Никакой магии - Карен Брукс

Вместо этого Слоун опустил голову и опять припал к ее губам. Но стоило ее волшебным пальцам подняться к его плечам, как Макдонох сумел заставить себя отпрянуть. Она вскрикнула и снова попыталась притянуть его к себе, но Слоун не позволил.

— Почему? — спросила она дрогнувшим от обиды голосом.

— Не спрашивай, Нерида. Одевайся, и едем домой. Предстоит куча объяснений.

Слоун сознавал, что говорит тоном провинившегося школьника. Впрочем, он действительно чувствовал себя виноватым. Лишь бы это ощущение не передалось Нериде!

— Да, это моя вина, — повторил он, пытаясь отвести глаза от туманного силуэта, распростертого на покрывале. Будь хоть чуть-чуть светлее, он не сумел бы оторваться от этого обнаженного, горячего, охваченного желанием тела. Но даже во мгле его тянуло к Нериде. — Что делать, я всего лишь человек…

Она подняла глаза, но тут же отвела их в сторону. Оказывается, было совсем не так темно, и Нерида увидела то, что раньше лишь ощущала. Ее охватила непонятная досада. Неужели с него достаточно? Слоун взял — нет, получил в дар — все, чего хотел. Нерида постепенно приходила в себя и начинала видеть истину. Как обычно, правда была болезненной; впрочем, Нерида давно привыкла к этому. Ложь может на время заглушить боль, но никогда не заставит ее исчезнуть.

Из слов Слоуна можно было понять, что он не спал с Джози. В маленьком городке начальнику полиции трудно найти женщину: слишком на виду эта должность. Если бы он сразу понял, что перед ним не девочка-замарашка, а взрослая девушка, тут же воспользовался бы этой возможностью… Нерида поняла, что вела себя так же, как мать. И так же могла забеременеть. Она решительно поднялась и сбросила наваждение. Слоун намекнул, что обо всем позаботился, но… береженого Бог бережет. Расхлебывать кашу всегда приходится женщине.

— Куда ты? — окликнул Слоун, когда она прошла мимо.

Миновав заводь, Нерида пошла к глубокому месту с быстрым течением. Слоуна словно ножом в живот ударили. Он бросился следом. Камни резали босые ступни, холодные струи лизали лодыжки, но он успел схватить ее за руку.

— Отпусти, — спокойно приказала Нерида. Вода доходила ей до колена.

— Черт возьми, не отпущу, пока ты не скажешь, что собираешься делать!

— Надо отвечать за свои поступки. — Тон ее был холоднее речной воды.

— И что это значит?

Нерида не моргнув встретила его взгляд.

— Не хочу произвести на свет незаконнорожденного.

— Лучше выйди…

Она промолчала. У нее и в мыслях не было утопиться. Мать была готова ради любимого сделать любую глупость. Видно, дочь уродилась в нее. Нерида позволила вытащить себя на берег, но на этот раз Слоун не повел ее под иву.

— Постой здесь, на свету, — приказал он.

Через минуту Макдонох вернулся с ворохом одежды и протянул ей влажную юбку. Нерида всхлипнула и вдруг залилась слезами. А этот бессердечный человек стоял рядом и держал ее мятую рубашку. Он ее презирает и ненавидит. Это было ужаснее всего. Не лги себе, Нерида. Произошло непоправимое. Слоун отдал ей рубашку и начал невозмутимо одеваться сам.

— Я не собиралась кончать с собой, — выпалила Нерида. — Можешь думать обо мне что угодно, но на это я не способна. — Слезы капали одна за другой. Неужели он так и будет молчать? — Я только хотела предохраниться. Девушки в Бостоне говорили, что надо искупаться в реке и смыть…

Договорить не дали рыдания. Слоун молча прижал ее к груди. Слова были ни к чему. Ничто не могло бы разубедить ее лучше, чем эти нежные объятия и поцелуй в висок.

— Ты ненавидишь меня? — всхлипнула Нерида.

— Нет, милая. Как ты могла подумать? Просто я злюсь на свою глупость, вот и все. Что мне пришло в голову?

Это было похоже на правду. Во всяком случае, она придираться не станет.

— Если родится ребенок, я сделаю для него все, что могу. Не брошу на ступенях церкви, не сдам в приют. Если ты захочешь меня бросить, я сразу уйду. А если захочешь оставить, я согласна на что угодно, лишь бы быть рядом.

Эти слова вонзились в него, как клинок.

— Нет, Нерида, — тихо произнес Слоун, — все не так. Я бы никогда не пошел на это.

И тут детство окончательно оставило ее. Ребенок внезапно стал грустной, взрослой и мудрой женщиной.

— Нам не остается ничего другого, Слоун.

Слезы на щеках еще не высохли, но Нерида больше не плакала. Она провела пальцем по его губам, а потом поцеловала.

— Мы лишь тени, звездные тени… И так будет всегда.

Слоун долго держал ее в объятиях. Когда Нерида успокоилась, он дал ей время одеться, застегнул пояс и приторочил к седлу вьюк с постелью. Хотя Нерида и не нуждалась в помощи, Макдонох подсадил ее на Хаффа, взгромоздился верхом и тронул поводья.

Нерида закрыла глаза. Нет, только не оглядываться! Слез больше не было, осталась только тягучая пустота в сердце.

Какое-то время они ехали молча. На полпути до города Нерида заговорила.

— Мы не можем сказать им правду, — промолвила она, и ощутила пронзительную боль, когда Слоун с готовностью согласился. Он даже придумал, что соврать.

— Как ты думаешь, дед поверит, если сказать ему, что мулы убежали, а тебе пришлось их ловить?

— Едва ли. Впрочем, я постараюсь его убедить. А вот как быть…

— С Джози? Не знаю. Ей-Богу, не знаю.

Нерида чуть не вскрикнула. Ее захлестнула радость, когда Слоун признался, что Джози ему не жена. И он не лгал, когда говорил, что не любит и не хочет ее. Но что-то связывало его с этой женщиной. Что-то более сильное, чем брачные узы или влечение, заставляло его лгать снова и снова.

Когда они вернулись, в доме было темно. Даже фонарь на крыльце не горел. Залаяли собаки, но больше никто не откликался. У Нериды волосы встали дыбом. Входная дверь оказалась незапертой. Они вошли в гостиную.

— Дедушка… — негромко позвала Нерида. — Ты здесь?

Чиркнула спичка, и девушка прикрыла глаза от света. На нижней ступеньке стояла Джози Макдонох.

— Вернулись все-таки. — Джози зажгла свечу. — Я начала волноваться.

— Где дедушка? — спросила Нерида.

— О, старичок в полном порядке. По крайней мере, сейчас.

— Ты пьяна! — воскликнул Слоун.

— Я? Есть немножко. Надо же чем-то заняться женщине, ждущей мужа… Тебя слишком долго не было.

— Дедушка… — шептала Нерида, пробираясь в комнату. Она нашла в темноте исхудалую руку и потрогала пульс.

— Мы просто слегка выпили на пару, вот и все, — объяснила Джози. — Он спит.

Рука была влажная и прохладная, но не холодная. Видимо, прикосновение потревожило деда: он пробормотал что-то неразборчивое…