Улица роз - Дебби Макомбер

— Ты провела в нашей фирме полгода.

— Неужели так долго?

Создавалось впечатление, что Дженис всегда была частью рабочего коллектива фирмы. К ней хорошо относились, и она прекрасно сошлась с остальными работниками. Дженис не торопилась убежать домой, когда заканчивался рабочий день. Зак оценил ее стремление сделать все, чтобы клиенты чувствовали себя желанными.

— Как ты знаешь, мы рассматриваем работу служащих дважды в год.

— Есть сфера, в которой мне стоит улучшить свои успехи? — поинтересовалась Дженис, зажав стиснутые ладони между колен.

Если такая и существовала, то Зак не знал о ней. Дженис была идеальным работником.

— Нет-нет, ты проделала превосходную работу.

— Спасибо. — Ее глаза засияли от похвалы. — Мне и радость приходить сюда ежедневно. Я люблю свою работу.

Приходя на работу, она тем самым доставляла удовольствие и Заку. Кроме всего прочего Дженис была очень организованной. На ее столе всегда был порядок, и его встречи протекали с точностью часового механизма. Когда он приезжал в офис по утрам, Дженис была уже там и приветствовала его с готовым кофе и почтой. И это так разительно контрастировало с его домашней жизнью! У Рози было так много общественной работы, что она частенько оставляла посуду после еды на столе или в раковине на ночь. Дом пребывал в беспорядке, и даже самые обычные дела, казалось, никогда не завершаются. Но Рози была его женой, и он любил ее.

— Я пригласил тебя сюда, чтобы обговорить повышение зарплаты. На десять процентов, — обратился к Дженис Зак. — Мои партнеры согласны с этим.

— Десять процентов? — повторила она, будто не поняла. — После шести месяцев?

— Если мы хотим сохранить хороших работников, то необходимо в достаточной мере вознаграждать их. Нам нравится твоя работа в фирме «Смит, Кокс и Джефферсон». И мы надеемся, что ты станешь членом нашей команды на многие годы.

— Я и сама очень этого хочу.

Больше Заку нечего было добавить. Он встал, и его движение повторила Дженис. После чего они вместе прошли до двери его кабинета.

— Я даже не знаю, как вас благодарить, — проговорила Дженис.

— Это я должен тебя благодарить.

— Прибавка на десять процентов, — взволнованно повторила она, прикрывая рот обеими руками. — Это просто превосходно.

До того как Зак успел отреагировать, Дженис обняла его за шею. Поняв, что сделала, она покраснела и торопливо ушла. Зак счел, что это просто импульсивный жест от сердечной, щедрой на эмоции женщины. Но это короткое объятие доставило ему удовольствие, и Зак понял, что уже несколько минут продолжает улыбаться.

В пять тридцать, когда официально рабочий день был окончен, Зак остался, чтобы доделать кое-какую бумажную работу. Теперь он не торопился бежать домой. Рози, как всегда, занята тем или иным волонтерским проектом, а Элисон и Эдди проводят время с друзьями. Дженис как раз отключала компьютер, когда в шесть часов Зак прошел мимо нее к выходу.

— Я и не знал, что ты до сих пор здесь, — проговорил он, бросая взгляд на часы.

— Хотела в последний раз проверить цифры до того, как отправлю отчет по компании Мюллена.

Зак с улыбкой посмотрел на нее. Именно за это внимание к деталям он повысил Дженис зарплату.

— Спокойной ночи, Дженис.

— Спокойной ночи, мистер Кокс. И еще раз спасибо вам.

Когда Зак свернул с Лайтхауз-Роуд и направился к Пеликан-Корт, улыбка покинула его. Вряд ли Рози приготовила ужин. Куда вероятнее, жена готовилась к какому-то мероприятию вне дома. Кажется, она никогда не планировала свое время заранее и в результате металась в панике и кидала на стол все, что может сойти за ужин: какие-нибудь полуфабрикаты, купленные в магазине, — то, что можно сделать на скорую руку и без особого усилия. Иногда на ужин Рози приносила что-то из кулинарии. А Зак ненавидел китайскую еду, которая простояла на витрине весь вечер. Жареный цыпленок из магазина не так уж и плох, но он устал от цыплят так же, как и от пиццы.

Зак припарковался в гараже и, входя в кухню, ослабил галстук.

— Ты поздно, — сказала Рози, торопливо ставя приборы на стол. — Ужин готов.

— А что у нас сегодня?

Рози взяла контейнер из мусорного ведра и вслух прочитала название:

— Лазанья.

— На этот раз она полностью готова?

Последний полуфабрикат, который подала на ужин его жена, оказался наполовину замороженным.

— Должно быть. Я продержала ее в микроволновке двадцать минут. — А затем без паузы она повернула голову и крикнула детям: — Ужинать!

— Ты собираешься уходить?

— Я говорила утром, что сегодня собрание книжного клуба.

— Ты прочитала книгу?

— А где найти время? Но я хочу послушать, что скажут остальные. — В ее голосе звучала решительность, будто она осуждала мужа за то, что он спрашивает о ее деятельности.

Зак взял почту и перебрал ее. Он остановился на распечатке счета кредитной карты VISA за прошлый месяц и открыл конверт. Обнаружив счет на триста долларов из цветочного магазина, он поспешил спросить жену.

— Ах да, забыла тебе сказать. Я использовала карточку, чтобы купить цветы для дамского завтрака в больнице.

— Три сотни за цветы?

— Комитет возместит затраты.

— Когда?

— Не говори со мной таким тоном, Зак, — резко проговорила Рози. — Уверена, что до конца недели чек уже будет у меня.

— Эта карточка только для экстренных случаев.

Рози посмотрела на мужа, уперев руки в бедра.

— Это и был экстренный случай. Женщина доставила букеты для банкета, а казначей еще не прибыл. Ей нужно было заплатить. Уверена, что даже ты можешь понять это!

— Так, значит, ты вызвалась добровольно? — Зак никак не мог понять, почему именно его жена должна спасать мир.

— Кто-то же должен был это сделать. Почему ты так недоволен?

— Потому что этот инцидент не первый, — ответил Зак. — Я устал от ужинов, которые ты готовишь на скорую руку, потому что торопишься в какое-то другое место. Я сыт по горло тем, что ты каждый вечер выбегаешь за дверь, устал от постоянного беспорядка в доме.

Глаза Рози наполнились слезами, и щеки стали пунцовыми.

— Ты не ценишь того, что я делаю!

— А что ты делаешь? — Зак испытующе посмотрел на жену. — Скажи-ка мне, что именно ты делаешь целыми днями? Кроме того, что бегаешь с одного неоплачиваемого мероприятия на другое? А в это время твоя семья ест мусор. В доме беспорядок, и я за всю неделю ни разу не видел тебя дольше десяти минут.

— Ты намекаешь, что я больше забочусь о своих комиссиях, чем о семье?