Машина любви - Райан Кендалл

— Извини. Ты сам спросил.

Я притягиваю ее к себе, шепча на ухо: — Ты поплатишься за это замечание.

— Обещаешь? — Ее голос уже стал хриплым.

Я целую ее, и Китон с готовностью отвечает, обвивая руками мою шею, чтобы притянуть меня ближе, чтобы заставить меня дать ей больше… жестче… горячее. Наши языки сплетаются в страстном танце, мы тихо постанываем от удовольствия и предвкушения.

Мы едва можем оторваться друг от друга на время, достаточное, чтобы добраться до спальни.

Глава одиннадцатая

КИТОН

— Хочешь, я сниму очки?

Мы уже растянулись на его кровати, когда этот вопрос сам собой срывается с моих губ.

Слейт не перестает целовать мою шею. Его губы все еще скользят по чувствительной коже вдоль челюсти, пока он бормочет: — А это имеет значение?

— Не знаю, — смеюсь я. — Просто интересно, как тебе больше нравится.

Я вспоминаю парней из колледжа, которых всегда жутко волновало, останусь ли я в очках во время секса. «Они не мешают?» — спрашивали они с таким видом, будто их и правда заботил мой личный комфорт. Или придурки-энтузиасты, твердо настаивавшие, чтобы я их не снимала. «Ты похожа на сексуальную библиотекаршу», — говорили они с остекленевшим взглядом, погружаясь в какую-то свою странную фантазию, которой наслаждались в одиночку. Или, что еще хуже, мой бывший, который считал, что снять очки — это единственная необходимая прелюдия.

Мой безумный поток мыслей резко обрывается, когда Слейт берет мое лицо в свои большие мужественные ладони. Осыпая невесомыми поцелуями мои скулы, линию роста волос и губы, он шепчет: — В очках или без — мне все равно. Я хочу тебя прямо сейчас.

От уверенности в его голосе по моей спине пробегают мурашки удовольствия. Это та сторона Слейта, которую я еще не видела. Сейчас я вообще многие его стороны открываю для себя впервые — взять хотя бы ту редкую минутную серьезность за ужином. Я чувствовала, что его что-то гложет. Надеюсь, мне удалось утихомирить бурю, собиравшуюся за этим нахмуренным лбом. Раньше мне казалось, будто я знаю его вдоль и поперек, но чем больше времени я с ним провожу, тем большей загадкой он для меня становится.

К счастью, в ощущениях от кончика его языка, выводящего нежные линии по верху моей груди, нет абсолютно ничего загадочного. Слейт расстегнул мою блузку, обнажив ложбинку между грудей, которой он так наслаждается. Моя грудь вздымается и опускается с каждым прерывистым вздохом; я не могу не возбуждаться от его нежных прикосновений. У меня всегда была очень чувствительная грудь, поэтому от каждого вздоха и легкого прикосновения его губ у меня кружится голова. Я непроизвольно подаюсь бедрами, мое тело само тянется к нему, желая большего контакта.

Он устраивается сверху, и я чувствую, как его эрекция упирается мне в бедро. Но, как и в тот раз, когда мы впервые целовались на моей кровати, он выкладывается на все сто. Проще говоря, он сводит меня с ума от желания, и я даже не уверена, что он сам это понимает.

Когда я издаю тихий стон, в безупречном самообладании Слейта что-то надламывается.

Все становится горячее, быстрее. Наши пальцы лихорадочно расстегивают пуговицы — и на чужой одежде, и на своей, — стремясь обнажить как можно больше кожи, по которой можно пройтись зубами и губами в мучительном поиске самых чувствительных мест.

Мои места он находит без особого труда, ведя кончиком носа по атласу бюстгальтера. Под тканью мой сосок полностью затвердел, замерев в ожидании прикосновения Слейта. Я прогибаю спину, и он тут же считывает этот намек: одной рукой расстегивает бюстгальтер, а другой крепко сжимает мою грудь. Его руки такие приятные, такие… правильные. Я невольно гадаю, каково будет ощутить все остальное его тело. Сердце бешено колотится от волнения. Интересно, чувствует ли он это своими пальцами?

Лямки бюстгальтера легко соскальзывают с моих плеч, и мы вместе отбрасываем его в сторону. Я тяну за его рубашку, пока мы оба не оказываемся обнаженными по пояс, жадно разглядывая голые торсы друг друга. Слейт, мягко говоря, в отличной форме. Его худощавое тело рельефно — сюрприз для меня, его главного напарника по бранч-марафонам.

Я провожу пальцами по широким плечам, груди и прессу, наслаждаясь упругими мышцами. Я никогда раньше этого не делала, никогда не изучала его тело так подробно и получаю от этого больше удовольствия, чем могла себе представить.

Тем временем Слейт пожирает глазами мою грудь. Она полная и тяжелая, с розовыми сосками, которые так и ждут, чтобы их коснулся кто-то столь же умелый, как Слейт. Он наклоняется и нежно касается губами моей правой груди.

— Пожалуйста, Слейт, — стону я, едва узнавая собственный голос, настолько отчаянно он звучит.

— Да, малышка. — В ответ его губы обхватывают мою грудь, и он мягко втягивает сосок в рот.

Я готова кричать от удовольствия, пока его язык описывает вокруг него плавные круги. Слейт стонет в ответ на мой энтузиазм и крепко обнимает меня. Он целует ложбинку между грудей, чтобы уделить внимание второму соску.

Сейчас меня волнует не столько справедливость, сколько желание поскорее стянуть с него штаны и зажать эту идеальную задницу между своими голыми бедрами. Я подталкиваю его вверх, и, похоже, мы на одной волне, потому что оба начинаем срывать с себя остатки одежды, отчаянно стремясь остаться полностью обнаженными, кожа к коже.

Его член точно такой же, каким я его помню: великолепный, крупный, с веной на нижней стороне, которая так и просит, чтобы ее лизнули. Но прежде чем я успеваю обхватить губами его головку и устроить ему тот качественный минет, которого он заслуживает уже просто за факт своего существования, Слейт толкает меня обратно на простыни. Я падаю с тихим вздохом, мгновенно заводясь от этой перемены в его поведении.

Слейт с безумным взглядом и взъерошенными волосами действительно похож на бога страсти. Его член мягко упирается в нежные, влажные лепестки моей киски. Чего он ждет?

Я смотрю ему в глаза, и там читается немой вопрос: Ты уверена?

Я притягиваю его к себе для долгого поцелуя, чтобы он почувствовал ответ на моем языке.

— Кит… — выдыхает он мое имя, когда его твердый член снова ласкает мой влажный центр. — Блядь. Какая же ты чертовски классная.

Я извиваюсь под ним, скользя своей влажной киской по его члену. Клянусь, у меня в голове все плывет от того, как это приятно.

С его губ срывается сексуальный стон, и он впивается в меня взглядом.