Зеленоглазая фея - Виктория Лайт

— Мне все равно, — пожала плечами девушка, пытаясь унять дрожь.

Питер захотел идти с ними, невзирая на невесту. Почему? Эйлин боялась думать об этом.

Они договорились о встрече, и Эйлин поднялась, чтобы уйти домой. Максимилиан и Питер немного задержались. Оба чувствовали некоторую скованность. Раньше бы Макс обязательно прочитал Питеру целую лекцию о том, что становиться третьим лишним невежливо и глупо. Время от времени Гриффит позволял себе такое дружеское подтрунивание над менее опытным Питером, но сейчас все неуловимо изменилось. Тень Эйлин Донахью теперь всегда стояла между ними.

— Ну ладно, — медленно произнес Максимилиан, — мне пора.

Питер кивнул, чувствуя, что между ними кое-что осталось недосказанным. Это тяготило его, но исправить создавшееся положение он был не в состоянии. Питер прекрасно понимал, что Максимилиан разозлился на него. Но поступить иначе он не мог. Словно какой-то демон толкал его, когда он навязывал свое общество Максу и Эйлин.

Наверное, она тоже не обрадовалась, когда я сказал, что пойду с ними, хмуро размышлял он, прощаясь с Максимилианом. Ничего. Зато я все выясню раз и навсегда.

Питер едва ли отдавал себе отчет, что именно он собрался выяснять. Эйлин красивая девушка, а Максимилиан мужчина, не связанный никакими обстоятельствами вроде нелюбимой невесты. И притом большой знаток и любитель женщин. Они просто созданы друг для друга…

Питер чуть не застонал вслух. Эйлин и Макс прекрасно бы смотрелись вместе. Если только она не бросит его у алтаря, как она поступила с Патриком, мрачно напомнил он себе. Это соображение несколько утешило его. Никогда нельзя говорить наверняка, когда дело касается женщины. Особенно такой, как Эйлин.

Эйлин старательно рылась в платяном шкафу, выбирая достойный наряд для визита в ресторан. Как давно она никуда не ходила! Все парадные ужины остались в далеком прошлом, но честолюбивое желание блистать и очаровывать невозможно истребить в женском сердце.

И Эйлин, как любая другая женщина на ее месте, искренне расстраивалась из-за того, что не может купить себе новое красивое платье специально для этого случая.

Когда она спешно уезжала из Ирландии, ей не пришло в голову захватить с собой побольше вечерних платьев. Ведь она собиралась вести совсем другую жизнь. Светская модница была забыта в Дублине, честная труженица должна была появиться на свет в Нью-Йорке. Но сейчас Эйлин терзала себя соблазнительными воспоминаниями о роскошных туалетах, оставленных ею дома.

Как хорошо она смотрелась бы в золотистом наряде, украшенном перьями и мехом! Или в облегающем черном платье с огромным вырезом на спине. Или в легком сарафане цвета закатного неба.

Руки Эйлин перебирали каждодневную одежду, а фантазия рисовала ей один красочный наряд за другим. Внезапно она захлопнула дверцу шкафа и потянулась к чемодану, стоявшему у стула. К чему обманывать себя? У нее есть платье. Сногсшибательное, откровенное, будоражащее. Его шили специально для свадебных торжеств, вместе с подвенечным, по собственному эскизу Эйлин. Она до сих пор помнила удивленные глаза портнихи, когда она рассказала ей о своем замысле. Обычно ее просили шить нечто более традиционное. Эйлин больше всего хотелось поразить гостей, и это вполне удалось бы ей, если бы свадьба состоялась. Но, увы, ту ночь, которая должна была стать для Эйлин началом новой восхитительной жизни, она провела в самолете, глотая соленые слезы.

Ничего, что могло бы напомнить ей о свадьбе, она не взяла с собой. Лишь с этим платьем она была не в силах расстаться. Неужели теперь пришла пора обновить его?

Эйлин улыбнулась. Даже странно сознавать, что она наденет его не для Патрика, а для его двоюродного брата…

При мысли о Питере Эйлин почувствовала, что неудержимо краснеет. Значит, она хочет понравиться именно ему… Какой позор. А она-то была уверена, что с чувствами покончено.

Если не навсегда, то, по крайней мере, на некоторое время. Тем более, невозможно было даже подумать о том, что ее заинтересует представитель семейства Даннов.

Брр. Эйлин решительно подняла чемодан и поставила его на кровать. Нет, от Питера лучше держаться подальше. Он слишком похож на Патрика. К тому же у него есть невеста… Эйлин с ненавистью вспомнила широкое лицо Марджори. И что он нашел в ней?

Думать об этом было слишком неприятно, и Эйлин усилием воли переключилась на Максимилиана Гриффита. Вот это настоящий мужчина. Красив, высок, умен. И на него никто не предъявляет права. Лучшей кандидатуры не подобрать. И не надо забывать о том, что он к ней явно неравнодушен. В то время как Питер едва замечает ее существование.

Тут Эйлин чуть не расплакалась. Она беспомощно опустилась на кровать рядом с чемоданом и закрыла глаза. И почему ей так не везет?

Она приехала в Нью-Йорк, чтобы излечить сердечную рану, а не наносить новую. Один Данн уже испортил ей жизнь. Неужели она позволит и второму сделать то же самое?

Эйлин сделала глубокий вдох. Этого нельзя допустить. И пусть глупое сердце колотится как ненормальное, когда Питер оказывается рядом.

Она пока еще хозяйка собственного сердца, и если для того, чтобы избавиться от ненужной привязанности, ей придется прибегнуть к помощи Максимилиана, то пусть так и будет!

Эйлин открыла чемодан и быстро нашла пакет, в котором лежало платье. Она разложила его на кровати. И как всегда у нее перехватило дух. Платье было густого зеленого цвета, того самого оттенка, который традиционно ассоциируется с Ирландией. У него был облегающий верх с очень низким вырезом, широкие рукава и струящаяся длинная юбка. К платью прилагалась маленькая диадема из изумрудов.

Все, кто видел Эйлин в этом наряде, признавали, что она похожа в нем на эльфийскую принцессу. Зеленые глаза девушки приобретали особый блеск, распущенные каштановые волосы укутывали ее плечи словно плащ.

Да, его я и надену, подумала Эйлин мечтательно. Она уже представляла себе, какой фурор произведет ее средневековый наряд в ультрамодном нью-йоркском ресторане.

Ровно в шесть Эйлин была готова. Вначале планировалось, что Максимилиан заедет за ней, но потом она передумала и решила добираться до ресторана самостоятельно. Эйлин чувствовала, что ничто не должно испортить момент ее триумфального появления. Если Макс увидит ее в этом платье в ее крошечной квартирке, то эффект будет не таким ошеломляющим.

К тому же ей не хотелось, чтобы Максимилиан приезжал к ней домой. Питер… Ах, с Питером все было бы по-другому.

Строго-настрого запретив себе думать о Питере Данне, Эйлин взяла крошечную сумочку, поправила диадему и в последний раз кинула взгляд на свое изображение в зеркале. Потом потушила свет и вышла из квартиры.

В тот вечер многие жильцы ее дома испытали немалый шок, встретив Эйлин в коридоре или в лифте. Женщины в подобной одежде никогда раньше не бывали здесь, и люди с нескрываемым любопытством таращились на девушку. Эйлин делала вид, что не замечает этих взглядов. Всеобщий интерес очень ее бодрил. Она обычно предпочитала держаться в тени, но сейчас ей как никогда хотелось внимания.