Броманс. Книжный клуб спешит на помощь - Лисса Кей Адамс

Он не соврал. Просто не уточнил, что дела запланированы на вечер. Ну зачем им знать?

Мак надулся, выпячивая нижнюю губу.

Че-е-ерт!

— Ладно! Встретимся там.

Едва забравшись в машину, Ноа разблокировал телефон — ни одного сообщения от Лексы. Впрочем, ничего из ряда вон выходящего, к тому же Лекса упоминала про завтрак с Лив. Тем не менее обычно в начале дня они обменивались пожеланиями доброго утра или играли в «Ворд нерд».

Ноа швырнул телефон обратно на пассажирское сиденье. Надо было написать ей сразу по пробуждении, как обычно. А теперь создавалось впечатление, будто произошедшее вчера имело какое-то значение, хотя, вероятно, это значение существовало только в его голове.

На автопилоте доехав до закусочной, Ноа припарковался рядом с машиной Мака. Остальные уже сидели за их обычным столиком. Они с друзьями встречались здесь по меньшей мере пару раз в месяц. Заведение находилось в отдалении от основных дорог и достопримечательностей, поэтому сюда редко заглядывали туристы, что играло им на руку, ибо многие из его друзей являлись знаменитостями. Ноа плюхнулся на свободное место. Рядом с меню, которое он уже выучил наизусть, стояла кружка кофе.

— Чего так долго? — пробурчал Мак.

Ноа добавил в кофе сливок.

— Какого хрена ты все утро меня подгоняешь?

— Нам надо принять решение к обеду.

— Насчет чего?

Мак потыкал пальцем в экран телефона.

— Я хочу поменять цветы для бутоньерок.

Ноа провел ладонями по лицу. Последний раз, когда они обсуждали цветы, Мак несколько часов потратил только на то, чтобы определиться между белыми и красными.

— Чем тебя не устраивают выбранные?

— Оказывается, у цветов есть значения.

— О боги, — простонал Ноа, прижав пальцы к внезапно запульсировавшим вискам.

— Я прочитал, что морозник может символизировать тревогу. Нельзя носить его на свадьбе!

— Он называется мороз-ник, — заметил Колтон, — это ж идеальный цветок для зимней свадьбы!

— А существует цветок, который символизирует надутого мудака? — спросил Ноа, невозмутимо размешивая кофе. — Вот такой тебе надо найти.

Мак проигнорировал выпад и показал всем картинку с маленьким белым цветком, почти идентичным тому, который они выбрали изначально.

— Я подумываю о белых цветах плюща. Они символизируют верность.

— Идеально! — сказал Ноа. — Выбирай его.

— Точно, этот лучше, — согласился Малколм, бросая на Ноа благодарный взгляд.

— Совершенно верно, — закивал Колтон.

— Уродливый, — пробасил Русский.

Все вылупились на него, а Ноа еще и локтем пихнул. Мак нахмурился и вновь взглянул на картинку.

— Думаешь?

— Вовсе не уродливый, — возразил Ноа. — Русский вообще в цветах не разбирается.

На лице Колтона появилось такое выражение, будто он что-то задумал.

— А на твоей свадьбе какие были цветы?

— Не помню, — пробурчал Русский, внезапно порозовев.

Ноа мрачно посмотрел на Колтона, который ответил самодовольной ухмылкой, словно говорящей: «Я был прав!»

Тут к ним подошла официантка. Пока ребята перечисляли свои заказы, Мак сидел, уткнувшись в телефон. Едва девушка удалилась, он взглянул на Ноа.

— Мне только что написала Лив.

По спине пробежал холодок.

— И?

— И когда ты собирался нам рассказать, что провел ночь у Алексис и она видела тебя полуголым?

Твою ж мать. Волна жара охватила шею и быстро подобралась ко лбу. Однако стыд тут же обернулся надеждой — если она рассказала о случившемся Лив, это что-то да значило, верно?

Колтон фыркнул.

— Теперь понятно, отчего ты сегодня не в форме.

— Что произошло?

— Ничего, — прохрипел Ноа.

— Брехня! — прикрываясь кашлем, проговорил Колтон.

— Почему ты был полуголым? — спросил Мак.

— Долгая история, — промямлил Ноа.

Малколм почесал бороду.

— Выкладывай. С самого начала.

Ноа раздраженно выдохнул, провел рукой по волосам и принялся за рассказ — начиная с Кэнди и почки, заканчивая чертовым Пирожком с его чертовыми когтями. Добравшись до того момента, как Лекса вошла в ванную и замерла при виде его голого торса, он почувствовал покалывание в том месте, которого касались ее нежные пальцы.

Он насупился и подобрался.

— Еще вопросы будут?

Русский поднял руку, и Ноа кивнул, позволяя ему сказать.

— Она тебя нюхала?

— Какого… А? Фу, нет, конечно.

Поднялась еще рука.

— Да, Малколм?

— Ты говоришь, она повела себя странно, когда увидела тебя без рубашки. Можешь описать поподробнее?

— Какие подробности тебе нужны?

— Куда именно она смотрела? — вклинился Мак.

— Ты не поднял руку! — возмутился Русский.

Мак тут же исправился и повторил вопрос.

— Она смотрела… ну, сами знаете… — Ноа замолчал, однако парни продолжали глядеть с недоумением, поэтому он показал на свою грудь. — Сюда. И сюда. — Покраснев, он опустил руку на нижнюю часть живота.

Друзья переглянулись и разразились хохотом, от которого задрожал стол. Ноа зашикал на них и окинул помещение взглядом. Мак стер выступившие от смеха слезы.

— Дружище, да она в самом деле тебя заценивала.

— Точняк, — согласился Колтон. — Похотливая дорожка — прямо кошачья мята для женщин.

Ноа вылупился на него.

— Какая дорожка?

Ответил Русский, задрав свою футболку и указывая на живот.

— Это линия волос от пупка к твоему старичку.

— Стручку, — шепотом поправил его Мак, наклонившись ближе.

— Что такое стручок? — недоуменно нахмурился Русский.

Руку поднял Колтон, и Ноа сразу покачал головой.

— Следующий.

— Я даже не спросил!

— Наверняка вопрос будет неприличным. Кто следующий?

— Что такое стручок? — повторил Русский.

— Да блин, объясните уже ему кто-нибудь! — взорвался Ноа.

Малколм наклонился к Русскому и зашептал что-то на ухо. Тот захихикал, прикрыв рот рукой. В этот момент принесли заказ. Однако не успел Ноа проглотить и кусочек своей яичницы, как его настиг очередной вопрос, в этот раз от Мака: