Город моей любви - Саманта Янг

— Вряд ли имелось в виду именно это. — Я с сомнением посмотрела на себя в платье.

— Попробуй зеленое. Оно такого же цвета, как твои изумительные глаза.

Я коснулась его губ в благодарность за комплимент, и занавеска вернулась на место, так что я осталась в примерочной одна.

Он оказался прав: зеленое платье-рубашка от «Ланвен» смотрелось потрясающе.

Малкольм взял такси до района застройки, который хотел осмотреть, и сделал крюк, чтобы высадить меня у дома. Он знал, что я не буду приглашать его в квартиру. А я теперь была полностью готова к обеду с Беккой и Кэмом в субботу вечером. По крайней мере, там у меня будут дизайнерские доспехи и Малкольм в качестве буфера.

Но сегодня на работе не предвиделось ни того ни другого.

Я проигнорировала суматошный трепет бабочек, пробудившихся в животе при мысли о работе с Кэмом и словах, которыми он может уязвить мое нежное эго.

Похоже, мне все еще требовалось наращивать шкуру покрепче.

* * *

К тому времени, как я добралась до бара, в животе у меня завелся целый калейдоскоп бабочек. Когда же я вошла в главный зал и увидела Кэма и Джосс, протирающих стаканы и смеющихся чему-то, бабочки переместились в грудь и я на мгновение забыла, как дышать.

«Что все это значит?»

Я сошла по лестнице в бар, поднырнула под стойкой, бросила в сторону коллег приветственную улыбку и поспешила в комнату персонала. Через две секунды за моей спиной возникла Джосс, а из стереосистемы загремела музыка. Я услышала, как Брайан кричит кому-то, чтобы сделали потише, и громкость уменьшилась до приемлемого уровня.

— В чем дело? Когда вошла, ты выглядела так, будто проглотила ужасно кислый лимон, — сообщила Джосс.

Я сняла куртку и придурковато ухмыльнулась:

— Правда? Понятия не имею почему бы.

— Ты боишься, что я буду стараться свести вас с Кэмом.

— Правда? Понятия не имею почему бы.

Джосс скорчила рожу:

— Ну ладно, хватит уже сарказма. Слушай. Я не собираюсь этого делать.

Я повернулась к ней, засовывая телефон в задний карман джинсов:

— Как? Сводничество закончилось, не успев начаться?

Она стиснула челюсти, прежде чем ответить.

— Да. И это обещание.

— Что вызвало такой переворот в намерениях? Не то чтобы меня это огорчило, — поспешила заверить я.

Явно пришибленная, Джосс выдержала мой любопытный взгляд.

— Элли заставила меня посмотреть кино по «Эмме» Джейн Остин в качестве демонстрации, что можно делать в сводничестве, а что нельзя. За этим последовал уже абсолютно лишний показ подросткового фильма «Бестолковые», совершенно случайно основанного на той же «Эмме».

Джосс сделала паузу, чтобы я все как следует прочувствовала. Она явно призывала меня ужаснуться вместе с ней.

Я постаралась придушить смех. Честно постаралась.

Просто недостаточно.

Запрокинув голову, я привалилась спиной к своему шкафчику и зашлась в приступе хохота.

Я не могла выбросить нарисованную Джосс картину из головы. Подумать только, как серьезно Элли все это восприняла.

— О господи, — пробормотала я сквозь смех. — Наверняка для тебя это было жуткой мукой.

По лицу подруги промелькнула тень страдания, как будто она пережила все заново.

— «Мука» не описывает и половины. Знаешь, что хуже, чем смотреть романтическую драму?

— Нет.

— Анализировать ее.

Меня опять согнуло от хохота.

— Хватит ржать. Это не смешно.

— Ой, это ужасно смешно. И именно то, что ты заслужила.

Джосс издала замогильный стон:

— Ну, может быть.

Победив смех, я покачала головой, вытирая слезы:

— Я вот что не могу понять: как человек, закатывающий глаза от романтических фильмов, может писать роман?

Она сурово воззрилась на меня:

— Это не роман. Это история моих родителей.

— Ну да, твоих родителей, у которых был бурный страстный роман.

Глаза Джосс опасно сузились.

— Ты хочешь, чтобы я вернулась к сводничеству?

Я содрогнулась от этой мысли:

— Конечно же нет.

— Тогда лучше замолчи.

Я фыркнула, такой комично-воинственный был у нее вид. Джосс явно злилась, что ее попытки увести меня с «пути несчастья» провалились так быстро.

— Знаешь, если тебе от этого будет легче, мне действительно нравится Малкольм. И на самом деле я вовсе не несчастна.

Ее глаза чуть затуманились, и шутливая атмосфера между нами мгновенно переменилась.

— Меня беспокоит, Джо, что ты и не счастлива.

На мгновение я опять потеряла способность дышать. Я уставилась поверх ее плеча на стену, где на доске для объявлений висел график смен на неделю, окруженный записками для персонала, рецептами коктейлей и телефонными номерами. Ощутив, что снова могу вздохнуть, я посмотрела в ее глаза:

— Я уверена, что Малкольм сделает меня счастливой.

Она бросила на меня взгляд, так и вопящий: «Ты что, серьезно?»

— Как-то вяло с твоей стороны. Вы вместе больше трех месяцев. По-моему, уже пора понять, влюблена ты в него или нет.

Я захлопнула свой шкафчик, готовясь идти в бар открывать смену, и вдруг, припомнив сегодняшнюю примерочную в «Харви Николс», обнаружила, что начинаю оправдываться.

— Слушай, ну не все же отношения такие, как у вас с Брэденом или у Элли с Адамом. Не все состоят из бурного секса и безграничного обожания. Бывают неторопливые, безопасные и теплые. От этого они не становятся менее серьезными.

Джосс прошла мимо меня, раздраженно сморщив нос:

— Неторопливые, безопасные и теплые? Мы же говорим не о старичке в коляске и пледе. Мы говорим о сексе и любви.

— Кто тут говорит о сексе и любви? — проник прямо в низ моего живота хрипловатый голос Кэма.

Не смея даже взглянуть на него, я встала за стойку.

Я-то надеялась, что в предыдущие наши встречи действовала какая-то аномалия, но, видимо, нет. Мое тело словно вибрировало и оживало. Я уже начала ощущать вину за свое влечение к нему.

— Мы с Джо говорили, — ответила Джосс.

Все еще мрачная и разочарованная, подруга оперлась спиной о стойку и уставилась на меня. В тусклом свете выражение ее лица определить было невозможно.

Кэм приподнял бровь, смерив меня столь же непонятным взглядом:

— Неприятности в раю?