающих монументальное сооружение, напоминающее половину ротонды, наверху которой красовалась загадочная надпись: «Benedictus XIV». Внизу находился прекрасный фонтан: огромная морская раковина являлась величественным троном для Нептуна (по крайней мере так определила Саша), по ступеням, от раковины, струились потоки воды, а вокруг то выстреливали вверх, то исчезали под землей струйки фонтанов.

Практически вся площадь была оккупирована местными голубями, которые тоже отличались от московских: хвосты у них были попушистее, да и расцветка, если приглядеться, была несколько иной. По каменному полу весело бегали ребятишки, такие чистенькие и аккуратные, что казалось, будто они не умеют пачкать одежду и вообще доставлять неприятности своим мамашам.

Саша сидела, подставив лицо ласковым лучам осеннего солнца, и была почти счастлива. Да, да! Счастлива. Она все еще вместе со своим любимым. Все еще в Италии. Они работают. Он ею вполне доволен, сам так и сказал: «Вы, Александра, не перестаете меня радовать. Если бы не вы, не знаю, чем бы закончился первый этап переговоров». Конечно, он сильно преувеличивал, но тот факт, что он ее оценил (а значит, заметил), отрицать нельзя. А потом он зачем-то спросил ее об Энрике, понравился ли тот Саше. И когда она ответила, что он очень приятный молодой человек и ей было с ним весело и хорошо, Вадим вдруг помрачнел и перестал с ней разговаривать.

Затем Саше вспомнилась Виолетта, как она цеплялась за руку Вадима, как заглядывала в его глаза у всех на виду. И снова Саше стало до боли обидно, что не она, а эта непонятно откуда взявшаяся на ее пути Мадам обнимает и ласкает ее Принца. А ей, Саше, достаются только «вполне симпатичные», но совершенно не интересующие ее юнцы вроде Энрике.

«Кстати, раз уж другого времяпрепровождения на сегодня у меня не предвидится, то почему бы не покататься с Энрике по городу. А то ноги уже скоро просто отвалятся», — решила Саша и тут же набрала номер своего нового приятеля. Энрике с радостью откликнулся на ее предложение, предупредив Сашу, чтобы она никуда не уходила со своего места и что он сам найдет ее там через пятнадцать минут.

«Отлично, можно еще успеть пробежаться по магазинчикам. Вон там такая красивая вывеска…» И Саша, встав со скамейки, направилась к ближайшему бутику модной одежды. Подойдя к дверям и готовясь войти внутрь, Саша вдруг столкнулась нос к носу с Виолеттой. Мадам в обеих руках держала по нескольку пакетов с покупками. Увидев Сашу, она округлила глаза и присвистнула:

— Вот так сюрприз! Неужели Вадим платит своим работникам столько, что они могут позволить покупать себе «Валентино»?

Тут до Саши наконец-то дошло значение иностранных слов на вывеске магазина, и она немного стушевалась.

— Просто я жду одного человека и решила скоротать время. За просмотр ведь денег не берут, — ответила она Виолетте, делая шаг назад, на улицу.

За ней, как большая нагруженная баржа, выплыла Виолетта, загородив своими сумками весь тротуар.

— Так, понятно… И что же за человека ты ждешь, если не секрет? Не Вадима, случайно? Напрасно тратишь время. Я как раз иду к нему отчитаться по его кредитке. — Виолетта качнула своими сумками. — Кстати, здесь можно приобрести очень миленькое нижнее белье, рекомендую!

И она, не дав Саше ничего ответить, гордо развернулась и, покачивая бедрами, пошла к дороге ловить такси.

«Боже мой! Что я здесь делаю? Зачем все эти глупые мечты?! — чуть нс плача от обиды, думала Саша, возвращаясь на свою скамейку. — Скорее бы закончилась эта проклятая неделя! Скорее бы вернуться домой! Не могу так, уволюсь. Не хочу больше видеть его и знать, что он полностью принадлежит другой. Не хочу!»

Саша опустила голову на колени и закрыла лицо руками. В тот же миг исчезли солнечный свет и блики фонтана, прекратился гул автомобилей, умолкли веселые детские голоса, куда-то улетели все голуби. И в этой пустоте Саша была совсем одна. Ей стало сначала больно-больно от своего одиночества, а потом боль начала понемногу уходить. Наступили спокойствие и легкость. Пусть все будет так, как будет. Она как-нибудь уж доработает эти дни, выполнит свои обязательства перед фирмой, а после… А после вновь станет свободной как птица, сбросит с себя непосильный груз неразделенной любви и улетит далеко-далеко искать свое счастье. И обязательно его найдет!

— Алекс? Что с тобой? — донеслось до Саши.

Она подняла голову и увидела перед собой белые розы.

— Я еще раз хочу принести свои извинения за тот инцидент, — начал Энрике, садясь рядом с ней на скамейку. — Розы ведь не пачкают одежду… Мой отец возместит тебе ущерб. Какой номер твоего счета?

— Энрике, так быстро? — произнесла Саша, с трудом возвращаясь из своей раковины. — Какой еще ущерб … Ничего мне не надо. Да и счета у меня никакого нет… Знаешь, лучше отвези меня в отель — что-то голова сильно разболелась. Извини. — Саша попыталась улыбнуться.

— Как скажешь. — Молодой человек