Трофей для Хищника - Анна Юта

пригрозил Марку расправой за преследование. С другой — слова, что я — трофей приводят меня в ужас. Как это, трофей? Как это, забрал меня себе? Это, как и размер Вселенной, не укладывается в голове.

В этот момент из ресторана выходят несколько человек в черной одежде и приближаются к Игорю Михайловичу. Группа быстрого реагирования? Только собственного разлива, судя по всему. Игорь Михайлович кивком головы отсылает официантов и обращается ко мне:

— Поднимись на второй этаж, извинись там перед человеком, который сидит за моим столиком и скажи, что встреча переносится на завтра. Запиши время, — он оценивающе оглядывает так и валяющегося на земле Марка. — И жди меня в раздевалке. Мы пока разговор с твоим мужем закончим.

23

После увиденного и услышанного меня прям физически колотит. Внутренняя дрожь передается в руки, в пальцы. Но мне надо сделать что велел Игорь Михайлович. На втором этаже его и правда ожидает мужчина в графитовом пиджаке поверх черной водолазки и плоских очках в металлической оправе.

— Здравствуйте, — останавливаюсь у столика не присаживаясь. — Игорь Михайлович не сможет сегодня с вами встретиться. Он передает извинения и предлагает перенести встречу на завтра.

Мужчина поворачивается ко мне и ощупывает взглядом с головы до ног, будто удивлен тому, что от имени Игоря Михайловича может говорить женщина.

— А вы, стало быть?.. — спрашивает с неопределенной интонацией.

— Его помощница, — отвечаю быстро, прибавляю голосу строгости. — Мне поручено оповестить вас об отмене встречи и согласовать время на завтра.

Мужчина усмехается.

— Хорошо, помощница, — улыбается, кажется, добродушно. — Я прибуду завтра в три. Или, если Игорю Михайловичу будет удобно, он может сам приехать ко мне домой. У меня как раз сегодня намечается небольшое мероприятие.

На этом он встает из-за столика и, кивком попрощавшись со мной, уходит. Я забираю заряжающийся телефон, выжидаю, когда гость скроется на лестнице, и спускаюсь. Забиваюсь в раздевалку. Сажусь на низкую скамейку у стены, как в спортзалах, и тупо пялюсь на шкафчики.

Мне надо успокоиться. Слова Игоря Михайловича мигают в мозгу красными буквами. Его трофей. Будто в стародавние времена победил врага и забрал себе его «имущество». Но я же не вещь! Со мной так нельзя… Или можно?

Нет. Беру себя в руки. Пока Игорь Михайлович нарочито вел себя со мной по-человечески. Не стоит думать о нем хуже и заранее накручивать. Может, это он для красного словца? А если нет? Как теперь не превратиться в аксессуар?

Рано делать выводы. Надо смотреть, что будет дальше…

Додумать не успеваю, дверь открывается и на пороге показывается Игорь Михайлович.

— Да, помогите ему убраться отсюда, — говорит он кому-то в коридоре, потом поворачивается ко мне. На щеке так и алеет уже запекшейся кровью глубокая царапина. Черт, будет шрам! — Идем. Мне нужно еще кое-куда заехать.

Хватаю сумку со своими вещами и направляюсь к двери. Игорь Михайлович почему-то пытается ее забрать. От удивления я вцепляюсь в ручки и не отпускаю пальцы.

— Давай помогу, — вдруг по-свойски говорит он. — Тяжелая же.

Да не то чтобы тяжелая. Марк никогда не брал в руки мой «багаж», куда бы мы ни ездили. Женские сумки на то и женские, чтобы их носила сама женщина. Мне даже немного совестно, что Игорь Михайлович хочет сделать это вместо меня, но слишком страшно ослушаться. Отдаю ему сумку. Он кивает и жестом показывает мне идти в зал. Похоже, Сережа машину к заднему входу не перегонял.

Только мы выходим, водитель выбегает навстречу. Игорь Михайлович броском вручает ему сумку и не глядя отправляется к машине. Открывает мне заднюю дверь.

Он явно злой, только не понимаю, на кого. Точнее, понимаю — на меня, разумеется. Потому что Марк приперся, сорвал встречу, ударил к тому же! Вспоминаю о драке и сжимаюсь. Понуро залезаю на заднее сиденье и жду, пока Игорь Михайлович сядет с другой стороны. Сережа, убрав мою сумку в багажник, возвращается за руль, заводит двигатель и выводит машину на проспект. Похоже, ему известен пункт назначения.

— Когда Антон приедет? — строго спрашивает Игорь Михайлович.

Наверное, это тот человек, который его не дождался.

— Завтра в три, — отвечаю сходу. — А еще он предложил посетить мероприятие у него дома, если вы захотите.

— Нет, исключено, — колючий тон Игоря Михайловича меня напрягает. — Хотя…

Он плотоядно облизывается, вглядывается в меня, прищурив черные глаза, и я догадываюсь, о чем он думает. Невольно качаю головой.

— Все же нет, в другой раз, — заключает Игорь Михайлович. — Значит, завтра в три. Ладно, с этим решили. А теперь я хочу услышать подробный рассказ о том мудаке, который сегодня пожаловал ко мне в ресторан тебя искать.

Я знала, что это случится. Да и скрывать мне особо нечего. Но все равно почему-то страшно говорить. Будто я смогу еще сильнее рассердить Игоря Михайловича своим рассказом.

— Да чего о нем рассказывать? Это мой бывший муж, — начинаю вяло, пытаясь на ходу решить, что можно утаить. — Я ушла и подала на развод, но он недоволен моими действиями.

— Недоволен? — усмехается Игорь Михайлович. — Давай нормально рассказывай. Он тебя бил? Почему ушла?

Признаваться в это стыдно и нельзя. Такие вещи должны оставаться в семье. Даже то, что я маме это сказала — минус мне. В наших традициях, если муж бьет, значит, ты жена плохая, а не он мудак. А если мужчина живет с плохой женой, то он теряет авторитет и очки. Его не уважают. Вот и выходит, что жен в нашей традиции бить можно, а они и рассказать никому не могут.

Игорь Михайлович уже раздраженно смотрит на меня. Нечего тянуть. Нечего скрывать! В конце концов, я в нашей бывшей семье жертва.

— Ударил, после этого я ушла, — отвечаю тихо, стыдно все равно. — Я не была с ним счастлива.

Это звучит еще более ужасно, чем признаться в том, что муж тебя бьет. Значит, я выбрала не того. Сама.

— А выходила замуж зачем? — удивляется Игорь Михайлович.

Ну вот, закономерный вопрос.

— Потому что родители так захотели… — как же хочется съехать с этой темы. — Приношу извинения, надо внести вашу встречу с Антоном в график.

Дожидаюсь кивка, но по глазам вижу, что разговор про Марка не закончен. Игорь Михайлович меня не торопит. А я нарочно долго копаюсь в телефоне, чтобы оттянуть дальнейшие расспросы.

Вскоре машина тормозит у симпатичного небольшого таунхауса в районе метро Удельной.

— Мы не договорили, — недовольным тоном выговаривает Игорь Михайлович. — А пока можешь внести в календарь еженедельную встречу в это же время — Коломяги, Михаил.