Папа: миссия (не)выполнима - Алиса Марсо

Поэтому пять минут секса каждый день, а дальше сон, я воспринимала нормально.

Захар другой. Он чуткий, очень нежный, иногда по животному страстный, любит разнообразие и имеет отличную фантазию.

Что сказать, он до секса меня зацепил своим флером настоящего мужчины, а после близости я поняла, что хочу узнать его поближе. С таким ничего не страшно и хочется дожить до старости и умереть в один день.

Нет, я, конечно же, еще не планирую за него замуж, но я же девочка, а мы мужчин всегда оцениваем с этой точки зрения. Вот и я туда же.

Утро было выматывающим и одновременно прекрасным. После ванны мы переместились на кухню готовить завтрак, но сели кушать наверно ближе к обеду.

Когда все физические аппетиты были удовлетворены, Захар, как и обещал, починил мне балконную дверь, как мужчина обошел мои угодья и еще подкрутил что-то там, что-то здесь. А вечером остался у меня ночевать.

Он очень умный, с отличным чувством юмора и к тому же с руками.

Это было безумие, но работу никто не отменял, поэтому утром мы разъехались.

Я далеко не наивная девочка, но Захар кажется мне идеальным мужчиной. Отчего и страшно, и одновременно любопытно, где проколется.

Мы много говорили обо мне, о нем, и я поражена его амбициозности, трудоголизму, и при этом он не бросает сына и ставит его на передний план.

Я должна принять его приоритеты, иначе можно даже не связываться с этим мужчиной.

Захар может быть нежным, может быть заботливым по отношению к женщине, но всегда сначала сын, потом личные отношения.

Готова ли я к этому? На сегодня да, он слишком мне подходит, но попой чувствую, что легко не будет.

Я единственный ребенок в семье, прекрасно осознаю, как выгляжу, поэтому достаточно избалована вниманием мужчин и отчасти эгоистична в этом.

Мне никогда не приходилось делить мужчину еще с кем-либо, а здесь Захара придется делить с сыном и наверняка с бывшей женой.

Возможно, я слишком опрометчивая, но самоуверенность пока перевешивает здравый рассудок. И в том, что мне придется поступиться своими принципами, я убедилась достаточно быстро.

Полторы недели мы не отрывались с Захаром друг от друга. Он отвозил меня на работу, а затем ехал сам, вечером мы встречались на моей территории и пропадали в объятиях друг друга до середины ночи.

На ближайшую субботу он пригласил меня на свидание. По плану поездка к морю, прогулка, пикник на песчаном пляже и, конечно же, закономерное окончание — секс.

Я ждала этого дня, потому что у меня нет машины, и у моих предыдущих мужчин тоже, все из рабочего класса, поэтому путешествие, пусть даже по собственному региону, для меня в новинку и очень завораживает.

— Малыш, выходи, я подъехал.

Эту ночь Захар ночевал дома, да и мне нужно было разгрести личные дела, а с этим мужчиной не хочется думать ни о чем, кроме как наслаждаться его обществом и горячими руками.

Одеваюсь просто, гулять же будем, и спускаюсь вниз.

Захар стоит, облокотившись о Мицубиси, весь такой красивый, подтянутый и смотрит только на меня. А я спинным мозгом чувствую, как все бабульки на лавках пялятся и шепчутся мне вслед.

Когда он в поле моего зрения, у меня начинают слабеть ноги, а сердце несется вскачь, внутри приятно сжимается, летят бабочки и хочется все время улыбаться.

Вот и сейчас, он вальяжно стоит в темных брюках, белой футболке, а сверху кожаная куртка, смотрит на меня так пристально, так проникновенно, что дух от этого взгляда захватывает. А в руках держит цветы, розы, которые я, кстати, не люблю. Но какая разница, какие я люблю, когда тебе хочет сделать приятно такой удивительный мужчина.

— Привет, девочка моя, я скучал, — Захар по-собственнически притягивает меня к себе и нежно целует в губы. — Это тебе.

Беру цветы и прячу чрезмерно счастливую улыбку среди красных бутонов, делая вид, что усердно вдыхаю их аромат.

— Спасибо. Мне тоже было холодно без тебя спать.

— Снова продувает балкон? — хмурится Захар.

— Нет, грелки рядом не было, — смеюсь я. — Надо купить себе кигуруми и кутаться в него.

— Неа, — рука Захара спускается мне на ягодицы и, совершенно не стесняясь посторонних глаз, слегка сжимает их. — Твоя пижама — это твоя кожа, максимум нижнее белье. И то, чтобы интереснее было добираться до твоего тела.

— Но тебя сегодня не было со мной. И ты не можешь все время жить в моей квартире. Я так-то не против, только за, но понимаю, что ты не можешь.

— Не могу, малыш, но я решу этот вопрос, обязательно. Есть задумка, — хитро улыбается Захар, а у меня на душе так тепло становится, что пищать хочется.

Прячу лицо на его груди и улыбаюсь, как дурочка. Ну не может мужчина быть идеальным во всем.

— Что такое? — не понимает моей реакции Захар.

— Ничего особенного.

— Садись в машину, по дороге расскажешь.

Он усаживает меня на пассажирское сидение, заводит авто, и мы выдвигаемся к морю.

— Я слушаю тебя, — напоминает Захар.

— Я же говорю, ничего важного.

— Танюша, я хочу знать о тебе все и благодаря этому смогу понимать тебя больше.

Зависаю на его крепком запястье с часами, длинных, аккуратных пальцах, подушечки которых я просто обожаю за их невероятную нежность, и насколько уверено он чувствует себя за рулем.

В голове промелькает неуместное сравнение с другим мужчиной, но наверно от этого никуда не деться еще какое-то время.

— Когда я жила с бывшим гражданским мужем, то была скорее мужчиной, чем женщиной. Помимо того, что я покупала продукта, одежду, все для дома, я платила за квартиру. Мы жили от зарплаты до зарплаты, по сути. Моей зарплаты.

— Он не работал? — вскидывает в недоумении брови Захар.

— То водителем в больнице, то дома сидел, то устроился на мусоровозку… Кстати, я была на вершине городской свалки. Запах там, конечно, впечатляющий.

— Ну, уделала, горжусь тобой, — смеется Захар, а я вместе с ним.

— Не гордость, конечно, но не каждый знает, как она выглядит, — утираю от смеха слезы. — В общем, он снова уволился после того, как ему задержали зарплату на три месяца, а потом он принес мне десять тысяч рублей и сказал на этом все. Правда, эти деньги я и не заметила, а пиком терпения стало, когда он обиделся на меня, что я в очередной раз не дала ему на пиво. Типа бывший мне всю зарплату отдал, а я жмусь. Обидно было, да. Но я ушла от