Тень. Позволь тебя любить - Джули Джи

Агнесс прервала поцелуй и посмотрела на Милтона, презрительно вздёрнув к верху нос:

— Мне кажется ты путаешь меня со своей подружкой, вон с той мерзкой жабой, — Агнесс указала на Панни, — А вы чего тут расселись, у вас что-то типо перекура между оргией? А я-то думаю, почему вы везде таскаете её с собой, вполне удобно, что сказать.

Панни вскочила с места и понеслась прямо на Агнесс. Зария резко загородил собой Защитницу, а Закини оттащил Панни в сторону.

— Я выдеру тебе все твои патлы, уродина!!! — визжала Панни, брыкаясь в крепких объятиях Закини, — Закини пусти меня! Мерзкая зубрила, я тебе устрою…

— Не смей приближаться ко мне, Принс, наверняка ты носительница многих венерических заболеваний, а я очень брезгливая. Мне кажется вокруг тебя так и кружат миллионы зловонных бактерий, — Агнесс уже веселила их перепалка и она выглядывала из-за широкого плеча Зарии, — Но если всё же решишь подойти ко мне, то надень защитный костюм. Или предупреди меня, я его сама надену.

— Тварь, да пошла ты нахуй! — Панни ещё сильнее начала вырываться, но Закини не составляло никакого труда сдерживать её на месте. Как и все Убийцы, он был большой и сильный.

— Закини, уведи её отсюда, ещё один визг и у меня голова взорвётся, — Милтон, казалось, находился в ярости, но тщательно это скрывал, — Рейн, мне кажется ты лукавишь. А как же твой рыжий дружок? Ночью кувыркаешься с ним, а потом лижешься в коридорах со Самуилом? Или вы все вместе потом кувыркаетесь?

— Кувыркаетесь только вы между собой, Милтон. Что за ахинею ты несёшь. Не пробовал писать любовные романы? У тебя бы точно получилось, — Агнесс, видя как Закини утаскивает Панни прочь от них, вышла из-за спины Самуила, — Завязывай уже сочинять. Пошли, Зар.

— Я пробовал писать, Рейн. И даже написал пару текстов. Вот только состояли они без малого из пары строк.

Агнесс растерянно обернулась и посмотрела на блондина. Он стоял неподвижно, вытянувшись, как струна и засунув руки в карманы брюк. Чуть прищурив глаза он сверлил её холодным взглядом серых глаз.

— Это ты о чём? — Тео нахмурившись уставился на друга. Милтон перевёл на него взгляд и небрежно бросил:

— Ни о чём.

Агнесс, пару раз моргнув, быстро отвернулась и помчалась по коридору. Зария последовал за ней, вообще ничего не поняв.

— Агнесс, что Милтон имел ввиду? — спросил он, поравнявшись с девушкой.

— Это же Милтон. Он вечно несёт всякий бред. Искать смысл в его словах гиблое дело, — Агнесс говорила, не задумываясь, у самой в голове был полный бардак.

Записки.

Это он на них намекал? Мерлин.

Так получается, что цветы ей послал Милтон???

Сердце пропустило удар.

Зария что-то говорил, а она не могла вникнуть в поток его слов. Даже злость на Рича куда-то улетучилась. Она шла по коридору рядом с Наблюдателем, с которым несколько минут целовалась на глазах у Убийц.

И думала об одном из них.

Часть 11

Ночной полумрак разрезал тонкий луч золотистого света, падающего на обнажённую девичью грудь.

Упругие формы проявлялись раз за разом в свете луны, с каждым скачком скрываясь, и проявляясь вновь. Женские стоны разносились по комнате, будоража тишину. Ускоряющиеся влажные шлепки, прерывистое дыхание.

Дарк взял в руку твёрдый сосок и сильно сжал его между пальцев, второй рукой он крепко схватил ягодицу, сильнее прижимая к паху и резче ускоряя темп.

В висках стучало всё сильнее, и он резко скинул с себя Принс, хватая её за голову и подводя к члену. Панни сразу же впустила твёрдый пульсирующий член к себе рот.

Хорошая девочка.

Милтон испустил глубокий вздох, кончая ей прямо в рот. Панни попыталась высвободится, но он удерживал её за голову, совершая заключительные толчки. Ну уж нет, Принс, будешь терпеть до последней капли!

Откинувшись на подушки, Дарк пытался справиться с дыханием. Трахал он Панни, но представлял на её месте другую. Он почти не смотрел на неё, рисуя в воображении совершенно иной образ.

В этот раз секс доставил ему намного больше удовольствия, чем все предыдущие разы вместе взятые. Панни быстро собрала свои вещи и прошмыгнула в ванную комнату. Она знала, что он не любит прелюдий после полового акта.

Идеальное завершение, это когда он слышал её удаляющиеся шаги и звук закрывающейся двери за собой.

Милтон провел рукой по влажному от пота лбу и закинул руки за голову. Сердечный ритм понемногу приходил в норму, а сладостная эйфория покидала тело.

Это всё равно не то, чего хотелось. Было не так просто визуализировать в воображении образ Рейн.

Они с Панни слишком разные.

У Принс короткие чёрные волосы, огромные сиськи и упругая накаченная задница. Да и стонала она своим писклявым голосом, мешая сосредоточиться.

А Рейн — так вообще являлась загадкой. Она носила все года до одурения длинные и закрытые вещи. Дарк лишь видел, как постепенно превращается в красивую девушку маленькая замухрышка, каковой она и являлась. Дарк мог видеть только её лицо… в отличие, скорее всего, от её рыжего дружка Ричарда.

Не так-то просто было представлять Рейн на месте Панни.

Но всё же ему в какой-то момент удалось нарисовать её образ и процесс пошел намного ярче, отчего Панни начинала визжать ещё громче. В этот раз Убийца ушла от Милтона до крайности довольная собой, записав в свои заслуги его повышенное внимание и почувствовав сильную возбуждённость в движениях Дарка.

Тяжело было себе признаться, что он хотел Рейн. Но глупо было продолжать сопротивляться перед самим собой. Это окружающим он мог сказать, что угодно. Но себе врать ни к чему.

В этом нет никакого смысла.

Он пытался выкинуть её из головы, но они находились в одном замке, у них была совместная задача и не видеть её он не мог. А когда он её видел, в груди начинало шевелиться что-то большое и сподвигало крутиться множество маленьких шестерёнок, запуская в действие совершенно незнакомый механизм.

Хотелось прикоснуться к нежной коже.

Запустить руку в её кудрявые волосы, прижать к себе и вдыхать, вдыхать…

Он видел её дерзкую, какой она в последнее время представала перед ним, он видел её напуганную, но никогда не видел нежности в её глазах.

Во всяком случае по отношению к нему.

Он видел, как она, бывало, смотрела на своих друзей. Это были те редкие моменты, когда ему хотелось оказаться на их месте. Но он не видел подобных чувств и к Зарии. На самом деле Милтон не