Одержим непокорной - Ana Kam

хотели познакомиться. Я ничего не понимала, так как диалог был на итальянском. София что-то отвечала и, кажется, девушка уведомила непрошенных гостей, что мы не настроены на общение с ними. Один за парней указывал на меня, активно жестикулируя и используя высокую интонацию. Я чувствовала некое жжение на себе. Так как мне была не ясна суть разговора, решила осмотреться, пока не встретилась глазами с Дэниелом. До меня сразу дошло, что ему не нравится то, что происходит у нас. Альбер сидел к нам спиной и не замечал всей картины. С сжатыми пальцами в кулак Миллер покинул свое место и направился к нам.

В этот момент София обратила внимание парней на поступающего Дэниела. Обменявшись парой непонятных мне фраз они поспешили удалиться до того, как мой спутник оказался рядом. Благо парни успели скрыться. А мне не хотелось нарываться, поэтому решила сразу уточнить перед боссом произошедшее.

— Что они хотели? — спросила я, делая вид, что не замечаю Миллера, который уже успел подойти к нам.

— Познакомиться. Какие то туповатые. Тот блондин, с которым я разговаривала в конце, настаивал на общении с тобой, аргументируя свою напористость отсутствием кольца на твоем безымянном пальце. — отпивая напиток, легко щебетала девушка. — говорю: девушка из Америки и не понимает его и вообще она с женихом. А он продолжал тупить. Пришлось пригрозить твоим мужчиной. — указывая на Дэниела, объяснила София.

От ее последнего предложения в грудной клетке кольнуло, и невольно я перевела взгляд на Миллера. Ответ рыжей его видимо не задел и в принципе устроил, потому что вена на лбу, которая проявляется в моменты гнева и которую я наблюдала меньше минуты назад, скрылась. Желваки тоже угомонились. По настоятельной просьбе, больше похожей на приказ, мне пришлось вернуться за стол. София последовала за нами.

— В следующий раз, если кто-то будет из похотливых козлов находиться возле тебя слишком долго, я не сдержусь. — едва слышно произнес Миллер, потянув меня за талию к себе. Он ревнует что ли?

Остаток встречи мы провели в беззаботных разговорах, обсуждая то погоду, то меню ресторана. На прощание мы с Софией обменялись номерами и подписались друг на друга в соцсетях, желая продолжить знакомство.

В обществе Альберта и Софии был вывешен белый флаг, но как только мы сели в машину, напряжение вернулось.

А Италии сейчас семнадцать часов дня, в то время как моя сестра только, скорее всего, позавтракала. Когда Адалин прислала смс с вопросом как мои дела, на меня снова лег тяжкий груз последних событий.

— Дэниел, я хочу, чтобы ты знал, — сжав руки в кулак, я решилась начать диалог, — Для меня ненормально спать со всеми подряд и делать вид, что ничего не произошло. Прости за вчерашнее и сегодняшнее представление. Я растерялась. У меня ничего не было с Риком и с другими коллегами. Я не хочу навязываться и выглядеть как очередная дура, бегающая за мужчиной после секса. Также я понимаю, что для тебя это ничего не значит. Давай просто все обсудим. — вот я и вскрыла нарывающий фурункул.

Миллер резко бьет по тормозам так, что я чуть не впечаталась в лобовое стекло. Благодаря ремню безопасности мой лицо осталось целым.

— Ты действительно дурочка. — дает совсем не успокаивающий ответ Дэниел. А в следующую секунду он запускает пальцы в мои волосы и притягивает меня к себе, впиваясь страстным поцелуем.

Глава 22. Дэниел

Одиннадцать лет назад

Манхэттен. Детский госпиталь

Мия выскальзывает из палаты своего друга и неожиданно сталкивается с высоким мужчиной лет сорока. Девочка напряглась от пристального и недоброго взгляда незнакомца. Он будто сканировал ее. Дерзкая девушка не спешила отводить глаза, а с вызовом поддерживала эту борьбу, изогнув бровь, слово задавала вопрос, что, мол, надобно ему от ее высочества.

— Как тебя зовут? — с хрипотцой в голосе мужчина начал «знакомство».

— Не ваше дело. Родители учили не разговаривать с незнакомыми и подозрительными дяденьками. — в экстренных ситуациях Мия любила выпускать коготки, переходя сразу в наступление. А сейчас она, как раз, чувствовала угрозу.

— Мне важно знать, с кем общается мой сын. — глаза мужчина направил на дверь, из которой только что вышла девочка.

— Так вы отец Дэна? — юная леди сменила гнев на милость и соизволила спрятать шипы, — меня зовут Мия. Извините за грубость.

— Значит, Мия… — незнакомец растягивал ее имя, будто пробовал на вкус. В глазах мелькнул лукавый блеск. — Знаешь, тебе подходит. Со скандинавского это имя означает «своенравная» или «непокорная». Что-то мне подсказывает, что ты такой и являешься. Меня зовут Ричард. Ты здесь давно?

— Почти месяц. Скоро выписывают. — ответ получился более грустным, чем Мия рассчитывала.

— А с чем попала сюда?

— С бронхиальной астмой. Родители шутят, что такое «наследство» оставил мне дедушка по папиной Линии.

— Хм. А как зовут твоих родителей?

— Мария и Мэйсон Уилсон. — с подозрением ответила девочка. Она заметила, как лицо мужчины изменилось. Промелькнули удивление, ярость и что-то еще, чего нельзя распознать сразу. — А что?

— Когда они придут к тебе в следующий раз? — отец Дэна проигнорировал вопрос Мии и вместо этого продолжил задавать.

— Не знаю. — соврала на всякий случай девчонка. Не хотелось, чтобы мужчина пожаловался предкам на ее частык визиты к его сыну. Да и по какой-то причине Мия также не желала допускать возможности того, что ее родители вообще могут случайно натолкнуться на Ричарда. Слишком уж он казался подозрительным и странным, — Они практически меня не навещают. Ладно, мне пора. Была рада познакомиться. До свидания.

— Вот как… Что ж Мия, ты даже не представляешь, как я рад нашему знакомству. До скорых встреч. — его тон больше напоминал угрозу, нежели акт любезности.

Пользуясь возможностью, девочка поспешила скорее убраться подальше от нового знакомого. Следуя быстрым шагом по коридору, она все еще чувствовала тяжелый взгляд в спину. Мия не знала конкретно, что именно послужило причиной ее опасений, но предчувствие было нехорошим. И она оказалась права.

Наши дни

В моем мире полно жестокости и ненависти. Единственной, кто для меня всегда был светом в этой кромешной тьме, стала Мия. Но иногда ее заносит так, что мои тормоза отказывают. Слишком долго искал. Слишком быстро она стала такой родной и чужой одновременно.

Я действовал осторожно, старался не спешить. Нужно было дать ей время и возможность привыкнуть и полюбить меня снова. Таким, каким я стал. Мой характер уже давно не штиль, а самый настоящий ураган.

Мию я узнавал тоже заново и снова влюблялся. Она больше не маленькая дерзкая девчонка, которая становилась на