Я тебя не отпущу - Марья (Мария) Сергеевна Коваленко

эти двое разъехались, стало полегче. Я, как придурочный дракон из детской сказки, стерег свою принцессу. Следил за каждым шагом, ждал, чтобы забыла бывшего мужа и смогла стать моей. Из кожи вон лез, чтобы ни одна скотина больше не перешла дорогу. А когда, не дождавшись, купил Диану в обмен на акции компании — рехнулся окончательно.

Сам не заметил, как от зависимости перешел к одержимости. Бездомной собакой готов был спать под дверью ее комнаты, исполнять любые прихоти. Чтобы не потерять ни одной минуты, отложил на потом почти все дела... Сделав Диану своей, я понял, что пропал окончательно.

Оторваться от нее не мог. Мечтал поселиться в кровати между красивых женских ног. Никогда раньше не задумывался, стоило ли ожидание этой близости, а дорвавшись до Дианы, и представлять не хотел, как это — без нее.

Дурак, который много лет назад попался на крючок фальшивой бабочки.

Влюбленный дебил, готовый на все ради своей женщины.

Два года прошло после ее предательства, а словно ничего и не было. Ни дня. Ни минуты. Будто снова я оказался под дверью этой квартиры, только в этот раз Диана открыла.

Тяжело дыша, отрываюсь от раскрасневшихся губ и смотрю в серые глаза:

— Целоваться ты тоже не научилась.

— Не смей ко мне больше прикасаться! — Голос дрожит, но Диана держится. Не пытается сбежать или отвернуться.

— Я теперь что угодно посмею. — Прижимаюсь лбом к ее лбу.

Самая жестокая пытка. Губы так близко... Нужно лишь чуть наклониться, толкнуться языком, заставляя раскрыться... слететь с катушек еще сильнее.

— Нет... И переезжать я отсюда никуда не буду, как и жить с тобой... снова.

— Машина будет через два часа. — Я заставляю себя выпустить Диану из кольца своих рук. — Если ты не соберешься, они отвезут вас как есть. Но жить... — Слежу за тем, как быстро бьется голубая жилка на виске. — Жить вы будете отдельно. Без меня. Без твоего любовника. Вдвоем.

— Хочешь спрятать нас от своей невесты? — Для женщины, которой все равно, в тоне Дианы слишком много горечи.

— Да, — вру, не моргнув и глазом. — Вике не нужно знать, что у меня есть дочь. Ей не нужно встречаться с тобой. Ты все поняла правильно. — Я отхожу к двери. — А теперь собирайся!

Глава 24

Выйдя из квартиры, пару минут борюсь с искушением остаться и лично проконтролировать сборы.

Желание сильное. За несколько минут в доме я так и не увидел ни одной мужской вещи. Либо любовник Дианы наведывается исключительно в спальню, либо они встречаются на другой территории.

По-хорошему, это не должно волновать. Два года назад Диана сделала свой выбор — теперь мы чужие. Но штуковине, которая барахтается за грудиной, пофиг на все мои «не должно» и «чужие». В прошлом я готов был терпеть и мужа, и любовников, а сейчас, после дурацкой пощечины, чуть не взял эту сумасшедшую возле стенки.

Отличное вышло бы продолжение знакомства с приемной матерью моей дочери. Гребаный третий сезон одной и той же драмы.

Словно почувствовав, что я мог сунуть член в кого-то кроме нее, Вика звонит, стоит мне сесть в машину.

— Привет! От тебя два дня никаких новостей. Я скучаю, — бодро произносит она.

— Иногда так бывает. Я предупреждал. — Выруливаю с парковки в сторону улицы.

— Знаешь, иногда мне хочется вернуться в Пекин. Там у тебя было гораздо больше свободного времени.

— Ты можешь вернуться хоть сейчас. Охрана пропустит в дом, ключи у тебя есть.

— Предлагаешь оставить тебя здесь одного? На съедение питерским хищницам?

— Хищницы меня не интересуют. — Сворачиваю в небольшой переулок возле парка.

— Даже красивые хищницы из прошлого?

Вика смеется, но сквозь смех слышны ревнивые нотки. Что-то новенькое в нашем ассортименте звуков. То ли сказались два дня порознь, то ли мой интерес к Диане стал слишком заметен.

Последнее хреново. Не с моими ставками подставляться из-за женщины. Особенно бывшей!

— Мне казалось, мы закрыли вопрос с Шаталовой, — приходится чуть повысить голос.

— Да, прости. — Смеха больше нет. — Твой дядя сказал, что ее компания вылетела из проекта. Надеюсь, это не из-за меня?

Теперь уже самому хочется смеяться от этой женской самоуверенности.

Я не звал Вику замуж, хотя именно об этом раструбили во всех журналах. Не рассказывал ни о каких чувствах и не обещал длительных отношений. Все, что нас связывало — секс и редкие, показательные выходы в свет. Но, похоже, этого хватило, чтобы перевести мой член и остальные потроха в категорию собственности.

— Вика, считай так, как тебе нравится.

Замечаю в парке детскую площадку. На скорости трудно рассмотреть чьи-то лица, да и детей не меньше десятка, но взгляд сам останавливается на зеленом платье и белых кудрях, торчащих из-под смешной панамы.

Дочь! Моя! Родная без всяких тестов.

— Тогда... может, я приеду сегодня? Помогу расслабиться после таких напряженных дней, — кошкой урчит Вика в трубке.

Намеки красноречивее некуда.

После сегодняшнего безумия с Дианой я просто обязан сказать да и за ночь вытрахать из головы любые воспоминания о губах Шаталовой. Извилинам срочно необходима хорошая терапия... древним способом — через одно место.

Однако согласиться не успеваю.

Хотя я в машине, дочка тоже замечает меня. Стоит на секунду притормозить на переходе, недалеко от детской площадки — она сбегает из песочницы и под женские крики «Стой!», «Ника, куда ты?!» несется к дороге.

— Прости, сегодня тоже не получится, — срочно заканчиваю разговор. — Дела. — Я бросаю телефон и, пока не случилось беды, вылетаю навстречу дочери.

***

— Я бы успела. Все в порядке, — уже пятый раз оправдывается невысокая худощавая девчонка, которую я видел в квартире Дианы. Вероятно, няня.